По ту сторону тени - Анна Гринь

Жизнь циклична. Созидание и разрушение, жизнь и смерть, перерождение и гибель — все повторяется. И будет повторяться.

Из дневников Гриффина

Они вышли из тени на широком каменном выступе, под которым на сотни и сотни метров вниз зияла пропасть.

— Где мы? — опешила Эль.

Она ожидала очутиться где угодно, но не в горах. Ей казалось, что Этелин, хоть та и была злобным существом, не станет прятаться в таком месте.

Ветер, завывая, бросил им в лица холодную морось, летевшую с неба, завертел, пытаясь сбить с ног, и взвизгнул в трещине в скале над головами Гриффина и Эль.

— Идем, — позвал раннар, углубляясь в пещеру. — Нам нужно спешить. Это ее территория. Здесь Этелин может обнаружить нас быстрее, чем мне бы хотелось.

— Но ведь ты нас прикроешь? — понадеялась девушка.

— Естественно, но это не поможет, если мы столкнемся с ней нос к носу, — пояснил Гриффин. — Я не смогу провернуть тот фокус, что удался мне в доме твоего отца. Тогда ты была еще неполноценным раннаром, а Этелин пряталась под личиной Фионы. Сейчас нам не удастся обвести ее вокруг пальца.

Эль кивнула и последовала за Гриффином, стараясь не шуметь. В сквозном проходе каждый звук разносился во все стороны эхом, и девушке казалось, что с каждой секундой хруст каменной крошки под ногами все громче и громче.

— Нам стоит найти Саладина, если он жив, и поскорее уйти отсюда, — сказал Гриф. — Не считай меня трусом.

— Я и не считаю, — отмахнулась Эль. — Я ведь сталкивалась с ней, Гриффин, и знаю, что Этелин сильна. Очень сильна. И дело не только в тех раннарах, которых она убила. Ее уверенность и злость настолько велики, что при желании Этелин сокрушит этот мир. Она считает себя самой сильной, не сомневается в этом.

— Храбрость города берет, — невесело усмехнулся Гриффин. — Поспешим.

Они дошли до поворота коридора и стали спускаться вниз по вырубленным в камне ступеням. Через каждые десять ступеней срабатывал датчик, и следующие десять ступеней освещала лента мигающих светодиодных огоньков.

— А она подготовилась, — невесело отметил Гриффин. — Это не убежище раннара, иначе мы не смогли бы войти, но это место было подготовлено для использования.

— Мы дали ей время, — напомнила Эль. — Мы дали ей восемь лет. Она их использовала.

— Эти восемь лет были даны не ей, а тебе, — повернувшись к девушке, пояснил Гриффин. — Мы прятали тебя для того, чтобы ты успела повзрослеть. Стать настоящим раннаром. Чтобы ты научилась себя защищать. Мы рассчитывали на то, что Этелин еще долго будет искать тебя.

Эль замерла.

— Вы спрятали меня, чтобы однажды я смогла выстоять против нее? — спросила она прямо.

— В том числе, — подтвердил Гриффин. — Но прежде всего ты должна была выжить.

— Ты с самого начала это задумал? — уточнила Эль, удивляясь, что подобное открытие вовсе не злит, хотя должно было. — Ты отослал меня для того, чтобы…

— Эль, — перебил раннар. — Никто из нас не планировал однажды столкнуть тебя с Этелин. Пойти. Мы лишь знали, что она не остановится, а это значит, что однажды вам пришлось бы встретиться. Это было бы неизбежно. И мы лишь хотели, чтобы это произошло как можно позже. Если бы произошло.

Девушка вздохнула, шагнула к раннару и порывисто к нему прижалась.

— Я не буду тебе врать, — прошептал он. — Я тебе никогда не врал.

— Ты просто не сказал мне об этом тогда, — ответила Эль.

— Для твоего же блага, — прошептал Гриф, целуя девушку в висок. — Тогда ты была все еще человеком, а люди верят, что время имеет значение. Люди склонны верить, что за десяток лет о них могут забыть.

— Гриф…

— Я не хотел, чтобы ты жила в страхе и постоянно ждала нападения, — перебил ее раннар.

— Почему?

Может виной всему был сам момент, а может неизвестность, ожидавшая их впереди, но Гриффин тихо ответил:

— Потому что, глупая. Потому что это странно и нелепо, но ты мне понравилась с самой первой встречи. Ведь так бывает, да? — Он погладил ее по волосам, заправив за ухо выбившуюся прядь. — Иногда в жизни кто-то появляется. Появляется внезапно. И становится частью этой жизни. Солнечным лучиком, согревающим лицо в ясный день. Синим небом над головой. Яркими красками, что наполняют прежде серую действительность. Музыкой в тишине. Так бывает…

Эль улыбнулась и прижалась теснее, но не ответила, боясь нарушить этот важный момент.

"Да, Гриффин, так бывает, — мысленно согласилась она. — И я не хочу, чтобы кто-то нас снова разлучил".

Эль вздохнула, чувствуя, как что-то в ней, какая-то последняя деталь встает на место, довершая рисунок, прежде бывший незаконченным.

"Каждому нужна любовь. Каждому нужна надежда. И каждому нужна цель, чтобы преодолеть все невзгоды, — решила девушка. — У Этелин есть цель. Она жаждет все разрушить. Она не построит новый мир на обломках. Нет. А я… Моя цель сохранить. Сохранить хотя бы часть этого мира, потому что он мой. Этот мир важен для меня. Мы с Этелин как порядок и хаос, как жизнь и смерть. Пусть мне придется посмотреть ей в глаза… Но она не увидит в моем взгляде человеческую девочку, какой я была когда-то. Мне есть что защищать. И я буду бороться".

Привстав на цыпочки, Эль едва ощутимо коснулась губ Гриффина губами и улыбнулась. А он, словно принимая ее победу и свое поражение перед ее терпением, обнял девушку и поцеловал в ответ.

Для долгого и глубокого поцелуя не было времени. Да и место казалось не подходящим. Но Гриффина это не остановило.

Он прислонил Эль к стене, и они долго упивались вкусом поцелуя, танцем языков и ощущением опасности. Она потерялась, позабыла обо всем. И лишь когда раннар отступил, наконец взяв себя в руки, Эль вспомнила где они.

— Нам нельзя… — задыхаясь, прошептала она.

— Здесь, — завершил фразу Гриф.

Эль фыркнула, но потом довольно улыбнулась.

Даже если это последняя минута ее жизни, она рада, что сейчас рядом с ним.

* * *

Они спускались довольно долго, всякий раз прислушиваясь к тому, что происходило далеко впереди, но всякий раз до слуха раннаров доносилась лишь размеренная капель воды.