Ведьмина генетика - Альма Либрем

Мартен и Белла плелись в хвосте этой прекрасной процессии. Если их не бросили на улице и не указали им на дверь, так причина у этого была одна — Акрен пригрозил, что куда двое его спутников, туда пойдет и он. А терять такой ценный экземпляр, как истинно неодаренного, судя по всему, никто не торопился.

— А я всегда думала, что маги в Вархве адекватные, взрослые люди, — несколько обиженно протянула Белла, — которые серьезно относятся к выбору своих студентов. Что, если мы желаем поступить к ним на учебу, нас протестируют, нам уделят внимание…

— Думаю, внимание нам уделят только в том случае, если Акрен пригрозит, что в противном случае он уйдет, — скривился Мартен. — Ты только посмотри, как они вокруг него вьются! Право слово, я такого еще не видел…

Он умолк, предпочитая оставить себе возможность хотя бы слышать, о чем там ведьмы ворковали с Акреном. Внезапная ревность — Мартен никак не мог избавиться от желания подойти ближе и напомнить Вольному хотя бы о леди Ильзе, — несколько угасла, когда принц осознал, что сам советник Шантьи не особенно получает удовольствие от этого общения, но уважения к магам Вархвы у принца так и не появилось.

— у вас потрясающие способности! — заявила светловолосая ведьма. — Я никогда не встречала истинно неодаренных!..

Надо больше на встречи с рангорнскими делегациями ходить, и встретила бы.

— Возможно, — продолжала она, — вы — реинкарнация Дарнаэла Первого?! Ведь, если верить кровным картам, обновление рода должно происходить регулярно!

— Да откуда ж он знает? — зашипела брюнетка. — Разве реинкарнации бога в курсе, что они боги?

Реинкарнация бога! И на кой им реинкарнация бога, если в Объединенной Державе правит замужняя женщина, у которой три сына, а в Рангорне наследник престола — Мартен? И с кем там Акрен будет обновлять кровь? Хоть бы головой подумали, что их боги — не идиоты, чтобы являться продолжать род мужчиной к мужчинам…

Они уже подошли к высокому зданию, которое, очевидно, и было академией, и Мартен без особого восторга задрал голову вверх. Он ожидал, что будет в восторге от острых шпилей, пронизывающих небеса, от площадок на высоченных башнях, на которых, должно быть, так удобно проводить магические эксперименты, когда под ногами простилался целый город, от старинного общежития, находящегося в соседнем здании, где комнаты до сих пор в лихорадочном порядке сменяют друг друга, как это было и тысячу лет назад, и где можно заглянуть в свою собственную комнату, а оказаться в гостях у кого-нибудь другого…

Но вокруг общежития тянулась красная лента, обозначающая, что оно в аварийном состоянии, и функционирует только одно крыло, а высокие шпили впечатляли не больше, чем раскинувшийся черепахой НУМ, который хоть был и не настолько всемирно известным, но зато хотя бы новым. Мартен ни с того ни с сего вспомнил, что у Вархвы давно уже появились конкуренты — академии, где воспитывали магов разных рас и учили покорять буйствующую кровь. Тот же Змеиный Замок, находившийся где-то ближе к Дарне, куда свозили и эльфов, и орков, и какие там еще расы водились на территории Объединенной Державы? Это им в Рангорне повезло, только люди да люди…

Гордиться здесь было, откровенно говоря, нечем. Высоченное, плохо отремонтированное, древнее здание не вызывало у Мартена ни малейшего трепета. Мэтр Рьяго пострадал от нападения неведомого мага как раз за несколько часов до того, как Мартен и Белла смогли явиться к нему и задать вопрос об артефакте и о методах его уничтожения, молодой артефактор, мэтр Клебо, не внушал доверия, а эти две ведьмы, которых принц различал только по цвету волос, и вовсе только и знали, что жаться к Акрену в попытке спровоцировать его на что-то.

— Вот мы и пришли! — довольно воскликнула одна из них, принц даже по голосу не понял, какая именно. — Сейчас мы проводим вас, господин Акрен, к нашему ректору, и там в деталях обсудим вашу дальнейшую судьбу!.. — и она уверенно потащила Шантьи ко входу в академии, напрочь забыв о том, что он был не единственным гостем академии.

— Простите, — не удержался Мартен, — а что делать нам с Беллой?

Черноволосая ведьма, до сих пор так и не представившаяся, но, очевидно, отвечавшая за связи с общественностью, точнее, за то, чтобы на человеческом языке разговаривать с нормальными людьми, а не щебетать невесть о чем, как это получалось у них с Акреном, недовольно оглянулась. Судя по всему, она была сердита уже только за то, что ее отвлекли от приятнейшего разговора с привлекательным мужчиной, и она собиралась жестоко отомстить каждому, кто в этом виноват.

Тем не менее, хамить не стала. Она сначала посмотрела на Мартена, презрительно скривив губы, и тот невольно отметил про себя, что, выгляди он так, как должен, эта женщина реагировала бы на него абсолютно иначе, потом покосилась на Акрена, тяжело вздохнула и наконец-то перевела взгляд на Клебо.

— О, — промолвила она, словно только сейчас заметила, что мужчина сопровождал их всю дорогу. — Вы не с мэтром Рьяго? Это несколько странно… Но хорошо. Тут есть студенты, проводите их. Пусть присоединяются к первому курсу взрослых групп. Мы пойдем.

И она, не желая слушать возражения со стороны Клебо, скользнула в открывшиеся двери академии, захлопнув их прямо перед носом у молодого коллеги.

Мартен смерил заинтересованным взглядом приставленного к ним мужчину. Что-то в мэтре Клебо его серьезно настораживало. В его движениях было нечто неестественное, словно управлять приходилось не своим телом, а каким-то механизмом, заботливо собранным из сотен тысяч винтиков и шестеренок, а тот не хотел слушаться, и его то и дело приходилось одергивать и придавать ему правильное положение.

В его глазах, будто под пеленой иллюзии, вспыхнуло что-то смутно напоминающее гнев, но очень быстро исчезло. Теперь Мартен увидел только смутный, логичный для молодого мужчины интерес к Белле — точнее, к той белой мышке, за которой она прятала свою настоящую внешность, и раздражение по отношению к этому рыжему нечто, в которое превратился сам принц.

Мэтр Клебо был высок, немного неуклюж, внешне приятен, но в какой-то мере безлик. Никаких приятных эмоций он не вызывал, но если Мартен отреагировал с королевским равнодушием, которое было крайне неуместным для того, как он нынче выглядел, то Белла вполне логично спряталась за спиной своего спутника и прижалась к нему.

Что ж, должно быть, если б Мартен видел белую мышь, то ему было бы попроще. Но ведь он-то чувствовал, как к нему всем телом прильнула девушка, на которую он не мог смотреть без восторга, вспыхивающего во взгляде против воли самого принца. Может, все-таки следовало сначала жениться, а потом сбегать? По крайней мере, какая-то часть ограничений пропала бы…

Если б отец вел себя нормально, то как бы прекрасно все сложилось! Пожениться — разве в том проблема? Мартен понимал, что Белла не готова к тем отношениям, которых от них ждут, но ведь можно подождать, не давить на нее, позволить девушке привыкнуть к нему самому. Они спокойно отправились бы в Вархву, обратились бы к этому самому мэтру Рьяго, да даже к специалистам из НУМа, обсудили бы с ними все по-человечески, вернули бы Акрена в его время — и жили бы счастливо! А не таскались за всякими подозрительными преподавателями…