Культ смерти избранных - Екатерина Флат

Паук не ответил. За кованой дверью послышался шум, со страшным скрежетом она отворилась, и в камеру вошло четверо Красных Монахов. Двое из них грубо схватили меня за руки и куда-то потащили. Мы оказались в каменном коридоре. Судя по всему, находились под землей. Закралась смутная догадка, что, скорее всего, это тот самый подземный храм в Элесенваарларе, где мы с девчонками череп добыли. Но как я здесь оказалась? Допустим, Монахи смогли проникнуть в мир Руслана только благодаря тому, что способны хоть куда следовать за жрицей. Но выбрались-то как? Ответ приходил только один: лишь сам Руслан мог снять запрет на телепортацию.

Меня притащили в зал. Мрачный, с колоннами. Монахи втолкнули меня внутрь и ушли. Больно ударившись коленями при падении, я кое-как встала. Только сейчас заметила в другом конце зала каменный трон, на котором кто-то сидел. Я мгновенно поняла, кто это, и мне поплохело.

Руслан медленно встал и подошел ко мне. Вот теперь я поняла, что именно имел в виду Прядущий. Стоящий передо мной человек был Русланом и одновременно им не был. Хотя внешне изменились только глаза, став полностью черными. Я сразу узнала эту тьму. Стоило натолкнуться на этот засасывающий взгляд, как я и шагу ступить не смогла, да и вообще пошевелиться. Будто бы враз окаменела, только способность говорить и осталась.

— Руслан… — выдохнула я в отчаянии, не в силах поверить в происходящее.

— Он мертв, алаис, — голос Руслана, но какой-то в то же время чуждый и неживой. — Тебя ожидает та же участь.

В его глазах среди кромешной тьмы мелькнуло что-то странное, едва уловимое. Он коснулся моего лица. Пальцы были ледяными, по коже мгновенно побежали мурашки.

Его рука скользнула ниже, и пальцы сжали мою шею. Не сильно, но вполне ощутимо. Смотрел на меня задумчиво и слегка удивленно, словно пытался что-то понять и не мог.

— Почему ты меня не боишься? Ведь в моих руках твоя жизнь. Стоит мне только чуть сильнее сжать пальцы, и все, ты перестанешь существовать. Но я не вижу в твоих глазах страха. Разве ты не понимаешь, что завтра для тебя не наступит?

— Один человек, — мой голос дрогнул, — научил меня не бояться. Он говорил: «Имеет значение только здесь и сейчас. А что будет завтра и будет ли завтра вообще — какая разница».

— Глупо. Так сказать мог только смертный. — Руслан разжал пальцы и крикнул: — Ведите!

Двери залы отворились, вошли Красные Монахи. Меня снова куда-то повели, а я даже толком воспротивиться не могла, чувствовала себя тряпичной куклой. Судя по наклону коридора, направлялись на поверхность. И действительно, минут через десять повеяло свежим воздухом.

Наверху царила ночь. Я подняла глаза к небу. Незнакомые холодные звезды равнодушно взирали на каменное плато. А здесь внизу толпились Красные Монахи. Похоже, собрались вместе все служители Культа Смерти. И только в самом центре было освобождено место возле странного сооружения — словно с огромной мельницы сняли жернов и поставили его на ребро.

Меня подвели прямо к нему. Руки защелкнули в кандалы, и я оказалась прикована к этому холодному каменному кругу. Лишь сейчас ко мне вернулась способность двигаться, но толку-то теперь. Окружавшие меня Монахи заунывно пели что-то на картавом языке и раскачивались словно в трансе.

— Они взывают к Дарующей, — пояснил Прядущий, высунувшись из складок моего платья.

Мне было все равно, кто и к кому взывает. Да даже соберись тут сейчас всей толпой мертвые боги, мне было бы глубоко на них плевать. И участь, которая меня ожидала, волновала мало. Навалившееся равнодушие лишило сил, лишило всех эмоций, оставив лишь опустошенность и безысходную тоску.

— Чего тормозишь-то? — брюзжал Прядущий. — Зови давай Авенсиса! Даже если сбежать не получится, то хоть время выиграем, авось Паладины и успеют.

— А зачем? — Я смотрела на черное небо. — Раз Руслана больше нет, то мне не нужно ничего.

— Ты мне это брось! — дурным голосом завопил паучок. — А ты обо мне подумала?!

— Прядущий, — я невольно улыбнулась, — ты же мертвый бог, зачем тебе я, тебе ведь никто не нужен.

— Ты мне нужна! — Прядущий был близок к панике, бегал по вершине каменного круга и от переизбытка эмоций тряс серебряными лапками. — Ты — мой друг! И не смей сдаваться! Не смей опускать руки! Карина, ты ведь Создательница!

— Нет, — прошептала я, — я просто человек. Человек, лишившийся самого дорогого.

Красные Монахи пели все громче. Прядущий впадал все в большую панику.

— Карина, — голос мертвого бога дрожал, — забудь о Руслане, его уже не спасти, но ты должна жить! Ты просто не имеешь права умереть! Слушай меня внимательно, когда он подойдет к тебе, у тебя будет всего один шанс его убить. Воспользуйся Священным кинжалом. Тебя сначала не тронут, и Паладины как раз успеют прорваться сюда. Это реальная возможность спастись.

Я ничего не ответила Прядущему. Монахи расступились, образуя узкий коридор, по которому ко мне шел Руслан. Он был обнажен по пояс. Руки и торс покрывали нанесенные черной краской витиеватые узоры. Когда он проходил мимо, факелы в руках Красных Монахов начинали трещать и сыпать искрами.

Руслан подошел ко мне. Несколько секунд смотрели друг на друга. От жуткой тоски и отчаяния перехватывало дыхание, и сами собой покатились по щекам слезы.

От громкого пения звенело в ушах. С поклоном один из Красных Монахов на вытянутых руках подал Руслану кривой кинжал с зазубренным лезвием.

— Будь готова, — предупредил меня Прядущий. — Сейчас он подойдет к тебе достаточно близко.

Я не сводила с Руслана глаз. Яркими четкими картинами, как кадры диафильма, отпечатывались в сознании все его движения. С одной стороны, я понимала, что это больше не Руслан. Я не знаю, чье сознание теперь владело его телом. Но с другой стороны… Я не могла бороться против него. И у меня и мысли не было последовать совету Прядущего.

Бережно держа кинжал на ладонях, Руслан подошел ко мне.

— Давай! — заорал Прядущий.

Но я даже не осознала его слов, пение Монахов слилось в один монотонный гул, а у меня в голове, перекрывая все внешние звуки, звучала знакомая мелодия: «Вот вам — казнь и прощение… Все, все, все в восхищении… Тень… свет… сердце вдруг оборвалось…».

Руслан смотрел на меня с ледяным равнодушием, кривой кинжал молниеносно сверкнул в его руках.

За долю секунды до этого Прядущий со всей дури цапнул меня за шею. Я инстинктивно дернулась, и зазубренный кинжал вместо того, чтобы пронзить мне сердце, прошел по касательной. Боль была настолько острой, что я даже закричать не смогла.

Руслан ровным голосом произнес:

— Имей мужество принять смерть. Он принял ее без страха. С почтением и смирением.

— Неправда! — даже не знаю, как у меня хватило сил закричать. — Руслан никогда бы так не сделал! Он бы не сдался! Он бы боролся за свою жизнь! До последней капли крови боролся! Я не знаю, какую подлость вы с ним сделали… — мой голос сорвался. Задыхаясь от боли и слез, я не могла говорить.