Вампирский дедушка - Сергей Греков

В семьдесят пять выходил на пробежку. Но когда пошел девятый десяток, понял, что начал сдавать. Жизнь-то у меня была насыщенная и, признаться, не самая легкая. И газов разных я успел надышаться. И под облучение попадал (хорошо, что без онкологии). И шальную в бедро ловил. Это всё мелочи, но и такие мелочи сказываются. Так что к восьмидесяти годам я уже не мог так резво махать руками, а тут — ты погляди: резко и профессионально смог выбросить кулак! И мне это нравится. Вот только разобраться бы надо, что вообще происходит. С символами более-менее всё понятно. Если моё тело получает урон, то резервуар падает. До нуля доводить его точно не буду, а то мало ли что. Да и поесть не помешает, а то внутри уже всё сводит от голода. Я представил зажаренное мясо на углях и понял, что не хочу его. Как не хочу и овощей с фруктами. Мне требовалось нечто иное, но что именно, я не мог понять.

С улицы донёсся шум. Послышались звуки твердых шагов. Кто-то направлялся в сторону моего убежища. Вот чувствую, что это враги! Я огляделся в поисках оружия, но ничего подходящего на примете не было. Ну не соломой же бить супостата! Пришлось впиваться пальцами в землю и брать сыпучую горсть. В крайнем случае смогу ослепить противника, и, следовательно, на время обезвредить. А дальше буду действовать по обстоятельствам.

Внутри меня заклокотало давно забытое чувство. Адреналин вспрыснулся в кровь. На мгновение я будто стал не склочным стариком, а тем уверенным бойцом, который ликвидировал моджахедов в горах Афганистана. Сейчас я мог бы попытаться спрятаться, забившись в стог сена. Но тогда моё положение было бы менее выгодным, чем сейчас. Я подлетел к стене и встал так, чтобы моё тело не попадало под проклятущие солнечные лучи. А лучи-то будут пробиваться, когда дверь распахнется — в этом я уверен.

Снаружи (через доски) просвечивался мужской силуэт. Я увидел, как чужая ладонь берется за ручку, а следом тянет её на себя. В сарай вошел человек, который держал в правой руке какое-то странное оружие. Оно напоминало металлический прут. Разбираться, что это такое, не было времени. Собранная земля полетела в глаза врага. Мой неизвестный соперник с бабским визгом попытался замахнуться, но я поднырнул по него и пробил ниже пояса. Затем перехватил руку и ударил в локтевое сочленение — оружие выпало. Следом прошелся ребром ладони по горлу — крик прекратился. Потом ударил прямой ногой в обратную сторону колена — конечности подогнулись. И в завершении взял на болевой, скрутив плечевой сустав так, что мог бы легким движением оставить человека инвалидом.

Я с удивлением увидел, что выпавший металлическим прут им и являлся. А если точнее — это была кочерга для печи. И откуда взялась у него такая древность? Я прислушался — на улице было тихо, на крик никто не прибежал. Вот и славно!

— Слушай меня внимательно, — прошептал я на ухо. При этом нажал на плечо. До меня донесся едва слышный скулёж. — Если попытаешься вырваться, сломаю руку, затем убью. Попробуешь закричать или позвать на помощь, получишь тот же результат. Откажешься отвечать на вопросы, тоже убью. Тебе всё понятно?

— Ты чё, охерел, тварь? — послышался ответ. — Да ты знаешь, с кем говоришь? Я уполномоченный представитель…

Договорить я ему не дал. Слегка надавил. Ощутил, как трещал кости под моими ладонями.

— Где я сейчас нахожусь? — задал я первый вопрос.

Мой пленник, что удивительно, больше не скулил. Он будто перестал чувствовать любую боль. Видна многолетняя подготовка заграничных спецслужб. Контроль боли, контроль тела, контроль сознания. Нас учили этому с самых первых лет в учебке. И его, видимо, тоже. С этим мужиком нужно держать ухо востро.

— Кто ты? Ты из катакомб? Я представитель смотрящего. Ты уже труп, — прорычал он, пытаясь повернуть голову.

— Не дергаться! Не задавать вопросы! Смотреть прямо перед собой! — пришлось нажать её сильнее. Хрящи затрещали. Я чувствовал, что сустав вот-вот вылетит из своего привычного места. — Всё понятно?

— Да, — сдался мужик. — Я всё понял.

Ага. Строит из себя смиренного барашка. Теперь будет делать вид, что боится и очень податлив. Знаем мы таких. Насмотрелись в прошлом…

— Повторяю вопрос: где я сейчас нахожусь? Мне нужен максимально краткий и максимально подробный ответ.

Пока проходил наш обмен репликами, я ощупывал его тело. Благо, что для моего захвата требовалось только одна рука, а вторая при этом была полностью свободна. Никаких микрофонов или оружия скрытого ношения не обнаружил. Сотовый тоже отсутствовал. Ну кто же сейчас ходит без телефона? Да, почитай, и не осталось таких.

Я бесцеремонно сорвал с него странную серую одежду — голый человек всегда чувствует себя более уязвимым. Сморщенная кожа, пигментные пятна, лысая (наверно, от радиации) голова. На предплечье мужчины были странные татуировки. Первая изображала каплю. Над ней — человек с мечом. А ещё выше (к моему изумлению) — двуглавый орел. Серые татуировки ярко выделялись на фоне грязного тела. И на миг показалось, что они двигаются. Бред какой-то! Ну точно галлюциногенами меня накачали.

— Так это, — начал пленник, имитируя какой-то непонятный акцент, — в трущобах мы сейчас.

— И в каких же трущобах? — ласково поинтересовался я. Сейчас начнет мне втирать какую-нибудь чушь. Ну послушаем…

— Так в трущобах Рязанского графства.

— А где находится это графство? — задал я вопрос. Пока покажу, что играю по его правилам, затем перейду в наступление. Нужно выждать момент, когда он по-настоящему расслабится.

— В Центральном герцогстве! — недоуменно проговорил мужик.

Вот ведь актер! По Станиславскому работает. Прям вжился в роль глупого простака. И его словам хочется верить. В общем, пять баллов за реализацию.

Я не забывал поглядывать в сторону двери. Если появится ещё кто-то, мне придется обезвредить моего языка. Но пока что всё было тихо. Лишь курицы продолжали носиться по сараю, а со стороны улицы доносилось коровье мычание.

— А герцогство?..

— Ты, тварь, подлечился бы, — посоветовал он. — Не видишь, на кого напал? Да я из тебя все жилы вытяну. Перебрал, небось, вот и несет тебя, будто…

Договорить я не дал. Свободной рукой я слегка ударил в лопатку. Послышался звук ломающихся костей, а следом тяжкий всхлип. Всё! Правая рука, если не вправить, теперь точно не будет работать. Я схватил его за левую и снова скрутил.

— Мне не нужны советы. Отвечать только на поставленный вопрос! — раздался мой приказ. Ну и голос у меня… Будто у сопляка какого-то. — Кто ты такой? На кого работаешь?

А сейчас он, наверно, устроит