Грани воды - Элизабет Джордж

На что Деррик отозвался:

– Не надейся, приятель!

Несколько мгновений Бекка наблюдала за ними, оставаясь незамеченной. От мыслей о Деррике у нее стало тяжело на сердце. Она смотрела, как двое парней отходят к черте и посылают стрелы с резиновыми присосками в мишень. Это были игрушечные луки и стрелы, и она подметила, что Деррик следит, чтобы не сломать свой лук. Его стрела улетела далеко в сторону, а вот Джош попал в мишень, хотя и не в яблочко. Джош издал воинственный клич и изобразил танец победителя. Деррик засмеялся и взъерошил мальчугану волосы. И тут Джош заметил Бекку.

– Привет, Бекка! – крикнул он. – Мы играем в лук и стрелы. Хочешь поиграть с нами?

Бекка внутренне передернулась, чувствуя себя идиотом-шпионом, и громко отозвалась:

– Привет, Джош! Похоже, это весело, – и направилась в сторону городского центра.

Однако именно в этот момент на улицу выскочила Хлоя. Она тоже увидела Бекку и закричала:

– Бекка! Бекка! Ба испекла овсяное печенье с изюмом! Она ее корон… корон… коронность! Я принесла одно Джошу и одно Деррику.

Она продемонстрировала руки: в каждой оказалось по завернутому в бумагу печенью.

У Бекки не хватило духа уйти от Хлои. Она перешла улицу и ласково положила ладонь ей на макушку со словами:

– Овсяное печенье с изюмом? Оно определенно самое лучшее.

– Тогда лучше возьми одно сейчас, потому что мы с Джошем сегодня вечером их все съедим!

– Думаю, твоей ба это не понравится, – сказала Бекка.

– Ш-ш! Не говори ей!

И Хлоя ускакала.

Бекка проводила ее взглядом и решила, что это вроде как знак судьбы. Она вошла в офис, а из него попала в гостиную с удобной старой мебелью из клена и беспорядком, который неизменно создавали Хлоя и Джош. Она обнаружила Дебби Гриедер на кухне: та выкладывала ложки теста на противень. На решетке остывало не меньше двадцати уже испеченных печений. От их запаха у Бекки потекли слюнки.

Дебби улыбнулась ей. Ее седеющие волосы были стянуты сзади в кривой хвост, а на покрытом шрамами лбу остался отпечаток мучной ладошки Хлои. Заметив брошенный Беккой взгляд, Дебби подумала: «ну и лицо у девочки… знаю, что выгляжу нелепо…», и, засмеявшись, сказала:

– Готовка – не моя сильная сторона, милая. Как тебе прекрасно известно. Но вот печенье… Угощайся-ка! Молоко в холодильнике. Налей нам обеим по стакану.

Бекка отправилась за стаканами, прекрасно зная, где что находится. Она уловила еще шепоток: «столько сбросила… хорошенькая с этой прической… но он сказал, а ребята всегда знают, когда что-то правильно…» Бекка решила, что это как-то связано с Дерриком. Она вздохнула. Вот и еще причина, по которой ей никак нельзя возвращаться в мотель. Сюда приходит Деррик. И как это будет выглядеть? Как будто она, типа, его преследует? «Да, вот именно», – подумала она. Уж если она что-то усвоила, так это то, что, как бы плохо дела ни обстояли, все всегда может стать еще хуже.

Когда Дебби отправила в духовку очередной противень, она взяла себе печенье и плюхнулась на стул у кухонного стола. Взяв с соседнего стула местную газету и откусив кусок печенья, она сказала Бекке:

– Видела вот эту заметку, милая? На острове появилась еще одна таинственная девушка, точно так же, как ты.

Она пододвинула Бекке газету.

На первой странице оказалась крупная фотография какой-то девушки. Под ней было напечатано имя – СИЛЛА. Заголовок вопрошал: «Вы не знаете эту девушку?» В тексте были приведены подробности.

Бекка быстро просмотрела текст. Важные для нее моменты она заметила сразу же: Позешн-пойнт, Дженн Макдэниелс, жилой автоприцеп, чемодан с запиской в нем, девушка, которая не может или не хочет говорить, медпункт в Лэнгли… и тысяча вопросов.

* * *

Дебби Гриедер знала только то, что было напечатано в газете. Она сказала, что если Бекке любопытно, то подробности можно попробовать узнать у Ронды Мэтисон: ведь девушку отвозили в медцентр Лэнгли, а значит, помощь ей оказывала именно Ронда. На самом деле, наверное, что-то ей может рассказать и Деррик. Он сейчас на улице с Джошем, так что если Бекка у него спросит…

– Да нет, не нужно, – тут же сказала Бекка.

Ей меньше всего хотелось бы задавать вопросы Деррику.

Дебби пристально посмотрела на нее и спросила:

– Вроде как разбежались? Вы с Дерриком?

Бекка пожала плечами:

– Наверное. Я виновата. А может, мы оба. Не знаю. Да и неважно.

«Дети», – таким был шепоток Дебби в ответ на эти слова. Бекка не винила ее в том, что это прозвучало насмешливо и снисходительно. Все получилось довольно глупо, а покажется еще глупее, если она станет рассказывать Дебби, как по-идиотски себя вела.

Дебби сказала:

– Настоящая любовь всегда бывает непростой.

Бекка почувствовала, что не может с этим согласиться. «Если любовь настоящая, то все получается само собой, – подумала она. – Разве не так это должно быть?»

Как бы то ни было, ей нельзя поселиться в мотеле у Дебби – даже если ночевать в гостиной на диване. Достаточно тяжело уже то, что она видит Деррика в школе. Видеть его и после уроков будет просто мучительно.

Остается одно: идти на работу. Так она хотя бы получит немного денег и, отыскав жилье, сможет за него платить. Доев овсяное печенье, она почти сразу отправилась в «Что душеньке угодно». Проехав на автобусе с пересадкой, она оказалась в том месте, где среди деревьев был спрятан ее велосипед. После этого она быстро прокатилась по Дабл-блафф-роуд и, свернув направо у знака «Стоп», начала последний подъем в гору, в конце которого находилась ферма.

Добравшись туда, она услышала восторженный собачий лай и увидела грузовичок Дианы Кинсейл. Четыре пса Дианы резвились на дворе у дома, а Оскар наблюдал за ними с крыльца, на котором устроился рядом с дверью в прихожую.

Бекка прошла через кухню, где стоявший на плите соус к спагетти наполнял помещение сногсшибательными ароматами. Она приподняла крышку, чтобы насладиться полнее – и ей вспомнилось, как она возвращалась домой из школы и чуяла запеченную фасоль, приготовленную мамой. На секунду у нее в горле встал ком, и ей пришлось энергично откашляться.

«Нет-нет-нет!» – сказала она себе.

Это ни к чему. Все и без того достаточно сложно.

Она зашла в прихожую, чтобы быстро поздороваться, – и увидела, что Диана сидит в парикмахерском кресле. Волосы у нее были намочены, а плечи укрыты пластиковой накидкой. Шарла стояла позади нее. Обе смотрели в зеркало и, видимо, решали, какую именно стрижку нужно сделать Диане. Когда Бекка вошла, Диана пристально посмотрела на нее и протянула руку. Бекка вложила в нее свою ладонь: прикосновение натруженной руки Дианы было теплым. Ее пальцы быстро переместились Бекке на запястье, и ощущения были такими же, как обычно: мягкий жар и ощущение упавшего с плеч груза. Диана попросила Бекку: