Дама с собачкой - Олег Дивов

— Ты хоть бы села, стоишь, как школьница перед директором.

Я плюхнулась на диван.

— Я меньше всего на свете хочу идти в твою спальню, выгонять чертову псину из-под кровати, звать прислугу, чтобы навела порядок. Я справлюсь за минуту, но мне надоело справляться. Я устал. Я звонил Алистеру, он прилетит ночью. Скорей всего, мы до утра будем работать. Почему бы тебе не поспать в моей комнате? Мы не раз так поступали, но раньше тебя это не смущало. Адины «откровения» пробили брешь?

— Ну вот еще. Просто здесь полно прислуги, которая по обязанности донесет твоему деду. Тебе как с гуся вода, а я не хочу, чтобы на мой счет строили догадки.

— Делла, мы разворошили осиное гнездо. И мы должны опередить ос, пока они нас не зажалили. Это задача номер один. То, что было до сих пор, — цветочки и обмен любезностями. Если я сейчас не успею нанести ответный удар, мы пожнем такой урожай ягодок, что нас под ним похоронят. В буквальном смысле. Все остальное не должно нас волновать. Мнение Скотта — это его мнение. Он не самый большой любитель им делиться. Максимум, что он сделает, — скажет мне. Тебя это не коснется. Скотт слишком хорошо воспитан, чтобы делать замечания посторонним. Если бы ты была членом семьи или собиралась им стать — другое дело. Тогда он тебя задрессировал бы.

— Ладно, тогда я пошла спать… Стоп! Все-таки Ада на встрече сказала что-то еще. И я никак не могу поймать, ускользает.

— Ты пришла на встречу с сибирской овчаркой, но ни словом не обмолвилась о том, что это киборг.

Ну конечно же! «Киборг, говоришь? Опять врешь. Сибирских киборгов не продают за пределы планеты. Никому».

— А наши киборги не едят овощи с мясом… — пробормотала я.

— Есть вероятность, что хозяева Ады боятся вмешательства Сибири, и боятся очень сильно. Если ты ходишь с настоящим сибирским киборгом, это знак благоволения на самом высоком уровне, какой только можно представить. Вот они и решили проверить Василису, так сказать, на прочность. И наши нервы заодно.

— Бедная Васька… — Я поежилась. — Слушай, но мы же не хвастались ею направо и налево.

— Иногда все-таки хвастались. Но отсюда следующий вопрос: как они собирают информацию для шантажа. Будем разбираться. Ада угощала тебя по большей части сплетнями, это несерьезно. Против влиятельных фигур нужен куда более надежный материал… Иди отдыхай.

— Ладно, пойду.

Я уже коснулась двери, когда Август окликнул меня. Я обернулась. У него было такое же каменное лицо, как в библиотеке, и я отчего-то струхнула.

— Один вопрос. В отличие от сентиментальных страданий, важный. У тебя по женской части действительно такие нелады?

Я хохотнула. Надо же, ожидала совсем другого.

— Информация устарела. Уже все нормально.

— Прекрасно. Я рад. А то хотел посоветовать тебе хорошую клинику.

— Возможно, я именно там и лечилась.

— Клиника доктора Оршана.

— Она самая.

— Тогда все в порядке. Спокойной ночи.

На всякий случай я еще раз заглянула к себе. Открыла дверь, включила свет — тишина. Я нагнулась. Из-под кровати на меня сверкнули два желто-зеленых кругляшка. Понятно. Из засады Василиса не выйдет, проще снять с нее кровать. Я нашла пижаму — что-то мне сегодня не хотелось сверкать телесами — и пошла в спальню Августа.

Чувствовала я себя, мягко говоря, неуютно. Это все-таки не гостиничный номер, здесь родовое гнездо, традиции и этикет. В какой-то момент я даже почти убедила себя, что отель в Пиблс — отличное решение, хотя ничего глупей и выдумать было нельзя.

А потом плюнула на сомнения и легла. Похвалила себя за то, что притащила лишнюю подушку. Плед мне не понадобился: в спальне было очень тепло. Я повертелась на огромной кровати и быстро уснула.

Проснулась от того, что рядом кто-то ходил. Замерев и притворившись спящей, я чуть приоткрыла глаза.

— Спи, — велел Август.

A-а, я же в его комнате.

— Ты б свет включил, чего в темноте бродишь…

— Делла, в этой спальне не менялось ничего, кроме постельного белья, последние двадцать лет. Я не то что в темноте — я без сознания тут ориентироваться могу. Спи.

Кровать прогнулась, принимая тяжелое тело. От Августа чуть-чуть, едва заметно пахло вином.

— Неплохо вы поработали с Алистером, ага.

— Он уже улетел. Вечером вернется.

Я хмыкнула. Август выпрямился и затих.

— Спишь? — спросила я.

— Нет еще. — В тоне Августа отчетливо прозвучала игривая нотка.

— Я вот о чем думаю. Если Куруги — тот самый отморозок из военных, который покупал рабов, то где он держит их?

— Естественно, на нелегальных месторождениях.

— Это понятно. А где они физически? Он ведь не командующий, он зам. И командующий у него — дурак, но честный. Вряд ли Куруги взял его в долю. А тогда его нелегальные рудники где-то поблизости от базы. Потому что руду возят на военных транспортах. Куруги не может регулярно отправлять их на тот конец Галактики. Или не на военных, но охраняют караваны конвои с базы.

— Так, — согласился Август. — Мы с Алистером уже очертили примерный круг планет.

— И все они в Ядре.

— Да.

— Но вот что меня занимает. Ведь эти элементы, которые там добывают, тяжелые. Они встречаются преимущественно в хвостах галактик, при старых звездах. Откуда они в таком количестве в Ядре, где звезды молодые?! Откуда у Хилиры аж две кислородные планеты?

— Хороший вопрос. Делла, я светский инквизитор и расследовать дела Господа Бога, сотворившего эти планеты, не могу. Квалификации не хватит и лицензии нет. Кто ее мне, по-твоему, выдаст?

— Гм, — я хохотнула, — я знаю только одного дьявола, но он в физике понимает еще меньше тебя. Август?

— Ну?

— А сколько в среднем живут рабы на рудниках?

— Делла, я намеренно не поднимаю этот вопрос. Не хочу давать тебе надежду.

— Так сколько?

— В зависимости от исходных кондиций — три-пять лет. Рабочие в шахтах гибнут относительно быстро, обслугу уничтожают при переезде на другой рудник. Быстрей всего гибнут строптивые.

— Крис не из покорных.

— Поэтому и говорю: не надейся. Вероятность, что он жив, стремится к нулю, как бесконечно малое число. Скорей всего, его застрелили в первый же месяц — за попытку побега, или мятеж, или еще что-нибудь.

— Но все-таки шанс есть.

— Спи, — приказал Август.

…Проснулась я от того, что мое лицо осторожно трогал чей-то мокрый и холодный нос. Я открыла глаза и увидела Василису, которая пробралась в спальню Августа и с очень виноватым видом стояла рядом с кроватью. Я запустила в нее свободной подушкой, перевернулась на другой бок.