Кровь Кадии - Аарон Дембски-Боуден

— Какой запах, — выдохнул Тиф. К влажному бульканью его голоса добавился треск помех вокса. — Какой аромат в воздухе…

Солтан пропах смертью. Здесь уже много месяцев пахло смертью, но дождь, барабанивший по гниющим трупам — как ходячим, так и неподвижным, — делал тошнотворный запах более интенсивным.

— Божественный запах, — прорычал Тиф. — Так пахнет дар Бога Разложения смертным.

Воины Четырнадцатого легиона приземлились прямо в Солтане, в обширном городском парке, где мог беспрепятственно встать десантный корабль, рассчитанный на сотню Астартес-предателей. Тысячи культистов в мундирах Остатков выбрались из темных углов города-святилища и собрались вокруг посадочной площадки, словно верующие, приветствующие своих богов. Астартес почти не обращали внимания на смертную чернь, копошившуюся поблизости и распевавшую хвалебные гимны.

— Лорд, лорд, вы пришли, чтобы освободить нас? Лорд!

Тиф повернулся к кричащей женщине. Она была отвратительна сверх всякой меры: с головы до ног покрыта коркой грязи, половина лица почернела от пожирающей тело заразы, а поднятые руки искалечены, поскольку несчастная грызла собственные пальцы, чтобы заглушить голод.

Вестнику она казалась прекрасной. Тиф несколько мгновений любовался ею, пока женщина не затерялась в потоке таких же пораженных скверной культистов. Густая толпа стала мешать движению. Люди, настолько пораженные заразой, что уже не имели права оставаться в живых, напирали со всех сторон. Благословение бога обрекало их на существование на грани смерти, которая могла наступить спустя долгие годы болезни, если только кто-то не избавит их от страданий.

+Расчистить путь.+

Приказ Тифа внедрился в разум воинов Гвардии Смерти. Сотня болтеров одновременно поднялась, и на толпу обрушился убийственный залп. Орда культистов отхлынула, словно морская волна, люди стали разбегаться во все стороны, но оружие падших Астартес унесло множество жизней. Снаряды болтеров взрывались в телах и забрасывали Гвардию Смерти ошметками окровавленной плоти.

Парк быстро опустел. Тиф не имел желания убивать тех, кто присягнул его повелителю, но нельзя же принимать в расчет эти отбросы. Большинство из них обратились в веру от страха и растерянности. Если они погибнут, урон небольшой. Миссия Вестника имела несравнимо большее значение, чем жизни горстки полуверующих обывателей.

А за ближайшими зданиями тихо скользили высокие фигуры в черной броне, наблюдавшие за Гвардией Смерти. Почти в полном молчании смотрели они, как дождь смывает с позеленевшей брони Астартес-предателей кровь еретиков.

— Мы видим их, — произнес в микрофон вокса брат-капитан Корвейн Валар.

— Удачной охоты, — ответил ему по внутреннему каналу голос капитана Тейда. — Победа или смерть.

— Не сегодня, кадиец. Сегодня будет и то и другое.

«Химеры» ровными рядами стояли вдоль широкого прохода на самом краю кладбища. Дождь усилился, и пропитавшаяся водой земля быстро превращалась в густую грязь. Тейд вывел колонну солдат к той самой мраморной арке, через которую они вошли на кладбище всего несколько часов назад.

Воины с лазганами наперевес рассредоточились вокруг машин. Никого не видно. Улица пуста.

— Часовых нет, — произнес Даррик. — Кто-нибудь слышал вокс-сообщения от «Доблести»?

Для охраны трех десятков машин Тейд оставил пятнадцать человек: отделение «Доблесть».

Возможные варианты развития событий не сулили ничего хорошего. Или воинов «Доблести» уничтожили так быстро, что они не успели позвать на помощь, или их сигналы потерялись в вихрях помех, наводнивших каналы вокса.

— Я заметил там кровь, — сказал Коррун, вынимая из кобуры лазган.

Тейд достал свое оружие и, держа его обеими руками, подошел ближе. На борту командирской «Химеры», полностью черной, тогда как остальные были серо-черными, алело пятно крови.

— Трупов нет.

У Тейда по коже побежали мурашки.

— Тик-так, — напомнил ему Даррик.

— Осмотреть периметр, быстро, — приказал Тейд.

Отделения прочесали местность, но не обнаружили ничего, кроме еще нескольких пятен крови.

— Не могу связаться с «Доблестью», — признался Джанден и забросил ящик с вокс-станцией на спину. Он подошел к Тейду, стоявшему у гусеницы своей «Химеры». — Хотя даже после ремонта эта штука работает не лучшим образом.

— Я их нашел, — послышался голос в воксе. — Святой Трон, они изрублены на куски!

Отделение Хорлана обнаружило всех солдат «Доблести» в нескольких сотнях метров от «Химер», в маленькой уличной часовне из дешевой подделки под мрамор. Ловушка для паломников, построенная торговцами фальшивыми реликвиями и ставшая могилой почти для двух десятков гвардейцев.

Их и в самом деле разрубили на части. Обезглавленные и лишенные конечностей тела были свалены в кучу, и на плоти, и на броне отчетливо виднелись следы холодного оружия и лазеров.

— Сэр, — Хорлан докладывал капитану и одновременно пятился от часовни. — Все мертвы. Дело рук Остатков.

— Проклятие! — выдохнул Тейд. — По машинам, и уходим. Гвардия Ворона сейчас атакует Четырнадцатый Легион. Хоть они и Астартес, никто не гарантирует, что они выиграют для нас много времени.

Кадийцы погрузились в машины, люки захлопнулись, и колонна двинулась в путь. Почти половину «Химер» пришлось оставить из-за недостатка в водителях. Тейд занял место рядом с Корруном, управлявшим командирской «Химерой».

— Ты знаешь дорогу к тому месту, где остался полковник Локвуд?

Коррун, не отрываясь от смотровой щели, внимательно смотрел на проносившиеся мимо здания.

— Вам же известно, что знаю.

— Хотел еще раз убедиться. Передай остальным водителям: по прибытии на место высаживаемся, и через тридцать секунд все снова должны быть на местах.

— Тридцать секунд? А как же поиски выживших?

Тейд ответил ему многозначительным взглядом.

— Передавай, Коррун. Тридцать секунд. Высаживаемся, забираем знамя и уходим.

Коррун повиновался, и БМП загрохотали дальше. Они катились по широким проспектам и узким извилистым улочкам, мимо покинутых баррикад, оставшихся нетронутыми после того, как несколько недель назад с них ушли последние отряды полиции планеты. И все это время в воксе не умолкали треск помех и какой-то неразборчивый шепот.

— Мы приближаемся, сэр, — доложил Коррун, выехав на широкую площадь. Началась сильная тряска: гусеницы «Химеры» подбрасывали машину на грудах тел. — Вот это было сражение…

— Я сам хочу на это посмотреть, — сказал капитан.

Тейд поднялся по короткой лесенке в башню и откинул крышку люка. Не отключая вокс и с пистолетом в руке, он выглянул наружу. Сцена напоминала базарную площадь, усеянную мусором и брошенными тележками уличных торговцев. Бронемашины замедлили ход, и Тейд вылез на скользкую от дождя крышу, чтобы осмотреть окрестности. На мраморных плитах повсюду были разбросаны тела зарубленных гвардейцев, а их кровь заливала мозаичные картины, так что стало невозможно разобрать сюжеты. Но еще больше здесь было тел воинов Остатков, и кое-где встречались громадные фигуры убитых Астартес-предателей.