Кровь, огонь, серебро... - Владимир Лещенко

Pядом располагалась клетка, в которой сгрудились около двух десятков человек.

– Кто это? – Борис присмотрелся. – Уж не кровососы ли?

– Да-да, – покивал Бобров, – это наши, тэ-эк сказать, собратья-вампиры, специально для такого дела инициированные. Расходный материал. Все – бывшие бомжи, именно для подобного случая мной содержавшиеся в одном тайном месте…

– Ладно, как есть так и есть. – Голос Северьяна был глух и грозен. – Не трать время на объяснения – отрок все сам поймет. Давай начинать ритуал…

И действо, основой которого были разнообразные пытки и истязания, началось. Все, что творилось в заброшенном цехе, слишком страшно и отвратительно, чтобы приводить тут описания – да и вообще, происходившее там трудно передать словами.

Все это делалось с единственной лишь целью: для свершения одного из ужаснейших ритуалов, пришедших еще из языческой древности.

Пока Северьян орудовал обсидиановым ножом, Дмитрий читал магические формулы, и, повинуясь его словам, мертвая плоть вновь возвращалась к жизни.

– Киа! Уиа! Шимморриаш тхол аррагах! Ниалларот! Беттиарр! Феннирот! Навендаpx! Митторихс!

Кровавые полосы на теле жертв, оставленные кинжалом, агатово блестели в демоническом свете, исходившем от костров.

Лютоборов деловито сдирал со свежесозданных младших вампиров кожу, и кровью писал на ней знаки, должные принести успех делу, и знаки эти отправляли души жертв демонам глубоких Бездн, в обмен на могущество и силу.

Линии колдовских знаков мерцали мрачными сиреневыми бликами, руны извивались, становясь печатями Тьмы.

Корчащиеся в агонии телa осели, опали и шевелящейся коричнево-зеленой массой, булькая, растеклись по пентаграмме.

– Хээллистиарр! Глами! Сфоттарра! Никкрресторра! Ка! Уа! Фейта! Фейта!

Знаки, которыми были расписаны магические фигуры, налились багровым вулканическим огнем и ярко засветились.

Потом пламя погасло, как под порывом запредельного ветра, и лишь постреливали золотые искры и переливались красными прожилками угли.

И вот прямо перед ними сгустилось чернильное облако живой темноты. Внутри этого облака пронзительно зазвенело, и что-то белое проступило из сгустков мрака.

А когда кровавые знаки перестали излучать мертвенное свечение, в воздухе отчетливо проступила фигура твари, похожей на гибрид обезьяны и рептилии, светящаяся сине-зеленым огнем.

Таких тварей не создавали уже давно – даже древние маги Египта и Месопотамии избегали этого.

«Владыки! – рокотом прозвучала мысленная речь, отдаваясь эхом в головах всех троих. – Я повинуюсь – приказывайте!»

– Ну, нам пора, – сказал Лютоборов как ни в чем не бывало. – Там, кажется, жарко…

– Повелеваю: перенеси нас туда, где мои соплеменники бьются с оборотнями, – приказал Дмитрий.

«Повинуюсь», – прошелестело в астрале.

Через несколько мгновений в воняющем паленым мясом зале не было никого – возможности аджаха воистину почти безграничны…