Опасная магия - Люси Снайдер

Первой мыслью было позвонить матушке Карен и послать ее за помощью, но я быстро осознала, что не могу просто стоять тут и ждать подкрепления. Никому не известно, что может вылезти из портала в любой момент. Я понимала, что нужно постараться закрыть его, и как можно быстрее.

Я как-то слышала, как Купер с Колдуном говорили о путешествии между измерениями; порталы они считали крайне опасными. Чем дольше держать их открытыми, тем хуже. И создание портала обычно требовало долгих запутанных ритуалов с кровью рыжеволосых девственниц и тому подобным. Мне и в голову не приходило, что его можно открыть случайно.

У Смоки начались судороги. Его рычание и вой все меньше походили на собачьи. Ни одно из земных созданий не способно издавать визг трескающегося пополам листа стали и скрежетать, будто кости под танковыми гусеницами. Я подбежала к кратеру в обход пса.

В нескольких ярдах от края воронки я остановилась. Я представляла ее дно кипящей лавой или адским огнем, но там зияла лишь полнейшая чернота. Голова закружилась, меня снова затошнило, а тело налилось болью: я смотрела в сердце ночного кошмара.

Твердо убежденная, что ужасная тьма сейчас превратит мой мозг в желе, я закрыла глаза. И все же каждой клеточкой ощущала злобный жар, который спалит и меня, и всех остальных.

Отшатнувшись от портала, я наклонилась, набрала пригоршню земли и пепла и кинула в воронку с невнятным криком, который, как я надеялась, окажется запечатывающим заклинанием. Потом пошла по кругу, отталкивая ночные тени с помощью воображаемых закрытых дверей, заживающих ран и заколоченных окон.

Чем дольше я находилась рядом с порталом, тем больше боялась споткнуться и упасть в него, боялась, что он разрастется и заглотит меня. И еще я ужасно боялась, что моих способностей не хватит, чтобы запечатать его. Во лбу кольнула острая льдинка боли; во мне горело столько магической энергии, что уровень сахара в крови стремительно понижался. Если заклятие не сработает достаточно быстро, я потеряю сознание.

Я выкрикивала слово «закройся» на всех языках, которые приходили на ум, одновременно закидывая горстями грязи воронку, будто антибиотиком заживляя гниющую рану.

И наконец, наконец-то заклинание начало работать. Земля под ногами зашевелилась, края воронки начали сдвигаться. Кратер закрылся, оставив шрам, а лужайка пошла трещинами ярд шириной.

Я шагнула назад, с трудом дыша и сжимая раскалывающиеся виски. «У меня получилось. У меня действительно получилось».

Чувство облегчения внезапно оборвал металлический скрип. Смоки все еще бился в судорогах. Его тело вытягивалось и росло; я слышала, как трещат кости. Из спины вырастали похожие на лезвия гребни как у ящерицы. Вокруг него клубилась злобная магия, которую я почуяла в портале.

Я попятилась. Никогда не слышала, чтобы с фамильяром случалось нечто подобное. Теперь точно время звать на помощь.

Из кармана штанов я вытащила мобильный, набрала номер матушки Карен и прижала телефон к уху.

— Джессика, это ты? — (Я не узнала голос матушки Карен.) — Джессика? Так темно, мне плохо тебя слышно.

Это была не Карен. У меня ноги подкосились, когда я узнала этот голос.

— Тетя Вики? — с трудом выдавила я.

— Джессика, я так долго тебя ждала. Когда ты ко мне приедешь? Здесь так холодно, и змеи не дают мне покоя…

Я выключила телефон и с дрожью уставилась на него. Тетя Виктория умерла пять лет назад; она отравила своего неверного мужа, Билла, крысиным ядом, а потом выпила бутылку джина со снотворным, рыдая над его телом.

Я нашла их трупы через четыре дня, когда забеспокоилась, что никто не подходит к телефону. Мухи нашли их гораздо раньше. Я всячески старалась забыть ту картину.

Я снова включила телефон. На экране загорелись отнюдь не английские буквы: больше всего они напоминали татуировки Купера, символы нечеловеческого языка, — он говорил, что видел их во сне.

— О черт, — прошептала я.

Смоки все рос, менялся. Его тело сильно вытянулось, у него появилась третья пара когтистых лап. Кожа лопалась, белая шкура висела окровавленными клочками на раздувающейся серой чешуе.

От паники меня затрясло. Боль в голове мешала сосредоточиться. Я понятия не имела, что надо делать. Грянул гром, и на землю упали первые капли дождя.

«Я помогу, — сказал кто-то у меня в голове. — Выпусти меня из машины, и я помогу».

Хорек? Я не ожидала, что он заговорит так рано.

Я опустила мобильный обратно в карман и побежала к «линкольну».

— Держись! — крикнула я в надежде, что хорек меня поймет. — Я сейчас переверну машину.

Я произнесла слово на языке давно вымершего племени — оно обозначало переворачивание черепахи или жука на ноги. В висках снова застучало, но я не обращала внимания. Еще не время падать в обморок.

«Линкольн» крякнул и встал на колеса. Через секунду из окна высунулась голова хорька.

Я подбежала к машине и начала отвязывать поводок, в то же время судорожно вспоминая, что надо делать с только что проснувшимися способностями фамильяра. Если верить Куперу, фамильяры могли обладать огромными познаниями, служить этакими мохнатыми магическими энциклопедиями — если только вам повезет заполучить опытного друга. Если же мой окажется таким же начинающим чародеем, как и я, нас ждет «Волшебство для чайников».

Едва я освободила его от шлейки, хорек вскарабкался по дверце на крышу машины, так что мы оказались нос к носу.

— Ты понимаешь, что происходит? — спросила я.

«Его истинное тело прорывается в наше измерение», — ответил хорек, уставившись во все глаза на чудовищный облик Смоки. Голос у хорька был как у энтузиаста-библиотекаря средних лет. Хоть в чем-то мне повезло.

— Его что?

«Тело этого животного — это всего лишь оболочка для моего сознания. Я не хорек, и существо, которое обитало в теле Смоки, вовсе не симпатичный песик. Если не ошибаюсь, он обретает свою настоящую форму».

У хорька обнаружился небольшой акцент. Канадский библиотекарь.

— Но зачем?

«Очевидно, его изменило идущее из портала волшебство».

— Но как? — Я осознала, что веду себя как трехлетний ребенок.

«Я бы осмелился предположить, что это последствия того волшебства, из-за которого открылся портал».

— То есть ты просто пытаешься сказать заумными словами, что не знаешь? — От боли я становилась язвительнее, чем обычно.

Хорек с обиженным видом отшатнулся.

«Должен признать, что никогда не сталкивался ни с чем подобным, но я вполне способен делать выводы на основе увиденного».

Дождь лил все сильнее; похоже, мы с Купером вызвали настоящий потоп.

— Почему же меня не задело?

«Ты же не являешься превращенным существом наподобие нас, фамильяров. Плохо контролируемая магия портала неизбежно скажется на нас; мне очень повезло, что я находился достаточно далеко».