Дивизионный комиссар - Павел Корнев

— Ты должен мне помочь!

— У меня своих проблем хватает!

— Но, Виктор! — взмолился Верст. — Меня убьют!

— Ладно, — вздохнул я. — Попробую узнать, что можно сделать. Но особо ни на что не рассчитывай, понял? Ничего не обещаю. И возможно, от тебя потребуют что-то взамен.

— Все что угодно! Только помоги!

— Попробую.

Я повесил трубку, покачал головой. Двадцать тысяч, кто бы подумать мог? — и принялся набирать домашний номер Томаса Соркина. Диск аппарата, дребезжа, возвращался в исходную позицию, и всякий раз мне казалось, что это лезвие гильотины падает мне на шею.

Позвонили? Похитители уже позвонили? Выставили условия? Или…

— Слушаю вас! — Томас Соркин схватил трубку после первого же гудка.

— Это Виктор.

— А… Нет, пока ничего.

— Если что, звоните в управление.

Связь оборвалась, я кинул трубку на рычажки и вышел из кабинета. Но вместо того, чтобы направиться в дивизион криминальной полиции, спустился в изолятор для задержанных, предъявил дежурному служебный значок и спросил:

— Жака Далина уже оформили?

— Да. Хотите его видеть?

— Разумеется.

Я занес в журнал цель посещения, расписался и подошел к решетке. Напарник дежурного запустил меня внутрь и повел по проходу, в который с обеих сторон выходили двери одиночных камер.

— Погоди, — остановился я, заметив нужного человека. — Эту открой.

— Но…

— Давай-давай. И оставь нас наедине.

Молоденький охранник помялся, но перечить комиссару не решился и вернулся на пост, а я распахнул решетку и шагнул в камеру.

— Ну здравствуй, Лео.

— Кто вы? — вскочил на ноги хорошо одетый молодой человек, даже на вторые сутки ареста не растерявший всего своего лоска. — Что вам нужно? Я не буду отвечать на вопросы без адвоката!

— Зачем нам адвокат? Нам адвокат не нужен, — отстраненно улыбаясь, приблизился я к нему. — Видел Жака Далина? Это я с ним побеседовал. Без адвоката. Жак мне так ничего и не сказал, но он битый-перебитый, а тебя я сломаю.

— Уходите! Я позову охрану! — пустил петуха Леопольд Марон, пятясь в угол.

На вид молодому человеку было столько же, сколько его отцу на стародавнем газетном снимке, но сходство между ними ограничивалось лишь чертами лица. Не чувствовалось в Лео ни решимости, ни жесткости Бориса; да оно и немудрено: паренек лишь по рассказам родственников знал, как отстаивали авторитет семьи в гангстерских разборках дед и отец. Его самого готовили совсем к другой жизни.

Хорошее образование, отличные перспективы. И вот оно как в итоге вышло.

— Это не твоя охрана, это твой караул, — напомнил я. — И придут они, когда нужно будет мне, а не тебе. Поэтому просто скажи, где найти Аарона Малоя, и я оставлю тебя в покое.

— Знаешь, кто я? — ощерился Лео. — Знаешь, что с тобой сделают, если хоть пальцем меня тронешь?

Продолжая загонять парня в угол, я только улыбнулся.

— А кто ты? Ты пустое место, Лео. Пшик! Как только умрет дед, об тебя начнут вытирать ноги все кому не лень. И то, что я сделаю с тобой, уже никого не будет волновать.

— Это я пустое место? Да ты, легавый, ничего не знаешь! Ни-че-го!

— Неужели? — удивился я, будто предлагая просветить меня, но нас прервали.

— Специальный комиссар Грай! — раздалось за спиной. — Немедленно покиньте камеру!

Я оглянулся на стоявшую за дверью неразлучную парочку детективов из дивизиона внутренних расследований, досадливо поморщился.

— Продолжим в другой раз, — пообещал Леопольду и вышел в коридор.

Охранник немедленно запер камеру, и Шульц повыше спросил:

— Что вы здесь делаете?

— Провожу следственные мероприятия.

— А в журнале посещений…

— Я отметился в журнале.

— Но не указали, что будете разговаривать с Леопольдом Мароном!

— Упустил из виду.

— С какой целью вы вчера посещали Адама Марона? — задал вопрос молчавший до того Шульц пониже.

— Проводил следственные мероприятия, — не стал выдумывать я ничего нового.

— Ваши встречи с гангстерами выглядят крайне подозрительно!

— У вас паранойя, мальчики.

— Не паясничайте!

— И не начинал даже. — Меня этот разговор порядком утомил, поэтому поставил вопрос ребром: — Вы закончили?

Детективы в голос ответили:

— Нет! — сразу переглянулись, и дальше уже продолжал высокий: — Нас интересует задержание Жака Далина. При каких обстоятельствах он получил телесные повреждения?

— Оказал сопротивление при аресте, — заявил я. — А теперь, если позволите, у меня дела.

— Мы еще не закончили!

— Странное заблуждение.

— Мы будем вынуждены подать рапорт на имя капитана!

— Удачи.

И, не став больше ничего слушать, я покинул изолятор и поднялся на седьмой этаж. Прошел в кабинет и набрал внутренний номер инспектора Крамера.

— Петр, привет, — поздоровался, когда он поднял трубку. — Выделишь мне наряд патрульных?

— Зачем? — насторожился инспектор.

— Проедусь по городу.

— Виктор, — мягко произнес Крамер, — не глупи. Не лезь в расследование похищения. Не надо.

— И в мыслях не было, — заявил я. — Леопольда выпускают вечером, надо успеть навести шороху. Чтобы не думали, будто мы спустим ситуацию на тормозах.

Соврал ли я? Вовсе нет. Так скажем, осветил ситуацию с другой стороны.

— Хм… — послышалось в ответ.

— Ты дашь людей или нет?

— Дам! — рявкнул Петр и отключился.

Я невесело усмехнулся и достал записную книжку, намереваясь обзвонить знакомых и разузнать последние новости. Только начал решать, кого набрать в первую очередь, и затрезвонил телефонный аппарат.

— Виктор, зайди ко мне! — донесся из динамика рык капитана, и сразу зазвучали короткие гудки.

Беззвучно выругавшись, я подошел к зеркалу, поправил узел галстука, пригладил расческой волосы и отправился к шефу. В приемной при моем появлении секретарша оторвалась от печатной машинки и с придыханием произнесла:

— Плохой, очень плохой мальчик…

Кивком поблагодарив ее за предупреждение, я прошел в кабинет и нисколько не удивился, застав там детективов из дивизиона внутренних расследований.

Успели нажаловаться? Ну-ну…

— Излагайте, — встопорщив усы, разрешил им капитан.