Миссия отчаяния - Джуд Уотсон

Он чувствовал это словно некие излучения, идущие от лежащего внизу города: Юсса была теперь городом страха…

На турболифте он спустился с посадочной платформы в город. Стоял прохладный пасмурный день, похоже, собирался дождь. Оби-Ван смешался с толпой и пошел улица за улицей, пропуская спидеры и воздушные такси. Это было так странно - снова быть в уличной толпе большого города; чувствовать прохладу воздуха. Он так долго был один.

Когда он приблизился к Палате общин, его шаги замедлились. Присутствие штурмовиков ощущалось здесь как нигде в городе - их отряды постоянно маршировали то в гарнизон, то из него. Вид солдат и черного мрачного здания наводил жуть. В начале Войн Клонов штурмовики сражались за Республику, теперь же они стали инструментом запугивания.

А ведь это именно он обнаружил их на Камино; именно он был тем, кто обратил на них внимание джедаев. Они рассчитывали, что огромная армия штурмовиков поможет им после сражения на Джеонозисе, но были обмануты. Преданы. Оби-Ван с горечью следил за белыми колонами, марширующими по улицам, видел, как сжимаются, увидев их, люди. Чувство вины и отчаяние всколыхнулись с новой силой. Он приостановился, в ушах стоял полный угрозы грохот их шагов.

Люди старались не смотреть на них, отводили глаза, бросая лишь быстрые осторожные взгляды. Сюда, к Палате общин, выходило так много улиц, что люди вынуждены были проходить здесь; но они умолкали, пережидая, пока белая бронированная колонна промарширует мимо. И лишь когда те прошли, словно исчезла какая-то незримая тяжесть; казалось, даже шаги горожан стали легче, а на улицу вновь вернулась обычная городская суета.

Оби-Ван тоже ускорил шаг. Его первой целью был прежний офис Феруса. Он располагался на одной из улиц в районе Облачного Озера; предстоящая длинная прогулка давала ему возможность лучше сориентироваться в городе, лучше почувствовать город…

Он уже видел подобное прежде. Все признаки были здесь - угроза, словно разлитая в воздухе, странная тишина. Отряды на улицах, проносящиеся черные спидеры имперских офицеров. Оби-Ван хорошо представлял себе методы этой махины, сжимающей в своей хватке когда-то мирное общество. Но здесь было ещё хуже. Это не было просто страхом, разлитым в воздухе - это был террор.

Заморосил дождь, и воздух словно замерцал легкой дымкой. Отсюда, с окружающих его улиц, Облачное Озеро казалось серебристым диском.

Офис Феруса был закрыт, на окнах опущены жалюзи. У маленькой сигнальной панели читалось название "Олен и Лэндс". И всё. Тихая улочка, одна из наиболее удаленных от озера, которое уже казалось отсюда просто светящимся туманом вдалеке. Рядом - магазинчики, кэф. В-основном мелкие лавчонки - контора бухгалтера, лавка портного, магазинчик, торгующий керамикой…

Ровно напротив была дверь ателье. Вывеска гласила: ЭКСКЛЮЗИВНЫЙ ДИЗАЙН ОТ МАРИАНЫ И ЛЮБЫЕ ПОРТНЯЖНЫЕ РАБОТЫ.

Оби-Ван перешел улицу. Написанная от руки табличка гласила: "ЗАКРЫТО", но дверь была чуть приотворена. Он толкнул дверь и услышал отозвавшийся в глубине дома звонок.

Полная женщина средних лет поспешно вышла из задней комнаты. Ее волосы были заплетены в толстые косы и уложены вокруг головы, но делалось это явно второпях, несколько прядей выбивались из прически.

– Мне жаль, но мы закрыты, - сказала она обходительным тоном, но было видно, что ей сейчас совсем не до посетителей.

– Простите, что помешал вам, - сказал Оби-Ван, - Я ищу "Олен и Лендс".

Ее улыбка померкла:

– Они закрылись.

– А вывеска все ещё висит.

– Они не успели её снять. Мне жаль…

– Вы знаете, что у них случилось? Меня направили к ним…

– Мне жаль. Я не могу помочь вам.

Тон её голоса означал одно - разговор окончен. Оби-Ван поблагодарил, поклонился и вышел.

Короткий узкий проулок вел к черному ходу ателье. Дверь была закрыта, но позади ряда контейнеров Оби-Ван заметил притиснувшиеся у стены грависани. Рядом с ними болтался мальчишка, от нечего делать пиная ногами борта. Лет двенадцати-тринадцати, тощий и жилистый, с узким лицом и копной синих волос.

Оби-Ван подошел поближе - Ты работаешь у портного?

Мальчик остро взглянул на него:

– Мы закрыты.

– Я слышал. Но возможно ты мог бы помочь мне. Офис "Олен и Лендс" закрыт…

– И что я, предполагается, должен сделать?

Хм, если с клиентами здесь разговаривают подобным образом, то это ателье ещё на удивление долго протянуло…

– Я рассчитывал, что возможно, ты знаешь, что у них случилось.

– Нет.

– Не знаешь, возвратятся ли они?

– Нет. Если вы заметили, мне надо развозить заказы.

– Не знаешь, где ещё могут что-то знать о них?

– Нет, но я знаю, где вы можете раздобыть новый плащ, - мальчишка окинул его оценивающим взглядом, - Я бы сказал, что вам нужен новый. У нас есть всё - ромекс, чоэн, литрис, даже эрморвайв. Вам подошел бы плащ из рамодианского шелка. Вы можете купить такой.

Спрятать до конца ухмылку парню так и не удалось. По странной ассоциации он напомнил Оби-Вану Анакина, когда тот был ещё мальчишкой. То же самое поддразнивание с попыткой сохранить самое что ни наесть честное выражение на физиономии… Это и притягивало, и раздражало. И каждое воспоминание об Анакине до сих пор вызывало похожий на электрический разряд новый всплеск боли.

Оби-Ван незаметно усмехнулся. Невероятно тонкий рамордианский шелк использовался разве что на дорогущее постельное белье, но уж никак не на плащи путешественников.

– Да нет, спасибо, - хмыкнул он, развернулся и пошел по переулку, сопровождаемый хохотом наконец-то давшего себе волю паршивца.

Он пересек улицу снова и направился в кэф, расположенный рядом с офисом Олена. "Кэф Дормы", как значилось на вывеске. Сделал заказ и подсел к стойке - единственный посетитель в пустом кэфе. У женщины за стойкой было широкое простое лицо и теплая улыбка.

– Пустовато сегодня, - заметил Оби-Ван. К его удивлению, потребовалось усилие, чтобы сказанное прозвучало естественно. Ему так давно не приходилось вести подобные светские беседы.

– Сейчас всегда так, - откликнулась женщина, - Так уж всё повернулось. Раньше сюда приходили пообедать с соседних улиц - чтобы заодно прогуляться, ноги поразмять… А сейчас все считают за благо лишний раз на улицы не высовываться. Тем более - сюда, на окраину. Соседские лавки тоже закрываются одна за другой.

– Должно быть, тяжело, - сочувственно согласился Оби-Ван.

Женщина кивнула на вывеску напротив:

– Ателье Марианны тоже едва держится. Для бедноты слишком дорого. У кого теперь есть кредитки на новую одежду, кроме имперцев? - она поджала губы и покосилась на дверь. Он знал, было небезопасно говорить такие вещи.

– Я заметил, что офис ваших соседей закрылся.