Лунные хроники. Мгновенная карма - Марисса Мейер

– Нет. Это круто. Я уже много лет туда не заходил.

– Ты и девяносто восемь процентов населения города.

Я вздыхаю, думая о несгибаемом оптимизме моего отца, его уверенности в том, что бизнес начнет набирать обороты с наступлением туристического сезона. Но я все чаще замечаю трещины в броне его энтузиазма.

– Ты знаешь, что за последнее десятилетие произошло возрождение виниловых пластинок? Они вдруг снова вошли в моду, и фанаты часами разглагольствуют о превосходном качестве звука, о коллекционной ценности, о том, как цифровая музыка… – я сжимаю кулак для усиления эффекта, – высасывает жизнь из музыки.

Квинт смеется.

– Но, к сожалению, рост продаж винила совпал с самым быстрым ростом цен на недвижимость за всю историю Фортуна-Бич. Мои родители на самом деле не очень-то любят обсуждать это с нами, но иногда я слышу их разговоры и могу сказать, что они обеспокоены. Магазин существует уже семнадцать лет. Возможно, это не самое популярное заведение в городе, но они ведут достойный бизнес, и это своего рода достопримечательность, верно? Но, если аренда снова вырастет… – Я качаю головой и бросаю на Квинта виноватый взгляд. – Извини. Я вовсе не собиралась жаловаться.

Но он сочувственно кивает.

– Какая ирония, правда? Экономика процветает, но для простого человека это всегда борьба.

Он произносит это тоном мудреца, и я невольно задаюсь вопросом, не принадлежат ли эти слова его маме. В конце концов, накопление ресурсов в обществе должно приносить пользу всем. Но, если эти ресурсы не распределяется…

У меня голова идет кругом. Я не могу дождаться, когда приступлю к изучению экономики в колледже, чтобы все это действительно начало обретать смысл.

– В любом случае, я не хочу полностью оправдывать родителей. У них была возможность выкупить здание давным-давно, но мама снова забеременела, и они сомневались, что смогут свести концы с концами. Однако если бы они сделали другой выбор, сейчас сидели бы на золотой жиле недвижимости, а не переживали о выплате аренды в следующем месяце.

Квинт пожимает плечами.

– В ретроспективе подобные решения всегда выглядят иначе. К тому же они хотели детей. Не могу винить их за это.

Я морщусь.

– У них уже были близнецы. Неужели им действительно нужно было завести еще троих?

– Помни, я завидую, что у тебя есть братья и сестры. От меня ты не получишь никакого сочувствия.

Я убираю в шкаф последнюю бутылку и закрываю дверцу, прежде чем окинуть его выразительным взглядом.

– Хочешь сестренку? Могу уступить тебе Люси с большой скидкой.

– Это самая младшая?

– Нет, младшая – Элли. А Люси тринадцать.

Он вздрагивает:

– Ой. Не думаю, что мои навыки старшего брата сгодятся для подростка.

– Ни у кого нет таких навыков. Поверь мне. Если только этот подросток – не я. Потому что я – образцовая дочь.

– Ужасно хочется подколоть тебя за такое заявление, – говорит Квинт, когда мы вешаем фартуки на стену, – но что-то подсказывает мне, что это, скорее всего, правда.

Мы поднимаемся по лестнице в комнату отдыха персонала, большую часть которой занимают разномастные стулья и стол. Мой рюкзак висит на крючке на стене, и я снимаю его и достаю те же папки и бумаги, что приносила на вчерашнюю встречу, хотя прошлой ночью два часа вносила в них изменения.

Квинт устраивается за столом. Кто-то принес коробку пончиков, и Квинт какое-то время изучает ее содержимое, прежде чем берет один, обсыпанный корицей и сахарной пудрой.

– Так ты, когда закончишь здесь, направишь свои бизнес-знания на помощь родителям? Ты могла бы провести общественную кампанию «Спасем «Венчерс Винил!».

Я протягиваю Квинту бумаги и сажусь напротив.

– Не знаю. В смысле… думаю, я смогла бы. Я просто всегда рассматривала это как их проблему, которую они сами должны решить.

– Но Центр тоже не твоя проблема.

– Да, но… – Я замолкаю.

– Ах, да. Правильно. Ты здесь только ради хорошей оценки.

– Это не так. – Я выдерживаю паузу. – Уже не так.

На его лице вспыхивает улыбка, но он быстро прячет ее за листом бумаги, начиная читать мои записи. Я все еще думаю о музыкальном магазине, гадая, смогу ли что-то изменить. Не своей работой за минимальную зарплату, а применяя те же инструменты, что я предлагаю для спасения Центра. Маркетинг. Рекламу. Социальные сети. Я знаю, что некоторые магазины пластинок работают с хорошей прибылью, а не выкраивают последние деньги, чтобы оплачивать счета за аренду.

Почему бы «Венчерс Винил» не стать одним из них?

– Пруденс?

Мое внимание снова переключается на Квинта.

– Извини. Просто отвлеклась.

Давай все по порядку, говорю я себе. Я уже посвятила свое лето Центру спасения морских животных Фортуна-Бич. Магазин моих родителей как-то существовал до сих пор; продержится и еще несколько месяцев.

– Выглядит знакомо, – говорит Квинт, жуя пончик.

Он просматривает список идей по сбору средств, составленный мною пару дней назад.

– Да, но мы толком не обсудили ни один из этих вариантов.

– Гала-прием? – зачитывает он. – Это что-то вроде вечеринки с девушками?

– Гала – это один из способов заставить модную публику раскошелиться. Организаторы предлагают вино и закуски, устраивают аукцион, и, когда кругом столько именитых гостей, каждый хочет выглядеть щедрым, так что богатые люди сходят с ума, повышая ставки, чтобы перещеголять друг друга.

Он слизывает сахар с кончиков пальцев.

– И во что нам обойдется такой роскошный прием?

Я задумываюсь.

– Пять-десять тысяч долларов?

Он пристально смотрит на меня.

– Ладно, можно обойтись и без гала-приема. – Я беру копию списка, которую оставила для себя, и вычеркиваю этот пункт. – А как насчет того, чтобы открыть Центр для публики? Скажем, один день в неделю люди смогут приходить и смотреть на животных, а волонтеры расскажут им об экологических проблемах и посильном участии в деле охраны природы. Можно установить входную плату…

Я замолкаю. Квинт качает головой.

– Когда-то мы это делали. – Сцепив руки на затылке, он откидывается на стуле так далеко назад, что не падает только вопреки силе тяжести. – Мы были открыты для публики по субботам и воскресеньям. Но нужно много волонтеров, чтобы это работало, и наши сотрудники были недовольны, поскольку у них не оставалось времени, чтобы выполнять свои прямые обязанности.

– Мы найдем волонтеров.

– Как?

– Разместим рекламу.