Песня на двоих - Оксана Панкеева

— Герой! — Королевское раздражение приобрело особенно едкий оттенок. — Оно сопротивлялось! Боролось даже! С Кантором! Неужели Ольга не видит вопиющих несуразностей в его рассказе?

— Это она как раз заметила.

— И что она по этому поводу думает?

— Что Артуро с перепугу принял за Кантора кого-то другого.

— А о второй версии?

— Что до Кантора добрались люди да Косты, а он обвиняет Артуро только потому, что не любит его.

— А кошелек?

— Да тут может быть куча объяснений. От схожести разных кошельков до того, что кошелек трижды сменил хозяев, прежде чем дойти до Кантора.

— Ольга что, собственную вещь опознать не может?

— Понимаете, он был новый, без особых примет. Ольга эти полдюжины купила как раз на такой случай, если придется кому-то платить крупную сумму, которую принято отдавать с кошельком. Они лежали без использования, поэтому нигде не потерлись, не порвались и никаких отличительных признаков не приобрели.

— А вот это плохо…

— Почему? — подал голос Жак. — Артуро все равно не выдвинул версию о разных кошельках, так что ловить его на этом бессмысленно.

— Его — да. А вот Ольгу неплохо было бы ткнуть носом в факт и заставить наконец принять очевидное.

— Так ведь все равно опознанием кошелька ничего не докажешь. Если она, как вы говорите, упорно желает считать обоих своих красавцев белыми и пушистыми жертвами недоразумений, она вам еще десяток объяснений найдет.

— Именно поэтому следует срочно пользоваться моментом, пока она на обоих сердита. Сам знаешь, Ольга — девушка добрая, пройдет пара дней, и она их простит, пожалеет и еще, чего доброго, начнет спать с обоими.

— То-то я и вижу, как она Кантора простила! И не за пару дней, уж скоро четыре луны будет.

— Жак, ты действительно не понимаешь очевидного или споришь из спортивного интереса? Если бы она все еще оставалась свободной на момент возвращения Кантора, они помирились бы в первый же вечер. И в этот раз долго ее гнев не продлится. Боюсь только, что она так и не разберется в проблеме и с истинно женской пассивностью примет того, кто первым попросит прощения в ожидаемой форме. Как вы сами понимаете, это наверняка опять окажется Артуро, который настойчивее соперника и не настолько горд.

— А может, он испугается, что его спалят, и тихонько свалит? — предположила Ха Танг, повторно игнорируя убийственный взгляд брата.

— А может, ему кирпич на голову упадет, — ехидно прокомментировал Жак. — А мы будем сидеть и ждать, пока это случится.

— Вариант возможен, — задумчиво кивнул король. — Я насчет побега, а не кирпича. Но для того, чтобы маэстро действительно испугался, ему потребуется посторонняя помощь. Если вы понимаете, о чем я.

— Показать господину его досье или… гм… действовать более грубо? — тут же осведомился практичный Флавиус.

— Нет-нет, никаких прямых контактов. Запугивание и шантаж исключаются. Он может и Ольге пожаловаться, у него дури хватит. Не хочу, чтобы Ольга обо мне плохо подумала. Аккуратно, косвенными намеками подтолкнуть его к мысли, что это дело он запорол и, если попытается продолжать, его скоро разоблачат. Например, вот ты, Жак, проведи с ним такую беседу. Я думаю, тебя не особо огорчит ссора с таким замечательным приятелем? Нет? Вот и выскажи ему, что ты думаешь о его аферах с кошельками и как ты больше не желаешь с ним общаться. Заодно дай ему знать, что лично мое величество заинтересовалось этим делом и желает в нем разобраться и найти виновного либо причину недоразумений. На всякий случай, если он не в курсе, распиши ему мою блестящую сыскную репутацию, включая историю с Потрошителем. Пусть боится. Ха Танг, под любым удобным предлогом поведай ему про лицемерных полицейских, которые запросто могут, наплевав на законы, поинтересоваться личностью заказчика непосредственно у трупов. Надо будет еще Костаса озадачить…

— Обязательно, — горячо поддержала короля Ха Танг. — Предупредите господина Костаса. Я очень убедительно отговаривала Артуро — он, гад, хотел как можно скорее заложить Кантора, чтоб того повязали, — но этот паразит может и не послушать доброго совета. Вы же знаете Кантора, если за ним придут из полиции, он обязательно наломает дров.

— Непременно, — согласился король. — Сопротивление при задержании — без сомнений, следователю нахамит — сто процентов, а что натворит в камере, если ему хотя бы покажется, что на него не так посмотрели… Флавиус, очень тебя прошу, свяжись с Костасом и предупреди, что в случае чего — это твой клиент. Не хватало, чтобы Кантор нам полицейских калечил. Да и обратного процесса не хотелось бы. Все. Жак, сбегай за телепортистом, чтобы Ха Танг не мелькала по дворцу.

Королевская предусмотрительность оказалась далеко не праздной перестраховкой, о чем и сообщил вернувшийся спустя пять минут Жак.

— Угадайте, кто сидит в приемной? — добавил он, наблюдая, как исчезают в телепорте достойные представители семьи Шэ.

— Ольга, — немедленно предположил Шеллар. — Только мне любопытно, как она прошла во дворец.

— Ну, с вами прямо неинтересно! Да, там Ольга с Элмаром.

— Вопрос снимается. Что ж, раз Ольга пришла сама, пригласи ее. А вы с Элмаром подождите, я хотел потолковать с ней наедине.

Чтобы не засветить ненароком агента Ха Танг, королю пришлось заново выслушать всю историю в изложении Ольги, делая вид, будто слышит впервые. Впрочем, рассказ Ольги был кратким, как приветственная речь Пафнутия на коронации. Уложив всю историю в десяток фраз, она перешла к истинной цели своего визита, и только тогда его величество понял, почему девушка так встревожена и почему решилась побеспокоить его своими проблемами.

— Я его как человека просила, а он так перетрусил… А может, и не перетрусил, а специально, чтобы Диего напакостить… В общем, к нам в театр заявилась стража, искали Диего, хотели арестовать… Ваше величество, сделайте что-нибудь, пожалуйста! Я не верю, не мог он… Пусть хотя бы разберутся толком!

— Сегодня нечетный день, следовательно, в театре его не было? А где он сейчас? Его не застанут дома, например?

— Нет, он у Элмара. Ваше величество, ну честно, не могло такого быть! Там какое-то недоразумение! Пусть сначала разберутся, а потом хватают!

— Так. — Шеллар быстро поднялся из-за стола и несколькими размашистыми шагами пересек кабинет. — Подожди минутку.

Он вышел в приемную, где дожидались Элмар и Жак, и приказал шуту срочно разыскать Флавиуса и передать ему, что дело уже завертелось, а кузену — не менее срочно возвращаться домой. Если придут за Кантором — ни в коем случае не оказывать сопротивления, мирно сдаться, усердно сотрудничать со следствием и ждать вмешательства сверху.

Ольга ни минуты не сомневалась, что кратким пересказом дело не ограничится. Что король непременно пожелает знать все подробности. И уж конечно же поинтересуется ее мнением. И обязательно напомнит о давнем договоре насчет анализа двух вариантов истории с украденной песней. А как же, его величество никогда ничего не забывает…