Дочь Гробовщика - Лука Каримова

— Это все, чем ты можешь меня соблазнить? — прошипела Диа, и ее взгляд потух, она поежилась, как от холода, и бросила взгляд куда-то в сторону. — Мне пора. Больше не ходите на вызовы в эти богом забытые места, не для того все эти годы я так усиленно работала.

Крабат схватил и сжал ее за запястье, у нее была холодная нежная кожа:

— Ты... ради нас?

Девушка опустила взгляд на его пальцы и заглянула в глаза инквизитора:

— Ради всех. Особенно тех, кто не в состоянии защитить себя, как те селяне, — она освободилась от его хватки и, развернувшись, исчезла в плотном тумане. — Прощайте…

Крабат бросился следом и, выскочив из-за серых могильных плит, увидел плывущую к раскрытому порталу девушку:

— Постой, Диа! — он побежал вперед, но резко остановился.

Из огненной воронки портала к Диавалии потянулась когтистая лапа, а затем появилось знакомое лицо демона. Это был Астарот. Он был в истинной ипостаси: выше и мощнее любого мужчины, его острые рога на высоком лбу пугали всех, но не Диавалию. Он развел руки в стороны, и она бросилась в его объятья, как в единственное, что спасет ее.

Демон смерил Крабата суровым взглядом и оскалился в улыбке. Портал закрылся.

Крабат остался стоять на месте и сверлить увлажнившимся взглядом место, где еще секунду назад стояла та, кого он поклялся защищать.

Юро подошел к нему и, тяжело вздохнув, похлопал напарника по плечу:

— Главное, что она жива и с ней, вроде бы, все в порядке... Пойдем, нам здесь больше нечего делать.

Вдвоем они побрели с кладбища, оставив за собой одинокие могилы.

***

Диавалия

Мне понадобилось много времени и лет, чтобы свыкнуться с тем, кем я стала. В мире людей я — лич, появляющийся под покровом ночи на территории кладбищ. Мои владения инквизиторы оградили чарами и нанесли руны, дабы свести риск от моего присутствия до минимума.

Я оберегала жизни окружающих от тьмы и самой себя, борясь с возникающим в мире людей злом. Моя смена длилась ровно столько времени, сколько ледяные иглы впивались в мое тело, обращая все чувства в боль.

Я многому научилась у Астарота. Ни один университет, ни одна книга не обучили бы меня всему тому, что я узнала у демона.

Мы жили в его замке, где за окнами всегда было алое небо, пахло костром и морозом, но именно там, мне всегда было тепло и безопасно. Прежде чем встретиться с семьей, мне потребовалось обозначить границы их мира и моего — мира демонов и первородной тьмы, где я жила под присмотром Астарота. Я не хотела подвергать родных опасности, тому, что я могу сорваться и выпить их души.

Теперь все страхи позади, а даже если они время от времени возвращаются, я всегда знаю, в чьих объятьях им нет места. Чьи горячие руки погладят меня по голове, чьи нежные, но настойчивые губы подарят успокоение и вернут огонь в мое леденеющее сердце.

Я стала инквизитором, но также личем, тем, кого все считают тьмой и первым врагом людей. Я не дам злу захватить мой разум и, если так случится, то готова принять смерть от рук друзей и близких.

— Ты сегодня быстро, я не успел соскучиться, — шепнул, даря поцелуй, мой демон, поймав меня в объятья.

— Всего лишь сильный дух, таких моя коса с легкостью срубает, — в одной руке я сжимала черенок оружия, а другой провела по алым волосам единственного в моей жизни мужчины, которому доверила душу и тело. Убрав длинную прядь за его заостренное ухо, я вдохнула родной аромат и, уткнувшись носом в его шею, прошептала. — Я встретила старых друзей…

Демон был выше меня и, держа в объятьях, приподнимал над полом. Он осторожно поставил меня и преобразился в повседневный облик: белоснежные волосы, на голову выше меня, ладно сложенный демон в человеческом теле.

— Ты что-то почувствовала? — он продолжал держать свои руки на моей талии.

Я призадумалась: «Что же я действительно почувствовала, когда увидела этих двоих?»

— Облегчение… — я подняла на него взгляд и улыбнулась. — Что с ними все в порядке.

— А с тобой? — его золотистые глаза прищурились.

— Со мной давным-давно все хорошо, потому что я в надежных и умелых объятьях, — я усмехнулась и первой поцеловала его в губы, беззастенчиво, не как когда-то впервые, боясь гаммы чувств, которые испытывала, по-настоящему ощутив себя девушкой, а не беглецом, бегущим от страха смерти.

Нет, сейчас я целовала страстно. И именно так, как мы оба привыкли за годы наших крепких, полных огня и доверия, отношений.

«Повенчанные тьмой…»