Книга ангелов - Мара Вульф

– Мы не оставим ей выбора. Я поговорю с ней. Объясню ей все.

– Кто знает, что сказал ей Люцифер. Он даже тобой манипулировал, а твоя сестра далеко не такая стойкая.

– Но она явно не захочет брать на себя ответственность за конец света. Точно не добровольно.

Стефано вздыхает.

– Твои бы слова да Богу в уши.

– Лучше не надо. – Я смеюсь над его каламбуром. – Завтра состоится последнее испытание. Это наш единственный шанс вытащить ее из Дворца дожей.

– Ты же говорила, что Люцифер с нее глаз не спускает.

– Обычно не спускает, но когда он полетит на последнее испытание, ему придется оставить ее здесь. Он не станет так над ней издеваться и брать ее с собой.

– Моя теория о близнецах кажется мне все такой же логичной, – осторожно говорит Стефано, допив свой кофе. – Если мы спрячем Стар, ты им тоже подойдешь. Они смогут открыть врата в рай, но Апокалипсис не начнется.

Может ли все быть так легко? Что произойдет, если род Еноха прекратит свое существование? Мы же предки Сета. Авель пожертвовал собой и заставил своего брата убить его. Род Каина прекратил свое существование во время Всемирного потопа. Теперь остались лишь моя мать, Стар и я. Яд матери все еще хранится в моей тумбочке. Умереть должны не ключи, а мы со Стар. Тогда ангелы останутся частью этого мира, но они не смогут уничтожить его с нашей помощью. Но достаточно ли я смелая для этого шага? Не выместят ли ангелы злость на людях? Они наверняка не вернутся на небеса просто так. А что, если у Тициана однажды родится дочь? Не могу же я и его убить.

Стефано внимательно за мной наблюдает. Он не станет принуждать меня к этому шагу, но, возможно, надеется, что я сама на него решусь.

Вечером Анфиэль отводит меня обратно в Дворец дожей. Как и всегда, он со мной не разговаривает. В салоне меня ожидает Фели. Ее глаза покраснели, а когда подруга видит меня, она тут же бросается мне на шею. Весь день я запрещала себе думать о Кассиэле, погрузившись в изучение карт и книг. Я старалась не вспоминать о нем и о том, какие решения мне предстоит принять. Но теперь скорбь бесконтрольно льется из меня. Он никогда не войдет сюда и не нальет нам вина. Он не будет подшучивать над Фели и ругать меня за мое неразумное поведение. Виновата ли я в его смерти? Почему он рассказал мне правду перед самой смертью?

– Я не могла позволить Стар выпить яд, – объясняю я Фели, успокоившись, когда мы сидим на диване. Анфиэль вышел из салона, как только я начала плакать, и я рада, что мы остались наедине.

– Я не видела всего, что произошло, – говорит она. – Я стояла снаружи на балконе.

– Сариэль хотела отравить Стар, – рассказываю я. – И я заметила, как она добавила яд в ее бокал. Габриэль хотел заставить меня выпить вино, но Кассиэль вмешался.

– Он спас вас обеих?

Я киваю.

– Перед тем как умереть, он сказал, что настоящий агнец – это не я, а Стар.

Фелиция резко втягивает в себя воздух.

– Знает ли Люцифер, что тебе теперь известна правда? Почему он позволяет тебе здесь находиться? Он не понимает, что ты этого не допустишь?

Я хмурюсь, вспоминая события прошлой ночи. Кассиэль был почти без сознания, когда раскрыл мне эту тайну. Стар села рядом со мной чуть позже. Мне показалось, что они с Люцифером слышали его слова, но я в этом не уверена.

– Если он об этом не знает… – я грустно ей улыбаюсь, – тогда освободить Стар будет еще проще.

Фелиция одобрительно кивает.

– Я должна с ней поговорить.

– Не стоит этого делать. Она может выдать твои планы Люциферу. Давай просто вытащим ее оттуда, если потребуется, против ее воли. Ты вчера обратила внимание на то, с каким обожанием Амели смотрела на Рафаэля? Стар ничем не лучше, она смотрит Люциферу в рот, как и ты, когда ты еще верила… – Она замолкает. – Извини. Я не хотела тебя в этом упрекать. Он все-таки ангел.

Как будто это как-то оправдывает мою наивность.

– В наше время каждый ищет себе кого-то, на кого можно положиться. Кого-то, кто сможет разделить с нами тяжелую долю.

Она произносит слова, которые уже приходили мне на ум, и я понимаю, как ей одиноко. Ее мать лежит на смертном одре, а ее отец – деспот. Интересно, она поэтому решила вступить в ряды Братства? Чтобы не быть одинокой? Я беру ее за руку.

– Мы есть друг у друга.

Она грустно улыбается мне в ответ.

Если дела будут плохи, Стар и Тициан будут для меня на первом месте. Не она. У меня были Алессио и Кассиэль, а я даже не знаю, была ли Фели хоть раз влюблена. Вместо того чтобы спросить у нее об этом, я говорю:

– Вряд ли можно сравнивать Стар и Амели.

Она скептически поднимает брови, встает с дивана и подходит к окну.

– Ты любишь Стар, – говорит она. – Но я на твоем месте не стала бы питать иллюзий на ее счет. Она никогда не беспокоилась о том, как ты. Даже когда она была совсем маленькой. Ты бросалась на всех и каждого и была готова уничтожить любого, кто подбирался к ней слишком близко. Она же всегда жила в своем мире и позволяла тебе страдать. Скажи мне кое-что: пошевелила ли она хоть пальцем, чтобы спасти тебя?

Сначала я была просто ошарашена обвинениями Фели, затем мне захотелось накричать на нее за то, что она берется судить о наших отношениях. Откуда ей знать, что значит для меня моя сестра и что я значу для нее? Но потом я оставляю эту затею. Она потеряла младшую сестру в этой войне. Я не могу винить ее в том, что она не видит той крепкой связи, которая соединяет нас со Стар. Тем не менее эти слова меня ранят.

– Я ей доверяю, – говорю я. – Перед тем, как мы освободим ее завтра, я хочу увидеться и поговорить с ней.

Я встаю с дивана и направляюсь в ванную. С самого утра я ни минуты не провела наедине с собой.

Я упираюсь руками в раковину и смотрю в зеркало перед собой. Мне хотелось бы действовать решительнее и увереннее. Когда мы освободим Стар и она сбежит с Фениксом, я приму яд. Моя мать слишком стара, чтобы родить еще одну дочь, а до момента, когда Тициан вырастет, есть еще достаточно времени. Может быть, у него никогда и не будет дочери. Я не знаю. Я отчаянно провожу по волосам. Скоро все закончится. По крайней мере, для меня. Я ощущаю облегчение, совсем чуть-чуть.

– И ты пойдешь на этот риск? – спрашивает Фели, когда я возвращаюсь из ванной.

Я сушу волосы полотенцем.

– Я должна подготовить Стар к этому. Она должна знать, что произойдет, иначе она не пойдет с нами. Я хочу попрощаться с ней. Ты не считаешь ее хорошей, но все-таки она моя сестра.

– Я не знаю, как Феникс все это выдерживает. Знать, что Стар проводит ночи с Люцифером, должно быть, очень тяжело. Я никогда не была его фанаткой, но не хотела бы становиться его врагом. – Она неожиданно умолкает. – Кажется, там летит Люцифер.