Останься в живых - Александра Долматова

— Не-а, — соврала я. Отец только покачал головой, но ничего не сказал. Чмокнув меня в лоб, папа выпрямился и отошел от кровати.

— Спокойной ночи, солнце.

— Спокойной, пап.

Свет погас, а следом раздался звук закрывающейся двери. Я осталась одна в кромешной темноте. Шаги постепенно отдалялись. Дождавшись, когда отец отойдет от спальни на безопасное расстояние, спустила ноги на пол и встала с постели…

На кухне горел свет. Едва слышно ступая по холодному паркету, приблизилась к заветной двери и прильнула к ней ухом.

— Ты что творишь?! — Яростный крик долетел до моего слуха. Я вздрогнула всем телом, но с места не сдвинулась.

— Не кричи. Детей разбудишь, — издевательски пропел тонкий женский голосок. — Ты же не хочешь разбудить Николетту? Малышка только-только успокоилась.

Осторожно коснувшись пальцами горевшей щеки, поморщилась. Сегодня у мамы опять были проблемы на работе, а я так некстати полезла к ней с домашним заданием. Глупая, знала же, что нельзя беспокоить мамочку по пустякам.

— Еще хоть раз, — тихо произнес отец. — Хоть один раз тронешь моего ребенка…

— Арт, это наш ребенок, — усмехнулась женщина. — Я мать Николетты, а значит, имею полное право решать самой, как с ней обращаться.

— Надо же, наконец вспомнила? Что-то последние семь лет тебя это не особо беспокоило.

За дверью повисла тишина. Было отчетливо слышно, как стрелка часов отсчитывает секунды. Одна… Две… Три… Наконец, молчание прервал ехидный смешок.

— Верно, — Мамочка говорила медленно, растягивая гласные. — Меня и сейчас не особо волнует ее жизнь. И, насколько я помню, тебя это вполне устраивало.

Отец молчал.

— Арт, — усмехнулась она. — Это было частью нашего договора. И я его не нарушала. Подумаешь, погорячилась немного. В конце концов, если ты не в состоянии уследить за собственной дочерью, то это не мои проблемы.

Мама еще что-то говорила, но я ее уже не слышала. В носу сильно зачесалось. С ужасом поняв, что сейчас чихну, бросилась обратно в спальню…

***

Я проснулась от звука льющейся воды. Лениво потянулась, зевнула и кинула удивленный взгляд в сторону ванной. Кого это нелегкая принесла? Неужели Лишка вернулась? Соскочив с кровати, посеменила к умывальне.

— Лиша-а-ань, — протянула сонно и рванула на себя дверь. В лицо тут же ударил запах душистого мыла. Белое облачко пара обволакивало всю комнату и было проблематично что-либо разглядеть. Зайдя внутрь, подошла к ванне и одернула легкую занавеску.

— Лиш, где ты бы… ла.

Глаза широко распахнулись, а вот рот наоборот с шумом захлопнулся. Еще пару секунд я тупо пялилась в одну точку, а затем взвизгнула и пулей вылетела из ванной. Щеки нещадно пылали, даже волосы, кажется, покраснели. Вслед за мной из-за двери высунулась наглая веснушчатая физиономия.

— Ники, а тебе не говорили, что лезть без очереди неприлично? Я вообще-то не одет.

— Лео, какого гхарха ты забыл в моей ванной?! — рыкнула я, стараясь потушить пожар на лице.

— Ой, да ладно тебе. Между прочим, у меня даже полотенце свое.

И этот идиот распахнул дверь настежь.

А ничего такое полотенчико. Розовенькое. И окантовка по краям интересная, выполненная золотой нитью… Я старалась думать о чем угодно, лишь бы не о том, что это полотенце, опоясывающее бедра парня, скрывало под собой. Пожила, называется, в отдельной комнате.

— Ники, а у тебя гель для душа есть? — как ни в чем не бывало поинтересовался этот чудик.

— Нет, — буркнула негостеприимно.

— А шампунь?

— Тоже нет.

— О, хочешь свой отдам? У меня всё в двух экземплярах, — улыбнулся приятель и в эту самую минуту подписал себе смертный приговор.

— Лео… Если у тебя всё есть, то на кой ты полез в мою ванную?!

Улыбка друга стала шире. Блондин переступил порог ванной и простодушно хихикнул:

— Так вдвоем же веселее.

Где-то неподалеку раздался тихий звон. Это лопнула последняя струна моего терпения. Медленно развернувшись, подошла к кровати и протянула руку к подушке.

— Ах веселее… — пробормотала себе под нос.

— Ники? — вопросительно покосился на меня будущий покойник.

— Веселее, значит… — Подушка оказалась стиснута в стальном захвате. Я развернулась к жертве и послала ей свою самую ласковую улыбку. — Сейчас я тебе покажу “веселее”.

Лео кашлянул:

— Ники, ты так смотришь на меня, будто собираешься прикопать в ближайшем саду.

Какой, однако, проницательный труп.

— Ты… — Поудобнее перехватив оружие возмездия, сделала шаг вперед. Парень испугано попятился. — Ты… — Подушка взметнулась в воздух. — Эксгибиционист недоделанный!!

Я прыгнула вперед. Лео что-то пискнул и метнулся в противоположный угол комнаты. Да начнутся голодные игры!

— Стоять-бояться! — кричала я, размахивая перед собой орудием пыток, и неслась вслед за парнем.

— Ага, размечтался! — на бегу показал мне язык друг, одной рукой придерживая полотенце.

Мы носились по комнате, вопили на разные лады, спотыкались о предметы интерьера. Потом нам обоим это надоело, и в дело пошли подушки, наволочки и прочие нетравмоопасные вещи. Пару раз мое оружие даже встретилось с задом замешкавшегося неудачника. Сумев избежать очередного карающего пинка, Лео с ногами запрыгнул на кровать. В него сразу же полетела подушка. Однако этот наглец мало того, что уклонился, так еще и запустил в меня моим же снарядом. Поняв, что силой врага не победить, решила брать хитростью. В один прыжок добралась до кровати и дернула на себя одеяло. Парень покачнулся, неуклюже взмахнул руками и шлепнулся прямо на пятую точку. Не теряя не секунды, подскочила к другу и накинула на него одеяло. Еще и сверху на получившийся кокон плюхнулась. Для убедительности.

— Эй! Выпусти меня! — забарахталась в одеяле жертва.

— И не подумаю. Лежи и думай над своим поведением, — мстительно проговорила я и поудобнее устроилась на подвижной кучке.

— Так нечестно! Я вообще-то принц! Нельзя так с принцами обращаться!

— А я сосед принца, — хмыкнула довольно. — Мне всё можно.

— А я отец принца. И мне очень интересно, что здесь происходит, — раздалось вдруг негромкое. Вздрогнув, не удержала равновесие и свалилась с копошащегося кокона прямиком на кровать.

— Доброе утро, па. — Из-под одеяла высунулась блондинистая голова и приветливо кивнула мужчине, стоящему в дверях спальни. Король выгнул светлую бровь:

— Доброе, сынок. И чем же ты занимаешься с утра пораньше?

— Принимаю ванную, — расплылся в проказливой улыбке этот чудик.