Колдуны и капуста - Андрей Уланов

— Уин прав, — пригнувшись, Бренда выдернула из-под банки продолговатый кожаный сверток и начала распутывать завязки. — С этим кораблем что-то не так.

— Черная аура?

Викки добыл откуда-то из глубины куртки никелированный пистолет с непропорционально длинным стволом и сейчас глядел на него с таким видом, словно ожидал найти в кармане белого кролика.

— Нет, — отрицательно качнул головой Рысьев. — Уж поверьте, мне как-то раз довелось видеть корабль, отмеченный печатью Темных Сил. Такое не забудешь... и уж точно ни с чем не спутаешь. Там чернота клубилась от борта к борту — прямо хоть помпой откачивай.

— Знаешь, как-то...

— Кончайте треп, — сухо скомандовала Бренда Ханко, подкрепив свои слова лязгом затвора. — Сейчас мы возьмем эту посудину на абордаж, и все станет ясно.

Первым на борту брига оказался, разумеется, вампир. Следом, пыхтя, вскарабкался по «кошке» вексиль-шкипер и, обиженно сопя, уставился на брошенный Рысьевым шторм-трап.

— Ну как?

Крис был вторым — первым опять-таки числился Рысьев, оружия не имевший вовсе, — кто ступил на палубу «Бегущего», не пытаясь при этом целить из чего-нибудь смертоубийственного в три стороны одновременно.

— Никого.

— Плохо, — констатировал Ханко. — Что будем делать?

— Обыщем.

— Не нравится мне здесь, — Роника заглянула в один из стоявших на шкафуте бочонков. Миг спустя ее лицо исказила гримаса отвращения, наемница отпрянула назад, зацепилась ногой за канат и с трудом удержалась от падения.

— Что там?

— Солонина...

— Я уж подумал — отрубленные головы!

Ответ мисс Тамм состоял из старинного жеста английских лучников.

— Роника и Пит направо, Бренда и Уин налево, — Крис, похоже, припомнил военную молодость, а заодно — командные интонации в голосах офицеров. — Мы с Николаем присматриваем за палубой.

— Боишься, что палуба возьмет и убежит?

— Боюсь, — без тени иронии подтвердил Крис.

— Кто, — остановившись перед темным провалом винтового трапа, вполголоса осведомился у напарницы Малыш, — пойдет вниз первым?

— Ты.

— Вообще-то, дам принято пропускать вперед.

— Назови меня дамой еще раз, и схлопочешь прикладом по затылку, — пообещала Бренда. — Шагай.

Внизу трап упирался в переборку, помещение за которой Малыш не задумываясь классифицировал как кают-компанию, о чем и сообщил своей напарнице.

— Типа офицерская столовка? — уточнила Бренда.

— Типа можно сказать и так, — задумчиво сказал полукровка, оглядываясь вокруг.

Меблировку кают-компании можно было в зависимости от настроения поименовать либо спартанской, либо просто бедной. Кроме полудюжины полок — две с книгами отчего-то были приколочены заметно кривее прочих, — здесь наличествовали два табурета, стул с полукруглой спинкой, застеленный синей клетчатой скатертью стол, а на столе...

— Занятно, — пробормотал Малыш, — стол накрыт к обеду, но к еде они так и не приступили.

Подойдя к столу, он пару раз втянул ноздрями воздух, осторожно коснулся одной из чашек и нахмурился.

— Занятно вдвойне. Кофе еще не успел остыть.

— С тех пор как его налили, — фыркнула Бренда, — он мог остыть хоть двадцать раз, хоть все сто. Чашка стоит точно под световым люком... соображаешь? Одолжи у Рысьева его любимый черный наряд и помаячь в нем пять минут под здешним солнцем — разогреешься куда больше.

— Да, как-то я сразу не сообразил.

— Смотри! Куда ведут эти двери?

— В каюты капитана и офицеров, — чуть поколебавшись Малыш положил одну «шипучку» на и, держа вторую стволом вверх, подкрался к крайней двери слева. Стал сбоку, несколько секунд старательно вслушивался, затем резко рванул дверь и, кувыркнувшись через порог, вскочил... вернее, попытался вскочить, потому что крохотная каютка оказалась меньше, чем он рассчитывал, и для исполнения отточенного боевого приема попросту не хватило места. Ноги гнома очутились на койке, плечи и голова — на полу, а ствол «шипучки» оказался направлен точно в иллюминатор.

— Да ты прямо акробат без диплома, — насмешливо прокомментировала Бренда. — Гуттаперчей гномик. Не проще ли было сразу бросить динамитную шашку?

— Не знал, а-апчхи, — пол в каютке был чертовски пыльным, — что у нас есть динамит.

— Не знала, что его у нас нет.

Из трех оставшихся каюток две были жилыми, в последней же располагался гальюн — единственное место, которое могло похвастаться наличием живых и деятельных обитателей в виде стаи мух.

Повторный, чуть менее беглый осмотр не приблизил нас к разгадке тайны брига даже на десятую дюйма. Все было аккуратно застелено, убрано, уложено, а если некоторый беспорядок и наличествовал, то в масштабах, не выходящих за пределы обыденности. Ничего, что можно было бы счесть явным признаком лихорадочных сборов или смертельного боя, Малышу Уину и Бренде обнаружить не удалось.

— Что скажешь? — поинтересовалась она.

— Ффад мзарги? — без особого энтузиазма предположил Уин.

— Дерьмо, согласна, — кивнула Бренда. — И совсем никаких светлых идей?

— Надо найти корабельный журнал, — сказал полукровка.

— А еще лучше — два таких журнала...

— Угадала. Старший помощник тоже обязан его вести.

— Хорошо. С которой начнем?

— Ты с первой, я со второй.

Обитатель каюты, обыскивать которую выпало Малышу, был человеком... или похожим на него существом очень немалых габаритов — к этому выводу гном пришел, глядя на висящую с внутренней двери голландку. Книги... инструменты... подпрыгнув, гном махнул рукой над верхней из полок и был вознагражден за свое усилие глухим шлепком. Увы — свалившийся на койку туго перевязанной бумажный сверток оказался всего лишь пачкой писем, адресованных мистеру Ст. X. Рычу. На какой-то миг надежду в сердце гнома вселил запертый нижний ящичек шкафа — но в нем обнаружить только мятая бескозырка. После недолгого раздумья гном натянул ее на собственную макушку и с удивлением обнаружил, что сей предмет униформы пришелся ему впору. Возможно, габариты капитана не распространялись на голову.

— На что он хоть похож, этот корабельный журнал? — тоскливо осведомилась Бренда из-за переборки.

— А ты не знаешь? — удивился Малыш. — Корабельный журнал — это такая большая толстая тетрадь на обложке которой, вероятнее всего, наличествует надпись: «Корабельный журнал брига „Бегущий по ветру“. Разве на вашей с Крисом яхте таковой не наличествовал?

— Если и был, то не по моей вине. — Вообще-то, — задумчиво сказал гном, — за его отсутствие вас должны были оштрафовать в первом же порту.