Ну, понеслось! - Елена Янук

Проснулась в поту, задыхаясь от кошмара, в котором меня преследовала гиена с горящими глазами. Поднимаясь с дивана, оглядела родные стены, от которых уже отвыкла, – боль сжимала сердце как тиски. Сколько всего пришлось пережить!

В полусне я находилась два дня. За это время вымыла окна, подоконники и стены – сделала генеральную уборку, заодно выкинув одеяло и тарелку Волчика. Сегодня я вновь взялась за спасительную уборку. Вещей у меня мало, так что, пройдясь с пылесосом по комнате, разложила все по местам, протерла пыль. Взглянула на часы – почти полдень. Квартира блистала чистотой.

Теперь время тянулось безумно медленно. Я положила в кофеварку молотый кофе, налила воды на три чашки и включила.

– И, как всегда, не знаю, бежать мне от вас или остаться? Наказать за ложь или простить великодушно? – прошептала я себе. – Или перестать думать о прошлом и вернуться в настоящее.

От размышлений меня оторвал звонок. Я подняла трубку завибрировавшего телефона и устало выдохнула:

– Да?

– Люд, привет! А где Кевин? Не могу найти с утра ни одного, ни другого.

– Очевидно, он решил не тратить время на женщину, вполне определенно пославшую его к черту.

– Правда? И когда успела? И глаза небось на мокром месте? – В голосе Даши прорезалось подозрение…

– Потому и на мокром, – вздохнула я и налила себе готового кофе. Взяла чашку дрожащей рукой и стала пить маленькими глотками.

Внезапная догадка Даши попала в цель:

– Не можешь привести мысли в порядок? Обижена?

Я кивнула, потом ответила, сообразив, что Даша не видит:

– Может быть… не знаю.

– Ну, понятно, в этом поможет только время.

– Даш, прости, в дверь кто-то звонит.

– Не переживай, они от каждой… организации охранников к тебе приставили.

– Угу. От стаи, ты хотела сказать?

– Нет, Андрей от клана, только Рэм от ста… Ты знаешь? – Голос подруги потух. – Потому ты и злилась.

– Да, и потому тоже! – язвительно, не скрывая обиды, закончила я.

– Ладно, ты вроде как шла двери открывать, – тяжело вздохнула Даша. Теперь уже она все обдумать хочет.

– Угу, шла… Поговорим позже, – угрожающе закончила я. Отключив связь, подошла к двери и, скрыв внезапную опаску, открыла. За дверью стояли Тео и Волчик. То есть Тео и Кевин. Неразлучные друзья.

Угу, угу… Я прикусила губу, чтобы не высказать им все, что думаю по этому поводу.

Я отступила в сторону, приглашая их к себе:

– Добрый день. Заходите. Кофе будете? – На приглашение в комнату вбежал один Волчик.

Тео отказался:

– Не, я на минуту. Мы с Дашей посоветовались и решили отдать Волчика тебе… для охраны, – невинно начал Тео, и в его глазах промелькнула искорка то ли симпатии, то ли улыбки.

Я вежливо кивнула, в душе усмехаясь – то-то она их везде искала… Советовались они, значит. Угу. Понятно.

– Я… спасибо. – Мне удалось сдержаться и даже любезно проводить «заботливого» начальника.

Волчик ходил за мной по пятам, преданно заглядывая в глаза, облизывая руки и оббивая недавно вымытые стены своим шикарным хвостом – впору о волчьей шубе помечтать, наблюдая такую красоту.

Сначала я злилась. Потом успокоилась и стала находить его поведение смешным.

Налив себе еще кофе – еда сейчас в меня не лезла – я опустилась на колени перед «Волчиком» и погладила ему уши. Взяв голову обеими ладонями, внимательно вгляделась ему в глаза, не стыдно ли обманывать? Стыдно – волк насупился и со вздохом их опустил.

– Значит, так… охраняешь, – подвела я итог. – Хорошо.

Хлопнула ладонями по коленям, поднялась и отошла. Волк двинулся за мной, на ходу облизав мне руку.

– Не подлизывайся! – Я сурово отняла ладонь и спрятала за спину.

Волк явно проигнорировал мои слова. Как только села на диван, мягко уложил голову на колени, внимательно глядя в мои глаза, даже хвост не шевелился.

– Милый… – со вздохом оценила я его интерес, ласково погладив мягкую шерстку за ушами. – Осторожно, в чашке горячий кофе.

И чем Кевин думает? Зачем он здесь появился? Вину замаливать? Может, и на самом деле охраняет. Зато я точно знаю, чего жду. Когда он наконец перейдет к главному, точнее, к разговору. Но пока он, прижавшись к ногам, сидел рядом, не отрывая от меня глаз.

– Это ты так меня успокаиваешь, – догадалась я. За верную догадку меня наградили легким поцелуем, облизнув ладонь так невесомо, словно бабочка притронулась крылом.

Я щелкнула пультом – включился позабытый в саундбаре фильм с Дольфом Лундгреном. Так-так… Дежавю…

Показав на экран, деловито сообщила:

– На тебя похож, тоже блондин, – и погладила светлый подшерсток у него за ушками. Пусть теперь голову ломает, о Волчике я или о Кевине.

Волк влез на диван, улегся на спину, поджав длинные лапы к груди, и подставил для ласк пушистую шею, которую расчетливо уложил на мои колени.

– Ну, спасибо. – Лучше бы со мной поговорил, хотя внутренний голос не позволил мне высказать это вслух.

Я не позволю играть со мной. И вообще… во мне еще бурлил гнев из-за предательства и обмана. Что ему мешало раньше мне все сказать? А теперь поиграю я.

Я, сурово отодвинув его голову, сказала, поднимаясь с дивана:

– А ну, на место, охранничек! Коврик у двери ждет.

Когда человек чувствует стыд, он, как правило, отводит взгляд, отворачивает лицо в сторону и опускает голову. Ну, точно! Пес выполнил все, как в учебнике психологии, потом, тяжело вздохнув, лег у двери.

– Кормить тебя буду манной кашей, сейчас больше у меня ничего нет.

Волчик еще раз тяжело, чуть не в голос, вздохнул и отвернул голову к двери. Жестоко я с ним, но пришлось подавить неуместную жалость.

– Ладно, не хочешь кашу, я схожу и куплю что повкусней, но ты останешься здесь.

Волк поднялся, медленно и цинично оглядел мою майку с шортами, повернулся и показал мне зубы.

Каков наглец!

– Сейчас выставлю вон, и будешь Тео указывать, с кем и в чем ходить. – Нет, ну наглость какая! Моему возмущению не было предела. – С тобой не пойду. Рычи, сколько хочешь.

Он вновь показал раздраженный оскал и лег у двери. Отодвинуть или обойти его было невозможно.

Тут так неудачно позвонили. Я вздрогнула от неожиданности. А может, удачно? И быстро сообразила.

– Всех знакомых перепугаешь, – прошептала я и, больно схватив его за ухо, завела в ванную, закрыв ее на щеколду. Он стал корябать лапами дверь, мягко завывая.

– Клянусь, чем хочешь. Поцарапаешь мне ванную, в ту же минуту верну тебя Тео. Навсегда! И плевать мне на обещания нового ремонта. Мне нравится именно этот.