Ну, понеслось! - Елена Янук

Наугрожав про запас, я, откинув локон, выбившийся из хвостика, выдохнула и наконец открыла дверь, за которой стоял Макс.

Звуки и вой из ванной усилились.

– Ой, привет, входи!

– Что это у тебя там? – Макс встал, насторожившись.

Я одними губами беззвучно по слогам прошептала:

– Ке-вин! – громко добавив: – А-а, этот шум? Да, ерунда, не обращай внимания. Ты вовремя. Пошли кофе пить, я как раз свежий сварила.

Теперь из-под двери ванной комнаты слышалось натужное дыхание. Ага, пытается понять, кто это пожаловал. Ну нюхай, нюхай. Надеюсь, побоишься ломать двери.

Я налила кофе Максу и вышла с ним на балкон, откуда нас в ванной не должно быть слышно. Ага, вон и красная машина Кевина припаркована. Я покачала головой, прихлебывая ароматный напиток. Вот же… пристроился – все удобства под боком! Но злость прошла, и я про себя улыбнулась.

Макс стоял, облокотившись на перила. Автомобиля он не заметил, задумчиво потягивал горячий кофе и молчал. Видно, появление Кевина в очередной раз навело его на неприятные мысли.

А что делать? Я никогда ему ничего не обещала, а когда мы по вечерам гуляли, то оба получали удовольствие от общения.

– Милый балкончик, – вежливо оценил гость.

Я кивнула:

– Да, хочу поставить сюда два кресла и маленький столик, чтобы вечерами сидеть, кофе пить.

Макс улыбнулся, одобрив идею.

Я повернулась к нему, с интересом ожидая ответа.

– Как ты добрался?.. Ну, как вас приняли у Маришки, Ник рассказал. – Я улыбнулась. – Главное, как девочка?

Макс усмехнулся:

– О, это целая история. – Он глотнул кофе и принялся за подробный рассказ, который я внимательно слушала, не забывая, что в ванной мучается неизвестностью, ну или глупостью, один крайне недовольный тип.

– …Пока шли по пригороду, утащили с веревок чью-то старую майку и шорты для меня, потом я принес Маришку к себе – мне надо было переодеться, покормил и повез родителям.

– И теперь ты почетная белка, – откинув волосы со лба, негромко рассмеялась я.

– Что-то вроде… А как ты узнала? – И тут же задумчиво добавил: – Они знают, что тебе Маришка рассказала?

Я сперва отрицательно покачала головой, потом пояснила:

– Ник оговорился… Много ума не надо, чтобы связать «а» и «бел…», – отмахнулась я, кивнув в сторону ванной. – Вот и эти думают, что не знаю, и прислали волка для охраны.

– А я слышал, что у вас с ним свадьба на носу. – И сухо добавил: – Прихожу узнать у тебя, а тут он.

– Свадьба? У нас? – Я пожала плечами, не скрывая удивления. – У Кевина точно была невеста, беленькая такая, очень милая… Скорее всего, твои осведомители что-то перепутали. – Относительное спокойствие давалось мне нелегко. Я опешила от такой новости.

Макс на мою реплику не отозвался. Мы пили кофе, каждый глядел перед собой. Затем гость любезно вручил мне пустую кружку:

– Ладно, Люд, Кевину привет. Я пошел…

– Угу. – Кивать необходимости не было, гость пулей понесся к двери.

Проводив впавшего в меланхолию Макса, я медленно вернулась на кухню, вымыла чашки, поставила их сушиться и наконец, сжалившись над волком, выпустила бедолагу.

Злой как волк – подходящее сравнение! – Волчик развернулся, демонстративно ушел и, отвернув морду к двери, развалился на коврике.

Я фыркнула – сама так умею, нечего мне указывать. Мне бы в голову не пришло диктовать ему, что делать и куда ходить. Так что расцениваю его действия как чистой воды наглость, и мне все равно, обиделся он или нет.

Вернулась на кухню, приготовила пюре с учетом немалого аппетита своего гостя и пожарила рыбку. Не знаю, любит или нет, но мяса в морозилке не нашлось.

Когда я вышла из кухни, волк так и лежал под дверью.

– Есть будешь?

Молчание.

Я пожала плечами и села на диван. Делать было нечего, а после бессонной ночи на меня напала дремота. Подтащив к дивану подушку, прилегла… Засыпая под уютные крики играющей во дворе детворы, я думала, что хорошо бы ему прервать нелепую цепь ошибок, а то указывать и доставать – так это он с удовольствием, а исправлять кто будет?

Шум в прихожей, хлопнула входная дверь, и меня обдало ароматом роз. Я проснулась от того, что мне на грудь положили розы, те самые, с замечательным ароматом. Открыв глаза, вгляделась в улыбающегося Кевина, склонившегося надо мной.

Сонно улыбнулась в ответ, стараясь подыскать слова, чтобы и поблагодарить и поругать одновременно. Но он опередил:

– По ночам надо спать, соня.

Я еще раз принюхалась – ох как букет пахнет! И куда он бегал за цветами? Поспала, называется…

Мозг выдал полную глупость:

– Ты хоть поел, метеор? Или рыбу не любишь?

Кевин секунду обдумывал.

Замерев неподвижно на диване, я была готова вырвать себе язык. И вообще, надо было как-то это обставить, а не ворчать. Исправляя неловкость, сказала:

– Розы – просто чудо! Спасибо.

Он кивнул, молча за мной наблюдая. Может мне ему в любви признаться для разнообразия?

Прижав к себе цветы, я отодвинулась от него и с возмущением призналась, но почему-то в другом:

– Не думаю, что выделяюсь из толпы тем, что не люблю, когда меня обманывают! – Бросила гневный взгляд на Кевина. – Или считают глупой, неспособной понять…

Я втянула воздух и пригрозила:

– …и Дашкинсу я еще устрою!

Кевин покачал головой:

– Не надо. Она чуть не поседела, когда тебя похитили. До сих пор себя винит.

Разговор получался не такой и не о том. Скомканный…

Я вздохнула, придвинулась и сама нежно обняла, пока он приходил в себя после таких перепадов.

– Я очень обижена вашим недоверием. Даша… и ты… как вы могли?

В ответ Кевин осыпал меня жадными поцелуями, но я еще не закончила ворчать, попыталась оттолкнуть его и вновь припомнить все обиды. Он прижал меня к себе и «взорвал бомбу»:

– Если ты ждешь извинений, их не будет. Мы не имели права говорить… пока не имели.

– Жду, конечно! И что значит, извинений не будет? Даша ведь все знает, почему мне нельзя было сказать? – я оттолкнула Кевина, недовольно глядя на него. – Знаешь, у меня появилось ощущение, что меня гадко использовали, вот только не пойму, почему и, главное, зачем… То твои глупые нападки, я тебя почти за монстра считала, то глупейшая ложь, хотя что я хочу…

Я разочарованно отвернулась. Неужели не ясно, что это предательство по отношению ко мне?

Он, вздохнув, обнял меня и тихо пояснил: