Хранители магии - Кэролайн Стивермер

— Это вы хорошо продумали, — хрипло пробормотал Лэмберт.

Липкая коврижка сделала четкость дикции ненужной роскошью. Джейн приняла оливковую ветвь и протянула ему ответную.

— Я рада, что вам лучше. Бровь у вас распухла роскошно. Вид такой, будто вы боксировали.

— Спасибо.

Лэмберт занялся стряхиванием крошек коврижки с жилета. Это логически привело к стряхиванию крошек с одеяла. Затем, утомленный этими трудами, он снова лег и уставился на облака, плывущие в небе.

— Здесь хорошо. — Голос Джейн звучал немного сонно.

Лежа на спине, полный чая и коврижки, Лэмберт ответил невнятным утвердительным звуком и передвинул шляпу так, чтобы ее поля затенили ему глаза, не касаясь места укуса.

— Вы не заснули? — с мрачной подозрительностью спросила Джейн.

— С этим-то укусом? Нет, конечно. — Чтобы это доказать, Лэмберт снял шляпу и, приподнявшись на локте, посмотрел на Джейн. — А вы?

— Еще нет. Наверное, скоро нам надо будет ехать.

На лице Джейн отразилось сожаление.

— Конечно. Совершенно верно. — Лэмберт снова лег, закрыв лицо шляпой. — Сию минуту. — После долгого молчания он добавил: — А здесь и правда хорошо. Красиво.

— Давайте-ка поизучаем карту.

Джейн достала футляр с картами, и очень скоро снедь исчезла под несколькими слоями развернутой бумаги.

Пораженный внезапным подозрением, Лэмберт отложил шляпу, снова приподнялся на локте и спросил:

— Но вы ведь не используете эту костяную штуку для того, чтобы выбирать маршрут, а?

Карта Бартоломью скрылась под более специализированными чертежами. Веретено висело у Джейн в руке, раскачиваясь аккуратной дугой. Вид у Джейн был смущенный.

— Проверить никогда не мешает. Если бы нам пришлось выбирать другую дорогу, было бы полезно посмотреть, как ведет себя веретено.

— Я не позволю детской игрушке выбирать мою дорогу.

Голос Джейн заледенел.

— А последнее слово, конечно, должно быть за вами.

Она положила веретено и энергично растерла пальцы.

— Не глупите. Я имел в виду совсем не это. Но уж лучше бросьте монетку или еще что.

Растеряв всю умиротворенность, Лэмберт сел прямо. Из-за этого укус запульсировал болью, так что ему пришлось возобновить лечение, осторожно промокая больное место полотняным компрессом.

Джейн это не успокоило.

— А верить в домашние средства — это глупость, да?

Лэмберт не стал пытаться скрыть свое раздражение.

— Послушайте, это ведь не просто домашнее средство, так? Это средство Эми. Эми — прелесть и чудо, но она читает по чаинкам. И она предсказала мою судьбу по шишкам у меня на голове, побойтесь Бога!

— Так я и думала! — Джейн пришла в полный восторг. — И какие прозрения у нее были? Эми предсказала вам, что вы проживете долгую жизнь и добьетесь громкой славы?

— Уж не слышу ли я голос товарища по несчастью? — спросил Лэмберт. — Мне славы не предсказывали. Так что зря я пытался сделать карьеру в шоу-бизнесе. Нет, у меня в будущем долгое путешествие по воде, удачный брак и множество детей. Видимо, она нас с вами перепутала.

— Правда? — Озорно сверкая глазами, Джейн потянулась к нему. — Давайте я проверю.

— Эй, постойте-ка! — Лэмберт увернулся от ее шутливых попыток пощупать его скальп, успешно остановил ее и решительно вернул на соответствующую сторону великой чайной стены. — Это очень личное, скальп человека. Личное и приватное. Иначе никому не нужно было бы носить шляпы.

Джейн перестала смеяться.

— А по радужке она вам предсказаний не делала? Долгие оценивающие взгляды и укоры, если вы посмели моргнуть?

— Похоже, от чего-то я все-таки спасся, слава богу. — Лэмберт пристально посмотрел на Джейн. — А что? Что она вам сказала про ваши глаза? Что они серые?

Джейн кивнула.

— Серые и удивительно красивые. Не забудьте об этом. Нет, Эми специалист по определению состояния вашего здоровья по радужке. Она моментально поставила мне диагноз. У меня нездоровая зависимость от коврижки и трехтомных романов.

— И это правда?

— О, абсолютная правда. Я удивлена тем, что она воздержалась и не стала вас обследовать. Ваша удивительная зоркость должна была бы ее заинтересовать.

— В настоящий момент Эми было бы непросто заставить этот глаз открыться настолько, чтобы в него можно было заглянуть.

Лэмберт сложил салфетку по-новому и приложил к больной брови холодной стороной.

Впервые Джейн посмотрела на него с искренним сочувствием.

— Наверное, вам больно.

— Дьявольски, — подтвердил Лэмберт.

Он был слишком усталым и сердитым, чтобы прибегнуть к вежливому обману.

— Молодец, — сказала Джейн. — Вы не похожи на спартанца.

— Спасибо.

— Нет, это был как раз комплимент. Я никогда не могла понять того спартанского мальчика который позволил лисице прогрызть ему живот. Как можно доверять такому человеку?

— Ну, если мерилом служит откровенное нытье, то я самый достойный доверия человек в мире. — Лэмберт задумался над ее словами. — Если вы не любите спартанцев, тогда почему вчера вели себя так стоически, когда мы привели вас домой из полицейского участка?

Джейн неопределенно отмахнулась от него:

— Суматоха.

— Вы против нее? — предположил Лэмберт.

— Точно. — Джейн смягчилась. — Хотя должна признать: вы суматохи не устраивали. Вы мне очень помогли. Спасибо.

— На здоровье. В следующий раз позвольте рекомендовать вам немного откровенного нытья. Это очень бодрит.

— Я так и знала, что вы человек очень откровенный, — сказала Джейн. — Всегда приятно получить подтверждение мгновенного суждения. Первые впечатления очень часто оказываются самыми правильными.

— Безусловно, — согласился Лэмберт. — Как только я вас увидел, так подумал: вот хороший едок!

— Очень забавно. — Джейн великолепно изобразила Портеуса. — Очень забавно, дружище.

— Неплохо, — сказал Лэмберт. — Конечно, я заметил ваши удивительно красивые глаза. Я заметил их сразу же. Но, должен признать, также заметил, что вы молодая особа, которая любит хорошо поесть.

— Раз уж вы мне об этом напомнили, то я, пожалуй, не прочь. — Джейн завернула и убрала оставшиеся куски коврижки, а потом, прихватив последний сэндвич, принялась складывать все обратно в корзинки. Лэмберт передавал ей вещи, а Джейн аккуратно их паковала. — Вы сказали, что зря пытались сделать карьеру в шоу-бизнесе. А чем вы займетесь теперь, когда проект «Аженкур» закрыли? Вернетесь в шоу «Дикий Запад»? Или отправитесь домой, в Вайоминг?