Война нелюдей - Григорий Шаргородский

Но как бы ни относился эльфийский принц, на этот шаг ему пришлось пойти. Уже дюжину рассветов он просыпался, чтобы весь день скитаться по лесам, пытаясь встать на след убийцы отца, и дюжину закатов ложился спать разочарованным. Но, к счастью, богиня Дооли наконец-то одарила его своим капризным вниманием, и появилась зацепка.

Одинокого всадника на дороге Осождах приметил буквально на рассвете. Судя по тому, что сын короля знал о людях, это был посланец, а значит, человек, обладающий информацией.

Захват прошел ожидаемо легко, даже несмотря на некоторое сопротивление гонца. Именно это сопротивление и вызвало толику уважения и, соответственно, сожаления о том, что с противником придется поступить подобным образом. Распяв пленника на дереве, Осождах достал из седельных сумок специальную емкость из болотного листа и выпустил на голову жертве совместное творение Лассарина и Олориуна — маг жизни сотворил основу, а наставник разума дал ей умение. Похожая на розового осьминога слизистая тварь моментально присосалась к голове человека, пробила его череп и запустила тонкие усики прямо в мозг, извлекая информацию. Два самых толстых щупальца потянулись к невольно вздрогнувшему эльфу и соединили сознание жертвы с сознанием мучителя.

Сначала поток неясных видений едва не оглушил сына короля, но затем, благодаря направленным мыслевопросам, он смог увидеть и то, с каким посланием ехал гонец, и многое другое из его жизни. Пленник ничего не знал ни об аданаилах, ни об убийце короля, но в его мозгу осела крупица информации, которую он сам не считал важной. Вот только у эльфа на этот счет было иное мнение.

Словно собственными ушами Осождах услышал тихий разговор гостей селения, случайно подслушанный гонцом позавчера вечером. Эльф не знал венгерского языка, но обошелся и без этого — слизистый посредник прекрасно трансформировал мыслеобразы и мыслезвуки в понятную эльфу речь.

Омерзительная тварь потянула охотника за собой, погружая в мир человеческих воспоминаний: посетившие родную деревню гонца люди перешептывались, высказывая свои сомнения. Они были посланы неким Командором, чтобы умертвить Убивца. Это слово Осождах уже слышал и знал, что убивший его отца аданаил и Убивец — одно и то же лицо.

Дальше было совсем просто. Осождах выудил из памяти пленника не только внешний вид охотников на аданаила, но и запах.

Оставив после себя распятое на дереве тело мертвого человека, принц вскочил на щера и помчался в сторону селения людей, время от времени жадно втягивая в себя воздух. Он не нуждался в помощи гвулхов-ищеек и магических плетений-поводырей, потому что с детства развивал в себе все то, чем одарила эльфов Мать-Природа. Именно поэтому он не боялся встречи с аданаилом — в теле сына короля не было ни единого заклинания, зато в достаточной мере это тело обладало природной силой, а голова довольно отточенным умом, чтобы противостоять любому противнику.

Операция длилась уже четвертый час. Серые стены больничного коридора словно сдавливали находящихся там людей. Они буквально физически страдали от самого утомительного, а иногда самого страшного занятия в этом мире — ожидания.

Надя, словно тигрица в клетке, ходила от одной стены к другой. Затем она резко присела возле Ларисы. С другой стороны от грустной супруги главврача сидел Андрей. Он старался сохранять спокойное лицо, но ярость и чувство вины душили его изнутри. Такие же чувства обуревали и его подругу, только ярости там было меньше, а вины больше. Именно она помогла Василию Васильевичу уговорить Андрея на реабилитацию для «вампирят». И поэтому Надя с немой мольбой смотрела на Ларису.

— Да успокойся ты, они сами виноваты, — жестко сказала врач. Сейчас Лариса Григорьевна выглядела спокойно, но в момент, когда увидела залитое кровью лицо мужа, она едва не впала в истерику.

Не успела Лариса договорить, как распахнулась двустворчатая дверь операционной, и в коридор вышел усталый доктор Фридман — в прошлом известный нейрохирург. После войны, не выдержав нагрузки, он отказался от практики и ушел на хутор «сажать помидорчики». Но ненадолго — Сашат «по наводке» Нади быстро нашел доктора и убедил немного поработать. Когда это нужно, егерь умел быть убедительным, а уж после трансформации и подавно. В принципе он искал нейрохирурга прежде всего для Андрея, но, осмотрев больного, Фридман подтвердил диагноз Василия Васильевича о том, что пуля несостоявшейся киллерши лишь скользнула по черепу, не пробив его, и князь отделался простым сотрясением мозга.

Фридман вышел в коридор, остановился перед посетителями и устало покачал головой. Лариса горестно вздохнула и, увидев выходящего из операционной мужа, осторожно обняла его. Третьим из дверей вышел Зверь в таком же, как и оба врача, облачении, что смотрелось немного непривычно. На участии шамана в операции настоял главврач, выдержав небольшую перепалку с Фридманом.

— Увы, мы не успели. — Известный нейрохирург стащил с себя маску и чепчик, вытерев скомканной материей потный лоб. — Даже маленькое чудо в исполнении молодого человека нам не помогло. Лариса Григорьевна, мне очень жаль.

Лариса только обреченно кивнула, сильнее прижимаясь к мужу.

Борис Филиппович Мешков был старым другом семьи и несостоявшимся женихом Ларисы Григорьевны. В медицинском они учились все вместе, и даже аспирантуру Мешков проходил на пару с Василием Васильевичем. И именно его главврач позвал на помощь в деле перевоспитания «вампирят», но, как оказалось, эта затея была опаснее, чем выглядела на первый взгляд.

Еще при первом тестировании заключенных опытный детский психиатр и нарколог вычислил верхушку сообщества — безнадежно подсевших на черную пыльцу наркоманов. В нее входили сам Гораций, его подружка Хелена и приголубивший Сашата своим хлыстом Скорп. А вот еще одного «заводилу» он опознать не сумел — затюканный с виду двенадцатилетний подросток под уничижительным прозвищем Юшка удачно затесался в толпу «запуганных и ничтожных». «Вампиреныш» оказался отменным актером. Он покорно ждал своего часа и в тот момент, когда проводились тесты, и даже когда ломка выкручивала ему все суставы. Никто из раскаявшихся бывших соратников не выдал этого звереныша: как оказалось, все боялись безумного Юшку даже больше, чем Горация.

Этого «партизана» поместили в общую камеру и водили на собеседования к психиатрам без наручников, за что и поплатились. Получив от Горация условный сигнал, Юшка вырвал зубами ноготь на указательном пальце и проглотил. Все бы ничего, но никто так и не удосужился обратить внимание на странный лак, покрывавший ногти у всех этих «готов». Точнее, странным он был у верхушки — лак имел солидную примесь черной пыльцы.

Нападение произошло неожиданно для всех — и для охраны, и для самих докторов. Наркотик мгновенно увеличил силу и скорость вампира. Главврачу повезло — именно он разговаривал с Юшкой и, получив удар в висок, отлетел к стене, потеряв при этом сознание, а вот Мешкова маленький монстр порвал серьезно. Юшке даже удалось убить охранника и выбить дверь допросной комнаты, но до своего повелителя он так и не добрался — люди Краснова успели прийти в себя. «Вампиреныш» получил две резиновые пули в голову и наконец-то успокоился.