Во имя Зоны - Лев Жаков

Из-под моста, по которому шли они с Умником, доносились голоса. Цыган перегнулся через перила и заглянул под мост. Там были разбиты палатки, на путях горел костер, на котором что-то булькало в котелке. Трое сталкеров сидели на рельсах, один лежал возле палатки на одеяле, двое устроились на перевернутых деревянных ящиках и чистили оружие.

Цыган догнал Умника, пристроился рядом. Они дошли до перекрестка, и Цыган снова осмотрелся. По левую руку от него стояли бараки, напротив них — два полукруглых ангара, а дальше, на траве, — палатки, много палаток. Сталкеры ходили, сидели, лежали, кто-то читал, кто-то спал, кто-то резался в карты за импровизированным столом, сооруженным на скорую руку из железной бочки и обрезка фанеры, кто-то отжимался или тягал гири, кто-то зашивал рюкзак, мыл посуду, разбирал ствол, травил анекдоты…

— Да это настоящий военный лагерь! — воскликнул пораженный Цыган.

— Потому что это настоящая война, Рамир, — отозвался Умник. Он устало потер лоб и добавил: — Как же генерал забрал столько власти? Сами военсталы не сумели бы. Может, у него какие-то странные способности есть? Каким образом он все время побеждает? После его нападений не остается свидетелей, он убивает почти всех, кого-то берет в плен — но никто не возвращается.

На перекрестке к ним подбежал молодой встрепанный сталкер; из открытой кобуры торчала рукоять тэтэшника, ворот старенькой гимнастерки был расстегнут.

— Сообщение от дежурного с Радара! — выдохнул он и сунул в руки Умнику бумажку.

— Ответ срочно нужен? — отрывисто спросил свободовец и положил листок в карман. Молодой разинул рот:

— Вы не прочитаете?

— Потом, потом, — бросил Умник, не останавливаясь. — От последнего отрада известий нет?

— Пока нет! — козырнул посыльный. На треугольное худое лицо падала тень от козырька советской фуражки, на месте кокарды был пришит шеврон «Долга». Умник резко остановился, так что Цыган врезался в него.

— Простите, — извинился Умник и повернулся к посыльному: — Начмед где? Разыщите его, пусть подготовит санблок для приема.

Впереди справа от дороги торцом к ним стояло двухэтажное здание штаба, слева — полуразрушенный ангар для военной техники. В ангар вел асфальтированный пандус, возле него, на углу перекрестка, были навалены мешки с песком, образуя полукруглое заграждение высотой по пояс.

Молодой убежал, придерживая кобуру. Умник с Цыганом двинулись дальше, но не успели пройти и пяти метров — наперерез им тяжелой трусцой направился атлетического сложения седой сталкер с пышными усами, в одной клетчатой рубашке с закатанными рукавами.

— Капитан, так нельзя, честное слово! — еще не приблизившись, начал усач. — Вы обещали моим ребятам двадцать стволов, а мы получили только пятнадцать, у двух приклады отвалились, у одного резьба сорвана, гранат не выдали вовсе, нам завтра на вылазку, а вооруженец говорит, на всех снаряги не хватит…

— Какой отрад? — отрывисто спросил Умник на ходу.

— Восьмой, «Свобода».

— Это вы вчера устроили бучу в арсенале? Усач пригладил усы.

— Так эта сволочь нас выгнать пытался, когда мы хотели причитающиеся нам стволы забрать, и еще грозился…

— Разберемся, — сказал Умник. — Подойдете на склад вечером, и чтобы дисциплину соблюдали.

Усатый хотел возразить, но вместо этого сказал, улыбнувшись, отчего вокруг глаз разбежались морщинки:

— Будет сделано, капитан!

— О, ты уже капитан? — рассеянно заметил Цыган, глядя по сторонам. Он уже увидел несколько знакомых лиц, кому-то кивнул, кому-то приветственно махнул рукой.

Умник не успел ответить: к нему подошли сразу двое и заговорили одновременно. Лицо капитана вытянулось, он рявкнул:

— Я занят! — И пробормотал себе под нос: — Распустились… Цыган ухмыльнулся:

— Тяжело такой оравой командовать? Умник снял очки и потер глаза, ссутулившись еще больше.

— И не говорите. Вы, наверное, устали? Вроде у вас нога ранена? Давайте быстрее обо всем договоримся, и я отпущу вас отдыхать. Просто кое с чем нужно определиться сразу, вы должны это понимать, Цыган. На кону судьба всего сталкерства.

— На сытый желудок я лучше торгуюсь, — почти весело заявил Цыган, хотя на душе у него было стремно. — Но так уж и быть, давай сейчас побеседуем.

Сталкеры отвалили. Умник покосился на Цыгана, однако комментировать не стал, а быстро двинулся дальше. К ним еще кто-то хотел подойти, но капитан махнул предупреждающе и, почти пробежав последние метры, поднялся по ступенькам в штаб.

— Со мной! — кинул он через плечо.

На площадке перед крыльцом между бетонными плитами росли кустики травы, заметно помятые ногами. Цыган вошел в здание под взглядами хмурых охранников, вооруженных «абаканами».

* * *

Бетонные стены штаба крошились и осыпались, под ногами хрустел серый песок. Коридор без дверей освещался двумя тусклыми лампочками в металлических круглых плафонах. Цыган пробрался за Умником через группу людей в военной форме, которые живо что-то обсуждали, и вошел в маленькую комнатку. Умник закрыл дверь, кивнул на стул:

— Садитесь, Цыган.

Скинув рюкзак, Рамир бегло оглядел помещение. Окно заколочено, под потолком лампочка накаливания в зеленом бумажном абажуре, поярче, чем в коридоре, пол выметен, в углу веник с жестяным совком, через одну стену тянется глубокая трещина. В полуметре от трещины к стене на уровне груди прикручен маленький сейф. Торцом к другой стене у окна стоит небольшой письменный стол с прожженной местами столешницей, над ним висит большая карта Зоны. На журнальном столике с потрескавшимся лаком красуется железный бак десятилитрового кипятильника, между тремя эмалированными кружками и стеклянной банкой с кусковым сахаром лежит обычный кипятильник со свернутым в кольцо черным шнуром. При виде этих двух кипятильников Цыган поднял бровь.

— Иногда напряжение падает, большой не тянет, — пояснил Умник, обходя стол и садясь на табурет за ним. — Это мой кабинет, — словно бы извиняясь, добавил он.

«Убого, есть за что извиняться», — подумал Рамир, передвигая автомат со спины на грудь, а вслух произнес, ногой подтягивая стул и усаживаясь у стены так, чтобы оказаться в тени:

— Миленько.

Умник насмешку уловил, но ничего не ответил. Сгорбившись, облокотился о стол, сцепил пальцы с коротко и неровно обстриженными ногтями.

— Что за идея торговаться, Цыган? Мы же договорились о цене. Где, кстати, ваше оборудование?

— Ваш амбал упустил.

— Что?! — Умник привстал, упершись в стол ладонями. — Цыган, но вы же понимаете, что без датчиков вы нам… мы в вас…

Рамир зевнул, раздирая рот и не прикрываясь, потом развалился на стуле, стряхнул обрывок ботинка на пол, закинул босую ногу на колено другой, снял грязный носок, бросил на пол не глядя и пошевелил пальцами, разминая уставшую ступню.