Хромой кузнец - Мария Семенова

– Могильный курган? Здесь, где умершие живы? –спросила печальная Фригг. – Есть, значит, вторая смерть, уносящая ещёглубже?

– Здесь властвует сон, а не смерть, – ответил ейОдин. – Здесь спит пророчица, древняя вёльва. Она великанского рода идолго ходила по свету, а то и летала на своём посохе, как на крылатом коне…Когда же пришло её время – выбрала вечный сон, чтобы никто уже не тревожил её,не испрашивал предсказаний…

Тут он остановил Слейпнира и, соскочив, взошёл на курган.Молча смотрели Асы, как он поднял руку с ярко блеснувшим Драупниром и негромкоспел заклинание – волосы зашевелились у всех, кто его слышал… И вот с тяжкимвздохом раскрылся каменный холм, и перед Одином поднялась огромная тень,закутанная в бесформенный плащ.

– Кто ты, осмелившийся нарушить мой сон?.. –глухо, как из-под земли, прозвучал её голос. – Много дождей прошло надомной, много утренних рос, много зимних снегов… Давно я мертва. Кто ты, вновьприказавший мне идти дорогой сквозь время, тяжкой дорогой?

– Я, как и ты, тоже Путник на этой дороге, –ответил Один. – Помнишь ли ты ещё, вёльва, что было в начале времён?

– Помню! – упали слова, тяжёлые, как могильныекамни. – Помню Имира, ворочавшегося в бездне Гинунгагап… Но что тебе вмоём знании, Отец Богов и Людей? Не по сердцу мне эта речь; отпусти меня!

Но Один не торопился её отпускать:

– Погоди, Вещая! Скажи мне – видишь ли ты, чтопроисходит теперь?

– Вижу! – ответила мёртвая. – Вижу, какБальдр, окровавленный Бог, падает наземь пронзённым! Вижу пленника, связанногов пещере… Но что тебе в том? Не по сердцу мне эта речь, отпусти меня!

– Погоди, Вещая, – повторил Один. – Поведаймне, поведай всем нам о великой Битве Богов, о том, что нас ждёт!

На сей раз вёльва долго молчала, но наконец Асы вновьуслышали её голос.

– Вы, нарушавшие крепкие клятвы, вы, попиравшиесправедливость, платившие чёрным злом за любовь!.. Вам ли дивиться тому, чтонеправда размножилась и на Небе, и на Земле? Знайте же, близятся времена, когдачеловек не станет щадить человека, а кровные родичи затеют кровавые распри,вместо того, чтобы стеной вставать друг за друга. Придёт век мечей и секир, векбурь и волков! Придут великие войны, а после – три лютые зимы одна за другою,без лета – Фимбульветр, зима-исполин! Довольно ли тебе этого, Один?

– Продолжай, – приказал Всеотец, не опуская руки.И вновь зазвучала мёртвая речь:

– Наконец пропоют петухи – чёрно-красный здесь, вМглистых Пределах, алый – у Великанов, и тот, с золотым гребнем, вскормленный вАсгарде! Вижу!.. Трепещет, как тоненький прутик, могучее Древо, зиждущее миры!Гремит рог Гьяллархорн, созывая Асов на тинг! Эйнхерии навсегда покидаютВальхаллу, опоясываются мечами к последнему великому бою, ибо грядёт Рагнарёк –Битва Богов… Довольно ли тебе этого, Один?

– Продолжай, – твёрдо вымолвил Всеотец. И вёльвапродолжала:

– Вижу!.. Падает цепь, столько зим державшая ФенрираВолка: веки вечные истончала её каждая ложная клятва, каждый удар в спину,каждый неправедный приговор! И вот уже Волк на свободе, от Земли до Небаразинута ненасытная пасть! Йормунганд Змей проснулся в пучине, поворотился илезет на берег, губя сжигающим ядом всё живое кругом… Гудит Страна Великанов,сползаются чудища, Сурт едет с юга, огненный Великан с горящим мечомМуспелльсхейма! Вот и Локи сбросил оковы, он направляет корабль, везущийсвирепых Сынов Огня на погибель Вселенной… Вижу, как Солнце в последний развспыхивает на мечах эйнхериев и Богов, а потом чернеет и гаснет, пожранноеВолком… Вижу, как с расколотого Неба срываются ясные звёзды… Грядёт Рагнарёк –Битва Богов! Довольно ли тебе этого, Один? Отпусти меня!

Но Всеотец сказал:

– Продолжай.

– Вижу!.. – разнёсся полный ужаса голоспровидицы. – Вижу, как Отец Богов и Людей сходится в смертном единоборствес Фенриром Волком, и долго длится их бой, но не Одину суждена в нём победа,проглочен он Волком… Вот когда пригодится Видару его толстый башмак: юный Аснаступает им Волку на челюсть и рвёт проклятую пасть, отмщая отца. А Тор впоединке со Змеем вбивает его молотом в землю, но и сам отступает, шатаясь,всего на девять шагов и падает мёртвым, сожжённый, отравленный губительным ядом– и Магни подхватывает молнию-Мьйолльнир… А рядом с ним Тюр бьётся насмерть счудовищным псом по имени Гарм, прежним сторожем Тёмного Мира, и оба поражаютдруг друга насмерть, как и Локи с Хеймдаллем. А Фрейр, защищая верногоСкирнира, теряет свой меч, и Великан Сурт убивает его. Но сам тут же издыхает,успев, правда, затопить бушующим пламенем все девять миров… поднимается море игасит огонь… Рагнарёк – Битва Богов! Довольно ли тебе этого, Один?

– Продолжай! – был суровый ответ. – Скажи,Вещая, куда удалятся павшие Асы? И что будет, когда пламя Сурта дотлеет?

– Вижу, – промолвила вёльва. – Вижу, Один,неведомое даже тебе: другие Небеса куда выше прежнего Асгарда – Широкосинее иБесконечное. Там будут новые чертоги, там вы обретёте покой, глядя, как наИдавёлль-поле, снова зазеленевшем, соберутся младшие Боги, не запятнанныепопранием клятв… Придут Видар и Вали, Улль, Моди и Магни, поднявший молот отца.Не тронуло их пламя, не поглотила вода. Вернутся Бальдр, Нанна и Хёд… Тогда-тоотыщутся наконец в густой, высокой траве расчерченная доска и золотые фигурки,выпавшие из недостойных рук в начале времён… Станут юные Асы беседовать и вспоминатьоб отцах, о славном минувшем, станут по-новому устраивать все девять миров… А вМидгарде, в маленькой роще, укроется от пожара чета смертных Людей – женщина поимени Лив, то есть Жизнь, и с нею мужчина Ливтрасир – Сражающийся за жизнь… Ихпотомки заселят прекрасную зелёную Землю, их согреет новое Солнце – дочьпрежнего, сгинувшего в пасти Волка… Довольно ли тебе этого, Один? Изнемогла я,отпусти!..

– Отпускаю, – тихо сказал Всеотец. – Теперь яспокоен. Пускай свершится судьба.

…Асы ехали молча до самой реки Гьёлль. Когда же разлилсявокруг весёлый солнечный свет, Тор сказал:

– Что же нам теперь, сидеть сложа руки и ждать, когдаона наступит, эта великанская зима Фимбульветр?.. Если я что-нибудь понял, донеё ещё много веков! Уж я как-нибудь позабочусь, чтоб Турсы не лезли преждевремени в Мидгард!

– А мне, – сказал Фрейр, – нужно выраститьещё не один урожай…

– А мне – затеплить любовь ещё во многихсердцах, – промолвила Фрейя.