Мой истинный - Любовь Черникова

Бессигера Маурштейн отжималась!

— Марэна Данаостро! — тяжело выдохнула тетя, плюхнувшись на живот. — Тебя не учили стучаться?

— А. Я подумала. Прости.

Недовольно сопя, тетя с трудом села, и я всерьез запереживала, что алые тренировочные штаны, не иначе сшитые на заказ у ериссы Сантьяго, вот-вот лопнут. Волосы тетя подвязала в тон ярко-алой повязкой, а необъятный белый балахон заменил ей футболку, подолом которой она и вытерла мокрое от пота лицо.

— Если ты подумала, то тем более не стоило так врываться. Но что-то мне подсказывает, что ты и не думала подумать.

— Я решила, что на тебя напали демоны! — обиженно выпалила я.

— Да на кой я им понадобилась? — скривилась тетя Бесси. — Молния в одно дерево дважды не бьет.

Что-то в этой фразе показалось мне подозрительным.

— Тетя, а не связана ли как-то твоя инвазия с папой?

— Что ты имеешь ввиду? — нахмурилась тетя Бесси, тяжело поднимаясь на ноги.

— Может, у него было какое-то важное задание в то же время?

— Может, и было. Да кто ж уже вспомнит? Сколько лет прошло, — тетя потянулась к стакану с водой, и собиралась уже пригубить его, но остановилась на полпути. — А почему ты спрашиваешь?

— На меня сегодня напали демоны.

— Демоны или демон? Как это случилось? И где, неужели в академии?!

— Нет, прямо на улице. Нам с друзьями чудом удалось отбиться.

— Отбиться... Погоди! Ты хочешь сказать?..

— Да, это были воины. И их было несколько. Даже много.

Тетя с размаху плюхнулась на постель, заставив подпрыгнуть подушки.

— Рассказывай немедленно!

Пришлось повторить весь свой рассказ с самого начала, а заодно пересказать разговор с Дорном.

— Так что ты тоже теперь в опасности. Не выходи за пределы нашей улицы, пожалуйста. Или лучше переезжай во дворец. Уверена, дядя Оллан выделит тебе лучшие покои.

— Вот еще! Мне и здесь неплохо, — отмахнулась тетя. — Я рада слышать, что мой брат жив. Но из всего сказанного пройдохой Дорном следует, что он знает куда больше.

— Полагаете, декан Дорн что-то скрывает?

— Уверена, что так и есть. Истинное положение дел он скрывает, и что-то мне подсказывает, что дела у Андреса плохи настолько, насколько еще не бывало, раз демоны внаглую среди бела дня охотятся за его дочерью.

Вздохнув, я только согласно покивала и поинтересовалась:

— Я так понимаю, что наше вечернее чаепитие отменяется?

— Да. Пора что-то менять. Так что вместо чая предлагаю ввести вечерний овощной салатик. Как тебе?

Я поддержала тетю, радуясь переменам в ее жизни, которые она затеяла с таким энтузиазмом. За салатиком, который оказался недурственным, мы проболтали почти полтора часа, а потом связались с мамой, которая осталась на эту ночь в госпитале, а после разошлись по своим комнатам.

Мне надо было понять, какие вещи стоит взять с собой и, наконец принять ванну, чем я и занялась. Но стоило с наслаждением погрузиться в горячую воду, как в окно кто-то бросил камешек. Сначала я не придала этому значения, решив, что это ветер стучит в окно веткой дерева. После второго стука вспомнила, что под моим окном нет деревьев.

Осторожно выбравшись из ванной, накинула махровый халат, и осторожно выглянула из-за занавески, но тут же юркнула обратно.

— Ой!

Снаружи тотчас донеслись переливчатые трели струнной айтары. А следом к незамысловатой мелодии добавился и приятный мужской баритон.

О, Бесси, твои глаза точно звезды,

А твои губы как горький мед!

Я готов целовать их вечность.

Выгляни милая, и сердце мое соловьем запоет!

О, Бесси! Я готов для тебя бросить Север,

Променять родные снега на жар твоей любви.

Я хочу стиснуть тебя в объятиях,

Выгляни милая, и сердце мое растает словно лед!

М-да, играет он куда лучше, чем поет, сделала я вывод. Серенада получилась не слишком складной, да и пелась слегка не под тем окном, зато очень проникновенно, хоть и немного фальшиво.

Приложив ладошку ко рту, будто поющий мог меня услышать, хихикнула. Потом еще. А потом и вовсе рассмеялась в голос и убежала в глубь комнаты, вытирая слезы. Судя по звуку, распахнулось окно тети Бесси. Такое представление я просто не могла пропустить, поэтому снова вернулась на прежнее место. Осторожно выглянула из-за занавески, стараясь оставаться в тени.

— Эрик, чего ты надрываешься, точно мартовский кот? Всех соседей переполошишь, а здесь частная территория, и кто-нибудь обязательно вызовет безопасников!

Тетя высунулась в окно едва ли не по пояс. Даже мне было ее немного видно со своего места!

— О, моя грозная фурия, неужели ты прогонишь меня после того, как я спел в твою честь целых два куплета? Я между прочим полдня их сочинял.

Северянин, имя которого тете было известно, подбоченился и сдул прядку с лица.

— Ты хочешь сказать проорал? — глумливо осведомилась тетя Бесси.

— Нет, я спел, — опроверг необоснованные подозрения ее ухажер.

— Эрик, ты дурак? Да я даже не уверена, что ты пел этот бред именно мне! — рявкнула тетя.

— В каком это смысле? — слегка растерялся ночной гость.

— А ничего, что ты все еще стоишь под окном спальни моей племянницы. Наверняка, перепугал девочку до смерти своим воем.

Тут мне пришлось юркнуть в укрытие, потому что Северянин пристально посмотрел на мое окно.

— Действительно, ошибочка вышла. Но у меня есть оправдание. Я еще ни разу не был в твоей спальне, и не знаю, какие именно окна — твои. Кстати, мы можем исправить это недоразумение прямо сейчас, — мужчина интимно понизил голос.

— Чтоооо?! Да ты пьяный! — возмущенно рявкнула Бессигера Маурштейн и совсем по-девичьи ойкнула, едва не вывалившись наружу.

Мне стало жутко интересно, попытался бы Северянин ее поймать, или поступил бы более благоразумно — отбежал подальше?

— Да, я пьян! Опьянен твоими чарами, прелестница. Уже много-много лет. С тех самых пор, как увидел тебя впервые еще в школе.

— Уходи, Эрик! — голос тети вдруг зазвучал обиженно, следом хлопнули оконные створки, жалобно задребезжав стеклами.

Мужчина еще некоторое время глядел на опустевшее окно. В ночной тиши, нарушаемой лишь оглушительным пением цикад, да лаем собак где-то вдалеке, он поправил большущий мягко мерцающий в полумраке букет, который пристроил на лавке. Вздохнув, перекинул за спину айтару и направился к калитке. Когда та затворилась за ним, я еще немного постояла в смятенных чувствах, а затем поспешила в постель.