Лжебогиня - Валерия Чернованова

На секунду эльф прибалдел и застопорился. Но после того как я незаметно пнула его коленкой, очнулся и засеменил по танцполу.

Я даже не сомневалась, что сей королевский отпрыск окажется прекрасным партнером, танцевать с ним было одно удовольствие. В его руках я чувствовала себя парящей снежинкой, легкой и невесомой. Если б только не камень ревности на душе, тянувший меня, словно в прорубь, к бренному полу.

– С тобой что-то не так, – быстро допер проницательный эльф. – Сколько выпила?

– Половину бокальчика, – ничтоже сумняшеся, соврала я и, рискуя свернуть себе шею, снова покосилась на парочку сбоку.

Поймав на себе пристальный взгляд сиреневых глаз, тут же отвернулась и стала улыбаться Элиану еще шире. С такими успехами я не только сверну себе шею, но и вывихну челюсть.

– И сколько раз по половинке? – продолжал занудствовать белобрысый.

– Не сильна в математике.

Крутнув в очередной раз, эльф обнял меня за талию и наклонил, заставляя прогнуться в спине, отчего в ушах застрекотали кузнечики, а перед глазами замельтешили мошки. Это я где, на лугу или в замке? Только бы не упасть!

Придавая мне вертикальное положение, прошептал в самое ухо:

– Если хотела заставить ревновать, то у тебя это получилось. Еще немного, и по вашей милости, сударыня, меня вызовут на дуэль.

Кровь прилила к моим и без того румяным щекам.

– Как догадался?

– А ты совсем не умеешь скрывать свои чувства, – рассмеялся белобрысый. – И он, кстати, тоже.

Когда музыка стихла, Элиан извинился, сказав, что сюда он приехал не только развлечения ради, но и для решения дел насущных. Пообещав присоединиться ко мне позже, отправился изображать кипучую деятельность.

Кристера я потеряла из виду сразу после танца. Так как других желающих покружиться со мной по залу не нашлось (наверное, боялись быть съеденными), решила продемонстрировать всем, что я вполне могу довольствоваться обыкновенной пищей, и с жадностью набросилась на угощения.

Навалив на тарелку всего и побольше, отправилась на поиски укромного местечка, дабы никто не мешал моей трапезе. Погодка стояла изумительная. Я спустилась в парк, освещенный неяркими звездами да только что народившимся юным месяцем. Отыскала укромную беседку, увитую каким-то растением с закрывшимися на ночь бутонами, опустила в рот вкуснейшую тарталетку и блаженно зажмурилась.

Что еще нужно девушке для счастья?

Неподалеку кто-то пел нежным голосом, аккомпанируя себе на гитаре. Когда с ужином было покончено, мне захотелось увидеть местного менестреля. Поэтому пошла на звуки незатейливого инструмента и вскоре увидела золотистые огоньки, мелькавшие среди кустов жимолости.

Исполнитель и его немногочисленная свита занимали одну из беседок и были счастливы, распевая старинные баллады. Когда я приблизилась к кряжистому дубу, скрывшему меня от слушателей, те как раз упрашивали трубадура спеть им еще.

Чтобы не спугнуть придворных, я замерла, прислонившись к дереву, сомкнула веки и унеслась по волнам приятной мелодии…

– У Амельена поистине волшебный голос, – послышалось совсем рядом.

Кристер неспешно обошел дерево и прислонился к нему рядом со мной. Наши руки случайно соприкоснулись. Сразу вспомнились строки из песни про костер, сладостную дрожь и теплое дыхание.

Упс, снова меня не в ту степь понесло…

– В Роувэл Амельен попал на рабовладельческом судне. И если бы не Эрида, выкупившая его и даровавшая ему свободу, неизвестно, как бы сложилась судьба юноши, – тихо проронил Крист, вслушиваясь в чудесный голос.

– Ну прямо эталон добродетели и чистоты эта ваша принцесса, – уловив нежные нотки в голосе солдата, раздраженно буркнула я. – Так не бывает. В каждом из нас заложено и хорошее, и плохое. А Эрида, по твоим словам, ну просто ангелочек с крылышками!

Кристер оторвался от дерева и вопросительно на меня посмотрел. Теперь он стоял напротив, так близко, что я слышала его теплое дыханье на своей коже.

– И чем же тебе не угодила наша принцесса?

– Эрида, – желчно поправила я. – Ты ведь только так к ней обращаешься. Так прямо и вьешься ужом вокруг нее! – Кажется, меня понесло. Слова выскакивали прежде, чем я успевала их осмыслить. – А позволь спросить, чисто из женского любопытства, та другая обоже не ревнует тебя к ее высочеству? Или наоборот, принцесса – к той смазливенькой блондинке? Эдакий любовный треугольник получается. Ты уж как-нибудь определись, дорогой, кто тебе милее, и поумерь свои аппетиты. А то ведь…

Закончить я не успела. Кристер уперся рукой мне в плечо, другую прижал к моим губам. Я, конечно, попыталась высвободиться. Так, для проформы. Но, если честно, особо не старалась. В моем проспиртованном мозгу вся эта ситуация казалась довольно интересной, а я самой себе – такой сексуальной и соблазнительной. Правда, непонятно, что это мне все сулило – мгновения приятные или не очень. То ли меня сейчас обзовут полной кретинкой и велят проваливать из замка. То ли…

Продолжение мысли растворилось в тихом шепоте сиренеглазого:

– Не шуми, распугаешь придворных. Принцесса мне как сестра. Мы выросли вместе. Перед своей смертью Эстан взял с меня клятву, что я буду защищать его младшую сестру. Что я и делаю. И буду делать всегда.

– А уая?! – сверкнув глазами, ревниво промычала я, имея в виду другую свою соперницу.

Кристер негромко рассмеялся, явно забавляясь моими переживаниями.

– Но ведь я не могу шарахаться от женщин только лишь потому, что некая зеленоглазая самозванка лишила меня покоя. Всего один невинный танец, с помощью которого я надеялся выбросить тебя из головы и хоть ненадолго забыться. Не вышло…

Он отнял руку, только убедившись, что больше я буянить не стану. Его большой палец медленно прошелся по моим губам, как бы призывая к молчанию.

Я стояла, вскинув голову, и как загипнотизированная не могла отвести от него взгляда. Злость ушла, уступив место нежности. В слабом свете луны его лицо казалось еще прекраснее. Словно бы высеченное из мрамора, идеальное, но в то же время такое живое, такое… родное. Не было в нем ни прежней холодности, ни отчуждения.

Голова закружилась, но теперь уже не от вина. Всевышние! Надеюсь, он не догадывается, каким катализатором является для меня!

Предательский алкоголь снова забурлил в крови. Я зажмурилась и прижалась к мужественной груди солдата, мечтая вобрать в себя частичку его силы. Почувствовала, как его руки обвили мою талию.

Кристер нежно улыбнулся, осторожно подул на мое лицо, прогоняя выбившуюся из прически непослушную прядь. Наклонился, и его губы мягко прикоснулись к моим. Один раз. Другой.

С каждым мгновением его поцелуи становились все требовательнее и жарче. По телу пробежала первая волна, отключая от реальности и унося в никуда. Все было как во сне, от которого так не хотелось пробуждаться.