Я забыла все на свете - Маэль Ферпье

– Это мой брат, – рычу я, обнажая хищные клыки пантеры.

Одним важным сведением больше, одним меньше…

– Брат? – прыскает Гразиэль. – Вот это да! Подожди… Я понял! Ты из тех детей-чародеев, которых отправили на Землю? Тогда понятно, почему ты так быстро белеешь. – Он с любопытством разглядывает меня. – Надо же! Ты сильно изменилась за несколько дней. Вдали от магии чародеи медленнее растут? Как увлекательно! До чего же я обожаю вашу породу! Она… поразительна. На ней можно ставить невероятные опыты. Не возражаешь побыть моей очередной морской свинкой?

Он вообще что ли не в себе? Целый день кромсал моего брата, а теперь смотрит на меня, как цыган на молодую кобылу. Я содрогаюсь, читая в его взгляде безумного ученого, что он способен со мной сделать.

– Я человек. Вы не можете так поступить со мной.

– Человек? Вот уж нет. Чародеи не люди, а ошибка природы. Уродцы-альбиносы, не имеющие никаких прав.

Я чувствую, как каменеет у меня на плече рука Седны. Теперь это не предупреждение, а признак гнева.

– Спорить с колдунами бессмысленно, милое дитя, – громко произносит чародейка. – Они верят в свое превосходство, но на самом деле они – затхлое прошлое. Они используют волшебство во зло, поэтому бесполезны.

– Вы! – Гразиэль злобно указывает скальпелем на мою спутницу. – Вы замените моего Стража снов. Вопли, которые вы издадите во время казни, будут моей колыбельной. Жоло! Займись ею. Выкачай из нее энергию, но не убивай.

Мой брат с отрешенным видом подходит к Седне и хватает ее за руки. Напрасно она сопротивляется, брат сильнее. Он приближает лицо к лицу Седны, открывает рот, как для поцелуя, и принимается медленно втягивать воздух.

– Нет! – кричит Седна, в ужасе округляя глаза.

Я не понимаю, что происходит. То есть… как будто понимаю, но не уверена. Похоже, мой брат забирает у чародейки энергию. Волшебная сила с поразительной скоростью покидает тело Седны и так же быстро наполняет тело Жоло. Это какой-то магический вампиризм!

Невыносимый ужас!

Мысли в моей голове крутятся с небывалой скоростью. Я пытаюсь развести двух чародеев, но Жоло вцепился в запястья Седны железной хваткой. Я повторяю имя брата, колочу его, тяну – ничего не помогает. Он не замечает моего присутствия, как будто я – пустое место.

Состояние Седны похоже на его, она как под гипнозом, она заворожена взглядом Жоло. Ее глаза закатываются, сейчас она потеряет сознание. Я не могу этого допустить: она мне нужна.

Остается одно средство – не лучшее, но больше ничего не приходит мне в голову.

Я запускаю руку в карман, где лежит круглый камень, торчавший вчера изо лба голема: я забрала его из сумки Ваишали. Кажется, что это было давным-давно! Не понимаю, как в такой короткий срок уложилось столько событий.

Я вынимаю камень из кармана и что есть силы швыряю его на пол. Вопреки ожиданию, камень с заклинанием врезается в пол.

Паркет вокруг камня начинает вспучиваться, как будто пол выдавливается головой. Новый голем черпает необходимое ему вещество из материала самого дома. Паркетины выгибаются, голова чудовища уже готова, теперь начинают угадываться шея и плечи.

Голем поднимается все выше, пол ломается, между нами, тремя чародеями, и колдуном Гразиэлем зияет дыра. Голему не хватает материала, и он начинает забирать межэтажные подпорки. Остатки перекрытия падают вниз.

Комнаты больше нет.

Я тоже падаю на первый этаж. Вокруг стоит треск, сыплются дождем осколки досок. Получив деревяшками по спине, я сжимаюсь в комок, чтобы стать как можно меньше. Неподалеку от меня грохается недоделанный голем, но ничто, даже падение, не может помешать его росту. Он немедленно встает и продолжает расти на глазах, подгребая всю окрестную древесину.

Рядом ломается толстая балка. Дом, скрипя, кренится вперед.

«Живо наружу!» – приказывает Сия.

Но я не могу убежать, бросив на произвол судьбы брата и Седну.

«Мертвой ты никого не спасешь!»

Я упрямлюсь. Голем продолжает разламывать дом, я тем временем приподнимаю широкую доску.

Жоло!

Он лежит на спине с распахнутыми глазами. Рядом с ним лишившаяся чувств Седна, лоб у нее в крови.

– Жоло! – кричу я, надеясь, что он очнется.

Но он не реагирует. Мой брат похож на сломанного робота.

Хватаю его за руку и тащу.

Провалившаяся комната располагалась над входной дверью. Мне нужно отпихнуть доски и сделать несколько шагов, чтобы преодолеть рухнувшую каменную стену и выбраться из хаоса. Вот я и на поляне. Это огромное облегчение, как ни тяжело тащить за собой тело Жоло.

Мне на помощь спешит Сия: она хватает Жоло зубами за ворот.

«Помоги женщине-сове!»

Я без промедления возвращаюсь назад. Голем уже нарастил культи будущих ног. Не получая прямых приказаний, он решил посвятить все силы росту. О непрерывном идущем процессе говорит угрожающий скрежет и треск.

Седна лежит на широкой расколотой доске. Видя, что она слабо шевелится, я хватаю ее под мышки и тащу. Она сопротивляется, потом соображает, что это я, и перестает упираться, внимательно смотрит на меня, моргает, приподнимается. Мы переваливаемся через упавшую стену и падаем в нежную траву.

Раздается шум, похожий на взрыв.

Это обрушился второй этаж. Недавнее шале превратилось в груду обломков, тонущую в густой пыли.

Мы с Седной стараемся отползти как можно дальше.

В десяти метрах нас ждет Сия. Она сидит рядом с моим братом. Седна встает. Вид у нее настолько изнуренный, что непонятно, как она держится на ногах. Из ее густых волос торчат щепки разной длины и толщины, на лбу кровоточащая рана.

– Ты как?

Глупый вопрос, но я не знаю, что еще спросить.

– Я должна вернуться за Хеноком и Шимой!

– Ты еле стоишь на ногах. Лучше туда пойду я.

– Нет, ты займешься своим братом. Постарайся привести его в чувство. Сумеешь?

– Попробую.

– Сделай, что сможешь, этого хватит. Я выведу остальных, пока голем еще только растет.

Седна, с трудом двигаясь, ползет обратно, к развалинам, и ныряет под балки. Она истинная воительница, героиня, я таких еще не видывала.

Поворачиваюсь к Жоло. Меня пугают его распахнутые глаза, глядящие в пустоту.

«У тебя получится», – подбадривает меня Сия.

Ничего у меня не получится! Я убила Сафра.

«Никого ты не убила. Ты просто не смогла помешать ему умереть».

Моя волшебная сила никуда не годится. От меня нет никакой пользы.

«Ты моя оори, вот и действуй. Смелее! Ты нужна брату!»