Проклятый металл - Павел Корнев

— Кто такой? — перебил собеседника Ловкач.

— Не знаю, говорят, с наемниками как-то связан. Вербовщик вроде как.

— И зачем это ему, если он такой денежный? — полюбопытствовал Якоб. — Вербовщики обычно картами не увлекаются.

— На полуночи неспокойно, — важно заявил бугай и неторопливо отпил пива. — Чем больше он голодранцев наших завербует, тем больше навара получит. А для этого звонкая монета нужна. Кого умаслить, кого — подпоить. Ну, ты понимаешь…

— Да кто ж меня в игру с таким серьезным человеком возьмет? — усмехнулся Ловкач.

— Он пока всякую мелочь обчищает. Вчера в «Золотых львах» Виктора Дахо и братьев Вилье на десяток золотых опустил. Сегодня Сурок и Эл Руш ему компанию вызвались составить. Ну и я в игре…

— Удачи! — усмехнулся Ланц и начал подниматься из-за стола, когда его довольно бесцеремонно потянули за рукав обратно.

— Подожди, — зашептал Марти на ухо Ловкачу, — все ж знают, кто ты такой, за твоими руками следить будут, а карты я на своей сдаче подтасую. Я! Как закашляюсь — поднимай ставки.

— А сумеешь? — заинтересовался Якоб.

— Выигрыш пополам, — расплылся в улыбке бугай. — Допивай и пошли…

В задней комнате «Рваного паруса», где обычно и устраивались карточные партии для серьезных людей, до времени царил полумрак — свечи в стоявших вокруг стола канделябрах разжигать никто не спешил, и лишь под потолком помаргивал тусклый огонек светильника.

Хозяйствовал в кабинете помощник кабатчика, известный играющей публике под прозвищем Ленивец. Полноватый и медлительный, он обладал столь цепким взглядом, что передергивать карты в его присутствии становилось сущим мучением.

Скучавшие за столом игроки тоже были Ловкачу прекрасно знакомы. Высокий и лысоватый, с давно уже наметившимся брюшком, но все еще опасный, как мурена, Сурок — не самый последний человек в столичном преступном сообществе — разминал пальцы. А смуглый и курчавый Эл Руш — уроженец Пахарты, сделавший состояние на контрабанде жемчуга, специй и гашиша, — потягивал явственно отдающее какими-то благовониями вино. Не самые удобные партнеры в игре, но могло быть и хуже. Намного хуже.

— Какие ставки? — пробасил усевшийся за стол Марти, выставил перед собой кружку с пивом и пожал руки многозначительно переглянувшимся при появлении Ловкача игрокам.

— Высокие, — неодобрительно покосился на подвыпившего здоровяка Ленивец и, запалив лучину, подошел к канделябру. — И пиво… убери…

— Как скажете, кэп, — в один глоток осушил кружку Марти и протянул ее вышибале.

— Правила обычные? — Ланц занял место напротив подельника.

Дождавшись утвердительных кивков, Ловкач обернулся к входной двери и нахмурился. Заглянувший в комнату худой тип в кожаной жилетке поверх темной рубахи определенно до этого мелькал в обеденной зале. На вышибалу он не походил, да и запаздывавшим вербовщиком совершенно точно не был тоже.

— Честно говоря, не ожидал тебя здесь увидеть, — пододвинулся к Ланцу Сурок и уже куда тише уточнил: — Ты уверен, что можешь себе это позволить?

— Ставки настолько высоки? — прищурился Якоб.

— Для тебя — да, — сдвинулся обратно на свое место головорез.

Насторожившийся Ланц хотел было потребовать объяснений, но не успел — в распахнувшуюся дверь вошел запаздывавший игрок, и Ленивец кинул на стол колоду карт.

Вот только игра теперь стала интересовать Якоба меньше всего — мошенник с трудом удержал руку, уже было дернувшуюся ощупать скрытый высоким воротником шрам. Шрам неглубокий, давно превратившийся в узенькую белую полоску поперек горла и лишь изредка легким зудом напоминавший о своем существовании.

— Надеюсь, без меня не начали? — разглядывая собравшихся в кабинете игроков, остановился в дверях вербовщик и передал длинный плащ моментально оказавшемуся рядом хлыщу в жилетке.

— Вы Гор Корса? — смерил его задумчивым взглядом Ленивец.

— А ожидается кто-то еще? — Корса, на фоне которого даже бугай Марти смотрелся не столь внушительно, без приглашения занял свободный стул. — Если нет — можно начинать.

— Давно в городе? — Ловкач медленно, очень медленно и осторожно разжал вцепившиеся в столешницу пальцы. Паническую мысль плюнуть на все и выскочить из-за стола он безжалостно выкинул из головы. Нет, если сбежать сейчас, то придется навсегда убираться из столицы. Уж лучше рискнуть, благо риск должен окупиться сторицей. Должен…

— Привет, Якоб, — сделал вид, будто только тут признал мошенника, радостно заулыбавшийся вербовщик. Несмотря на массивное сложение, ни чуточку не грузный, он одним своим видом вызывал у людей симпатию. Чем обычно и пользовался. — Честно говоря, не ожидал тебя тут встретить. Как здоровье?

— Не жалуюсь, — пожал плечами Ланц и ужалил в ответ: — Вижу, тебе удалось уладить то недоразумение с господином Ошем?

— Ты же знаешь, я всегда довожу начатое до конца. — Вербовщик никак не выказал своего раздражения подначкой и оглядел игроков: — Ну, может, уже приступим?

Привычка собеседника доводить дела до их логического завершения была Ловкачу прекрасно известна. Как не понаслышке, знал он и о принципиальности Мешка Костей в вопросах устранения вызвавших его неудовольствие людей. Если впервые за десять лет Гор Корса осмелился вернуться в столицу, значит, действительно смог столковаться со старым живоглотом. И это стоило иметь в виду.

— Надеюсь, правила напоминать нет нужды? — уточнил Ленивец. — Нет? Тогда начинаем…

Первое время Ловкач играл совершенно бездумно. Принимал карты, скидывал, в меру блефовал, иногда поднимал ставки, чаще предпочитал не рисковать. Шорох карт, звон монет, редкие реплики партнеров, короли и покойники, полукроны и двойные марки, пентакли и алебарды, палачи и виселицы. Игра никак не могла увлечь Якоба, да, честно говоря, он и сам не собирался выкладываться в полную силу. Не затем все было затеяно, чтобы в самый неподходящий момент азарт голову вскружил.

Как бы то ни было, Ланц оставался в плюсе. Небольшом, но все же плюсе. Любители тягаться с ним за карточным столом не могли, и решивший сорвать стоявший на кону куш контрабандист в полной мере прочувствовал это на своей шкуре. С проклятием скинув карты, Эл Руш выскочил из-за стола и покинул кабинет, на прощанье со всей мочи хлопнув дверью.

— Не стоило ему так горячиться, — усмехнулся вскрывший карты контрабандиста Ленивец. Тройка висельников, виселица и воин.

— Не стоило, — кивнул Ловкач, перед тем выложивший на стол трех рыцарей, госпожу и короля, и мысленно поблагодарил всех Святых, что вместо совершенно не вписавшегося в расклад воина контрабандисту не сдали палача или беса.

— Продолжаем, господа? — уточнил Ленивец.

— Само собой! — принялся тасовать колоду карт Марти, который старательно избегал рисковать, но тем не менее просадил почти все принесенные с собой деньги.