Дивизионный комиссар - Павел Корнев

— Нужны три верхних адреса, сам решай, куда ехать в первую очередь.

— Не рановато сейчас? — удивился парень.

— Кто ходит в гости по утрам? — усмехнулся я. — Полицейские, друг мой, полицейские.

Левин только пожал плечами и вывернул руль. Рыкнувший движком автомобиль помчался по пустынным улицам, и от размеренного покачивания очень скоро меня начало клонить в сон. Как заснул — сам не заметил.

Проснулся, когда потряс за плечо Артур.

— Комиссар! Приехали! — сообщил он.

Я выбрался из салона, огляделся и сообразил, что Левин привез меня к доходному дому, в котором после освобождения проживал некто Раскин — подельник Малоя, на момент разгрома «Синдиката» уже мотавший трехлетний срок в Святом Кейне по другому делу. Новых обвинений прокуратура не выдвинула, поэтому пару месяцев назад он вышел на свободу.

— Бери штуцер, наручники и монтировку! — распорядился я и поднялся на крыльцо, но входная дверь оказалась заперта, и лишь после трех длинных звонков изнутри донесся недовольный хриплый окрик:

— Кого там черти принесли?

— Откройте, полиция!

Лязгнул замок, в щель высунулась растрепанная голова ответственного за жилой фонд представителя домовладельца. Он подслеповато сощурился, разглядывая служебный значок, шмыгнул носом и спросил:

— Чего вам?

— Раскин из сорок четвертой у себя?

— Не появлялся со вчерашнего дня.

— Мы проверим.

Смотритель заметил монтировку в руках у Артура и предупредил:

— Сейчас только ключ возьму, — и отправился в свою комнатушку, тихонько бурча себе под нос: — Выломают замок, а чинить кому? С кого деньги вычтут?

Дождавшись возвращения ворчуна, мы поднялись на четвертый этаж; там я вытащил из наплечной кобуры «Марли» и, велев Левину не маячить в дверях, распорядился:

— Открывай!

Смотритель отпер замок и шустро отступил в сторону. Я повернул ручку, приоткрыл тихонько скрипнувшую дверь и осторожно переступил через порог. В квартире — тихо и темно. Принюхался — только застарелым табачным духом и пахнет.

Приложив к губам указательный палец, я сделал знак Артуру следовать за мной и, стараясь ступать как можно тише, прошел в спальню. Никого. Лишь белеет взбитым пододеяльником незаправленная постель.

Кухонька, туалет — тоже пусто.

— Его здесь нет, — первым нарушил молчание Левин.

Не став подтверждать и без того очевидный факт, я включил свет и начал один за другим выдвигать ящики комода и вытряхивать на пол их содержимое.

— Разве можно без ордера? — спросил Артур.

— Знаешь, — хмыкнул я, — меньше всего сейчас меня волнуют процессуальные тонкости.

Парень заткнулся, но ничего интересного обнаружить не удалось. Бритвенные принадлежности, грязное белье, прочая мелочевка.

— Идем, — позвал я Артура и вышел в коридор. — Если Раскин появится, звоните в участок, — на всякий случай предупредил смотрителя и спустился по лестнице на первый этаж. На улице обернулся к Левину и спросил: — Кто у нас следующий?

— Жак Далин, — глянул Артур в мой блокнот и, забравшись в автомобиль, завел двигатель. — Он как раз по пути, если отсюда к Роберту Болту ехать.

— Хорошо.

Такой расклад меня вполне устраивал, поскольку по последнему адресу проживала сестра Роберта и застать его там шансов практически не было. К тому же вовсе не факт, что гомункулуса вырастила именно Марина Болт.

Хотя, если не она, то кто? Всех специалистов такого уровня в первую очередь проверили…

Решив не подгонять время, я откинулся на спинку сиденья и в очередной раз задумался о событиях последних дней и роли в них Аарона Малоя. Поднятые мертвецы, ограбление банка, осквернение склепа бывшего мэра, эскапада Леопольда Марона, похищение Анны. Мой отец опять же!

Как все эти происшествия связаны между собой?

Как?!

Сплошные вопросы — и никаких ответов.

Голова была будто чугунная, и ничего путного в нее не приходило. А потом стало уже не до того: мы приехали.

Жак Далин снимал квартиру в доходном доме на узенькой улочке неподалеку от пользовавшейся дурной славой Бездны. И строение это даже со стороны производило впечатление самое удручающее.

Какой смотритель, о чем вы? Дверь нараспашку — заходи, кто захочет.

Внутри не лучше: грязь, резкая вонь испражнениями и пригорелой едой.

Гадючник, одним словом.

— Этот Далин — кто он? — не утерпел поднимавшийся вслед за мной по лестнице Артур.

— Бандит, — одним словом ответил я, выискивая в темноте нужный номер. — Кто-то из подельников загнал ему перо в брюхо, вот он и пропустил все веселье на больничной койке.

— Думаете, он как-то связан с похищением?

— Ничего не думаю. Фонарь выключи.

В широкую щель под дверным полотном из квартиры в коридор выбивалась полоска света, и стало ясно, что Жака в постели нам уже не застать.

Забрав у паренька штуцер, я отступил и сразу, выкидывая вперед правую ногу, подался обратно. Раздался хруст, дверь резко распахнулась, и тут уж пришлось действовать без промедления.

Перескочив через порог, я в один миг промчался по коротенькому коридорчику и ворвался в спальню, освещенную тусклым светом моргавшей под потолком лампочки без абажура.

— Брось! — с ходу заорал, взяв на прицел стоявшего у трюмо крепыша. — Брось немедленно! — И уже пронзительно визжавшей дамочке на кровати: — Заткнись, дура! Полиция!

Жак Далин оценил направленные ему в голову граненые стволы, после очень-очень медленно нагнулся и положил револьвер на пол.

— В сторону!

Он повел ногой и задвинул оружие под трюмо.

— Чисто! — крикнул проверивший туалет и кухоньку Артур.

Я шагнул к гангстеру и резким тычком приклада в челюсть сшиб его с ног. С силой завел его руки за спину и сцепил их наручниками.

— Заткнись! — вновь рявкнул на продолжавшую голосить истеричку. — Заткнись или в управление заберу!

Угроза подействовала. Прикрывавшая простыней пышные телеса дамочка мигом прекратила визжать и лишь пролепетала:

— Дайте ему одеться…

— Всему свое время. — Я посмотрел на Далина, который валялся на полу в одних только брюках, и полюбопытствовал: — И куда, Жак, ты собрался в такую-то рань?

— В гробу я тебя видал, легавый, — донеслось в ответ.

Я вполсилы ткнул гангстеру под ребра носком туфли и подсказал Артуру:

— Револьвер под трюмо. Только отпечатками не заляпай. И проверь здесь все.