Мечи против кубков - Ирина Смирнова

— Значит, у нас есть убийца, но нет никаких доказательств, кроме ваших слов. — Шевеля губами, надувая щеки и двигая бровями, в общем, выражая мимикой обдумывание сложнейшей ситуации, Аировэль, так и не уменьшившийся в размерах обратно, бродил по комнате, заложив руки за спину. Эта, такая понятная мне привычка делала его чуть ближе, и помочь ему хотелось чуть больше. — Конечно, я могу подойти к ее величеству и доложить о собственных подозрениях. Но надо же как-то пояснить, с чего вдруг меня солнечным лучом на ровном месте проткнуло! Сто с лишним лет все считали, что королева умерла от старости, и тут заявляюсь я, крылья по ветру: «Ваше величество, ваша мать была убита, преступник — ее воспитанник, с которым вы провели детство». Да меня обреют налысо безо всяких завистников!..

Хм, значит, мои слова про интриги и предательство близких фей запомнил. Это хорошо.

— Есть у ваших карт ответ, что нам делать дальше? К королеве с неподтвержденными обвинениям идти — самоубийство, выдавать ваши способности — опасно, потому что тогда ваша ценность сильно возрастет и никто вас обратно в ваш мир не выпустит. И я пока не уверен, что поступаю правильно, скрывая ваш дар от остальных! Это… очень похоже на предательство, но будем считать это предусмотрительной подозрительностью. Во дворце есть шпионы старшей принцессы, так что я просто оберегаю вашу тайну от врагов.

— Хорошее оправдание, если вдруг вас призовут к ответу, — посочувствовал нелюдю Рауль.

А я отметила, что, несмотря на уважение, которое Аировэль испытывал к новой королеве, абсолютного доверия к ней у него нет. Я бы побежала к дяде, даже не задумываясь… наверное. Хм…

— Вы уверены, что леди Фиаэль попытается нас удержать? Королевское слово? Межмировой договор о сотрудничестве? Соглашение о совместной деятельности полиции?

— Одно другому не мешает, — пробурчал фей. — Конечно, связывать вас никто не станет, но через год вы безумно полюбите этот мир! — Нелюдь экзальтированно закатил глаза, вскинул руки к небу, переплетя при этом пальцы, и на лице у него появилось восторженное выражение. — А лет так через триста-четыреста, когда ваш разум слегка прочистится от стороннего влияния, вы уже действительно будете любить этот мир, здесь у вас будут друзья, родня, дети, а на родине о вас уже все забудут. — Пояснения он снова проворчал, снисходительно-насмешливо, и закончил с ухмылкой: — Отличная схема, всегда срабатывает.

Но потом, после паузы, горестно вздохнув, с раздражением покосился на Рауля:

— Вот кто вас просил устраивать этот обмен магией, а?!

— Можно подумать, без этого вы бы нас выдали, даже не задумываясь, — подколола я нелюдя.

Моя интуиция ошибается крайне редко, разве что с Люсьеной я расслабилась, сработал инстинкт условной близости. Маг из родного мира, подруга родителей… К тому же я все равно до конца ей не доверилась.

А вот Аировэль моей интуиции нравился. Паранойя его до сих пор побаивалась, но это естественно, учитывая свежий жизненный опыт и окружающую обстановку.

— Может, и задумался бы, даже с совестью поторговался, но, вероятнее всего, выдал бы, — честно признался нелюдь.

Я лишь улыбнулась, вместо того чтобы возмутиться. Да и глупо возмущаться. Если бы мне пришлось выбирать между порядочностью и выгодой для страны, я бы тоже выбрала страну.

— А теперь это сделать труднее, — продолжил недовольно ворчать фей. — Пытаясь меня спасти, вы сильно усложнили мне жизнь, лорд! — Закончив возмущаться, Аировэль почти без паузы перешел к планам: — Если других предложений нет, придется слетать навестить драконов.

— Когда вылетаем? — Я быстренько спрятала колоду в корсет и уставилась на фея преданным взглядом послушной ученицы, готовой всюду следовать за своим учителем. С Эриком это иногда срабатывало, но у нелюдя оказался иммунитет.

— Вы — никогда. Не хватало еще… — Брюзжа себе под нос, Аировэль уменьшился, передернул крылышками, положил на стол какую-то мелкую штучку и умчался из покоев, бросив на прощание: — Перед сном повесьте блокирующий магию замок. Ужин уже скоро принесут.