Претендентка номер девять - Елена Кароль

Выполнять.

Расстояние было относительно небольшим, но мешал шум, гарь и дым, а также то, что мужчина не стоял на месте, а постоянно двигался, командуя своими воинами и контролируя ситуацию на ближайших десяти метрах. И уж не знаю, может, я пристально смотрела, может, чувствительность у наемника была повышенной, но за секунду до того, как я выстрелила, дроу поднял голову и посмотрел на меня. Оскалился и…

– Черт!

Залп прошел мимо, спалив двоих наемников, стоящих рядом, а сам дроу успел отскочить в сторону, умудрившись предугадать направление залпа.

– Ульяна! – Эльба тоже ругнулась, и по ее тону и взгляду я поняла, что подобные ошибки впредь недопустимы.

– Секунду.

Я в свою очередь тоже не переносила провалов… и следующий залп не только уничтожил замешкавшегося подпаленного дроу, но и испепелил под ноль ближайшие пять метров верхней палубы вместе с еще тремя наемниками.

Вот только и у меня силы кончились. Медленно сползя на доски марсовой площадки, я покрепче вцепилась в канаты и повернула голову к Эльбе, которая моментально подбодрила меня радостным оскалом и возгласом:

– Молодец, девочка! Отдыхай. Теперь дело за грубой физической силой и мощью наших бойцов. Кстати, посмотри налево, там Ждан бьется. Правда, красавец?

Смотреть куда бы то ни было особого желания я не испытывала, но все равно послушно повернула голову и всмотрелась в самую гущу боя. И правда, Ждан. Большой, грозно рычащий и неумолимо смертельный. Грузный орк двигался так, словно весил раз в пять меньше своего реального веса. Сносил головы, отрывал руки и ноги, дробил кости и буквально разрывал на куски всех, кто имел неосторожность встать на его пути.

Да, красавец…

Нервная ухмылка исказила губы, а в голове билась лишь одна мысль. Это все неправда. Неправда. Это не смертельная мясорубка. Это кино. Сон. Иллюзия.

Это…

Это реальность. И ты, Уленька, совсем недавно приложила к этому обе свои руки.

Но вот что-то неумолимо изменилось, по рядам наемников прошел ропот, затем раздались нервные выкрики, почти сразу сменившиеся истеричными воплями и…

– Сложить оружие, прекратить бой!

Приказ разнесся над океаном так громко, словно кэп (а это был его голос) рявкнул в микрофон.

И следующие его слова, звучавшие на фоне почти подступившей грозы, тоже были очень громкими:

– Господа наемники! Ваш капитан, его первый помощник, боцман, штурман и все трое магов мертвы! Предлагаю сдать оружие! Приближается шторм, его прогнозируемая мощь оценивается моим штурманом на девять баллов! Если вы хотите выжить, то предлагаю сложить оружие и сдаться! Мы доставим вас в ближайший порт, и у вас появится возможность выкупить свою жизнь.

Двадцать одну секунду стояла оглушительная тишина, а затем кто-то из наемников-дроу выкрикнул:

– Гарантии?

– Слово капитана Варго!

Я думала, стороны начнут торговаться и выставлять условия, но этого не произошло. По палубам зазвенело оружие, сдавшаяся сторона начала торопливо отходить к правому борту, куда им указал Балавар и где их обыскивали наши корсары.

Пять минут, десять… На второй корабль перешли Истана и Харошдт, захватив с собой два десятка бойцов, чтобы проконтролировать корабль и вывести его из шторма без дополнительных повреждений (Эльба озвучила действия команды вслух, до сих пор оставаясь рядом со мной на площадке), а кэп, Балавар и Ждан занялись пленными, их размещением в нижних трюмах и приведению нашего корабля в особую готовность к штормовой ночи.

А ветер и правда крепчал, темнело все стремительнее, молнии грохотали все ближе, усилилась качка, почему-то затрясло и меня, что моментально заметила моя добровольная опекунша и скомандовала спуск вниз.

– Я не могу.

Я не могла. Правда не могла. Пальцы впились в канаты, ноги отнялись, в горле стоял колючий нервный ком, а до носа донеслись не самые приятные ароматы гари, крови и паленого мяса.

– Уленька, надо. – Эльба склонилась надо мной и с сочувствием заглянула прямо в душу. – Девочка моя, давай ты устроишь истерику чуть позже? Сейчас твоя задача – просто спуститься. В каюте я дам тебе все: рома, оплеуху, плечо и все остальное, что только пожелаешь. Но сейчас тебе необходимо спуститься вниз. Просто спуститься. Понимаешь меня?

Я понимала. Я все прекрасно понимала…

Но не могла.

Уверена, Эльба все прочитала по моим глазам, потому что раздраженно поморщилась, даже зубами скрипнула, затем выпрямилась, смерила меня оценивающим взглядом, а потом…

Потом вновь превратилась в жуткое подобие горгоны Медузы с оскаленными зубами-иглами, налетела на меня и буквально вышвырнула за край площадки.

– И-и-и!

Заголосила я далеко не сразу, в первую очередь пытаясь схватиться за пролетающие мимо канаты и меньше всего думая об остальном. Жить! Я хочу жить!

Ладони обожгло болью, когда я все-таки ухватилась за что-то вертикальное, при этом продолжая скользить вниз. Не так быстро, как падала, но приятного было мало. В дело вступили крылья, сами собой сложившись парашютом, ноги все пытались нащупать опору и хоть как-то помочь рукам, но в итоге я все-таки сорвалась и…

На кого-то упала. В смысле не просто на кого-то, а на руки к Ждану.

Господи… Хорошо, что мое демоническое сердце не такое слабое, как человеческое, и я не откину копыта прямо сейчас.

Хотя уже хочется.

Пытаясь унять бешеное сердцебиение и отцепить когти от бицепсов и шеи орка, уже нашептывающего мне что-то успокоительное, я задрала голову наверх и встретилась взглядом с Эльбой. Увидела ее радостную ухмылку во все сто сорок зубов, мысленно пообещала отомстить, а вслух едко прошипела:

– Спасибо.

Думаю, «змея» прочла мою благодарность по губам, потому что не замедлила выкрикнуть в ответ:

– Всегда пожалуйста! Обращайся! Ждан, отнеси Ульяну в кают-компанию, надо ее напоить. Я сейчас присоединюсь.

Черт! А может, не надо?!

Но я не смогла произнести ни звука – у меня свело челюсти, при этом зубы начали выбивать дробь, а когти еще сильнее впились в каменную шкуру Ждана, который безропотно отправился выполнять приказ Эльбы и доставил меня в кают-компанию, где, кроме нас, пока никого не было.

Усадил за стол, буквально отодрав от себя мои пальцы, с сочувствием похлопал по плечу, чуть не вогнав в пол, затем неожиданно весьма проворно вынул из ближайшего сундука бурдюк литров на пять и вручил мне.

– Пей.

– Ч-что эт-то?

– Ром.

Авиационный?

Шутить, причем довольно глупо, я могла лишь мысленно. Нервно скривилась, прижала бурдюк к груди, как последнее спасение, но при этом вынимать затычку и пить не торопилась. Просто сидела и обнимала.