Смерть наудачу - Владимир Михальчук

К сожалению, я так и не разглядел знаменитую Дорожку. «Без сомнений, лучшее из чудес Валибура» находилось по другую сторону кручи. Дом же старьевщика возвышался прямо передо мной.

Добротное сооружение, высотой в два этажа, выглядело довольно заброшенным. Краска на деревянном фасаде давно облезла, обнажились бежевые пальмовые бревна. На меня из-под перекошенных ставней подслеповато поглядывали маленькие окошки-бойницы. Такие нередко встретишь на пустошах и в приграничных зонах Валибура. Но на дальнем острове?

Толщина стен даже навскидку казалась невероятной. Судя по всему, господин тор-миль Генкс был готов к обороне против любой опасности.

Позади строения вился густой черный дымок. Пахло жженой древесиной и, кажется, горелой плотью. Возможно, старьевщик сжигал мусор. Но почему-то я подумал, что домик пытаются поджечь.

Поднялся на невысокое полуразрушенное крыльцо. Прочитал вывеску: «Антикварные вещи для добрых посетителей. График работы: от 09:00 первоутрия до 19:00 второвечерника. Работаем без обеда».

Да уж, скупщикам краденого нет нужды обременяться обедами. Они и ночью вкалывают, принимая от преступников награбленное добро. Главное – чтобы несли.

– Кого там демоны опять приволокли? – крикнули из-за двери на мой несмелый стук.

Из узенькой щели в дверном косяке выглянул раструб магарбалета. Я невольно отступил на пару шагов.

– Желаю приятного дня, э-э-э… Могу ли лицезреть глубокоуважаемого господина тор-миль Генкса?

– А кто спрашивает? – Дверь и не думала гостеприимно раскрыться.

– Пассажир с парома «Смелый рык». Капитан говорил, что у господина Шнакура можно приобрести раритетные вещи по бросовым ценам.

Громыхнула отбрасываемая щеколда. Под тихий пронзительный визг прокрутились штифты на дверных петлях. В открытый проем выступил толстый дедок в мягких шлепанцах и розовом халате, расшитом черными лилиями. Безвкусица, но довольно опрятно. Первый встреченный на острове абориген, обладающий еще чем-то, кроме набедренной повязки.

– Наврал проклятый гном, – пробормотал опрятный старичок – кажется, смесь русалкина и рыбоборотня, вероятно, акулы. – По бросовым ценам здесь не продают.

– Вы господин тор-миль Генкс?

– Он самый, – кивнул дедуля.

Широкий рот, усаженный несколькими десятками полукруглых клыков, приветливо раскрылся в усмешке. Впрочем, старьевщик и не вздумал опускать оружие.

– Мне хотелось бы приобрести какую-нибудь безделушку, – начал я. – Вещичку, которая будет напоминать мне о вашем замечательном острове.

– Магнитики с картинками Солнечного и прочая хрень продаются на берегу, – проворчал Шнакур. Но дверь не закрыл. – Здесь – только предметы старины.

– Отлично! – обрадовался я. – Позвольте посмотреть на вашу коллекцию?

– Деньги есть?

Я вытащил из кармана горсть блестящих валлов и потряс ладонью перед носом старика.

– От тебя воняет полицией, – недоброжелательно произнес тор-миль Генкс и ткнул мне магарбалетом в живот.

– Еще раз намекнешь мне на сходство с легавыми, – не обращая внимания на смертоносную игрушку, с угрозой прошипел я, – натяну твою нижнюю губу тебе же на затылок!..

Завершилась сия фраза отменным лагерным ругательством, подслушанным мною в тюрьме во время дела о кричащей камере.

– Из наших, шо ль? – недоверчиво прищурился старик, немного опуская магарбалет. – А чего дурацкие шляпу и плащ напялил?

– Конспирация, – проглотил я обиду. – Кошу под частного детектива. Обдираю клиентов до нитки, а потом убегаю на год-другой из города. Пока не забудется…

Еще одно замечательное тюремное выражение напоследок.

– Хм, каждый работает так, как ему удобно, – пожал плечами Шнакур. Он поставил оружие на пол и прислонил его к дверному косяку. Кивком пригласил меня войти. – А кто это там валяется?

– Пассажир, – кровожадно улыбнулся я. – Буду требовать за него выкуп.

– Ох и трудные времена пошли, – запричитал старьевщик, шествуя по захламленной разнообразными безделушками комнате. – Раньше – что? Раньше только воровали и грабили. Ну, убивали там изредка… А теперь что? Напридумали себе развлечений: выкупы, изнасилования, финансовые пирамиды, религиозные секты… Совсем нюх потеряли.

– Каждый зарабатывает… – напомнил я принадлежащую старику фразу. – Так что не обессудь.

– Ты чего-нибудь притащил? Или действительно купить хочешь?

Комната была до самого потолка набита сундуками, свертками одежды, старинными картинами (несомненно, поддельными), ларчиками, рундучками, кулями, гипсовыми и колдетонными статуями, бронзовыми и фарфоровыми тарелками. Словом, всем, что только можно украсть у пассажиров валибурских паромов.

Вещи преграждали дорогу, громоздились даже на лестнице, ведущей на второй этаж, пылились и плесневели. Но каждую отмечал инвентарный номер, бережно притороченный с помощью медной проволоки.

– Дай сперва присмотреться, – попросил я. – Хочу чего-нибудь купить. Какую-нибудь подделку. Есть тут схема одна – как бы разжиться на подмене.

– Подмена – наше все, – похвалил меня старик. – Аферизм всяко лучше убийства или ограбления. Нервная система клиента не страдает.

Я разулыбался и навешал Шнакуру комплиментов. Мол, приятно познакомиться с преступником старой закалки, придерживающимся древних воровских понятий.

В комнате удушливо смердело гарью. У маленьких окошек проплывали клочки дыма.

– У вас плохая стряпуха, – пошутил я. – Сожгла сковородку?

– Да нет, – отмахнулся дедок. – Тут до тебя легавые приходили. Когда убегали – бросили огненную магранату.

– Вот как?

Меня насторожило это известие. Оно, возможно, намекало, что валибурские власти узнали о потерянной реликвии, предназначавшейся Мэру. Но почему сперва не допросили воришек?

– Смотри, – господин тор-миль Генкс поднял бесформенную груду грязных одеял.

На полу валялось окровавленное тело волка-перевертыша, одетого в серую форму боевого оборотня с клыкастыми погонами на плечах. Грудь убитого покрывали страшные раны – работа ге-шершней.

– Чем это его так? – спросил я, притворяясь, что не имею понятия о военных технологиях Валибура.

Старик указал взглядом на потолок. Там покоилась темная сфера небольшого ПОСО – полевого орудия сверхсрочного огня. Если поработать воображением – можно представить, как в магиталлическом патронташе гудят смертоносные снаряды.

– Теперь понимаю, почему меня так доверчиво впустили.

Каким это образом волкоборотень, он же – вервольф, оказался здесь?

– И чего хотела полиция? – спросил я.

– Не имею понятия. Вошли якобы с обыском, примерно минут пятнадцать назад. А потом бросились в атаку, ничего даже толком не пояснив.