Хроники Вергилии. Владыки Севера - Виктор Ятаганов

Увидев Ирато, он сдавленно выругался и невольно осенил себя знаменем Всемогущего. Некромагиня усмехнулась. Было довольно жутко видеть, как движется заменявший ей язык черный сгусток дыма во рту, лишившемся плоти.

– Помогите мне, – вновь устало попросила Ирато.

Приглядевшись, я заметил, что ее левая кисть застряла в узкой щели. Некромагиня несколько раз вяло подергала рукой, но высвободить ее не смогла.

Стараясь не обращать внимания на жуткое лицо хуфу, я осторожно присел рядом с ней на корточки и внимательно осмотрел ее попавшую в плен кисть.

– Рука раздроблена. Такое впечатление, что кто-то засунул ее в щель, а потом резко ее захлопнул, защемив твою руку.

– Отрежь, – безучастно попросила Ирато.

– Что?.. – В первое мгновение мне показалось, что я неправильно ее расслышал.

– Отрежь, – повторила некромагиня. – Иначе не выбраться.

Я изумленно переглянулся с орком. Далар нахмурил брови и отрывисто кивнул. Мгновение помедлив, я снял с пояса трезубец и занес его для удара.

– Ты уверена? – на всякий случай переспросил я.

Ирато кивнула:

– Режь.

Я закусил губу и одним взмахом отсек раздробленную кисть девушки. Ирато села и задумчиво потерла обрубок. Крови снова не было.

– Хорошая штука. – Далар уважительно покосился на мой трезубец, а я понял, что орк до сих пор так толком и не видел его в действии. Во всяком случае, раньше у него не было времени внимательно его разглядеть.

– Кость темной твари, – наигранно небрежным голосом обронил я и повесил трезубец на пояс.

Орк уважительно присвистнул.

– Даже не буду спрашивать, где вы ее встретили и как победили…

Я понимающе хмыкнул и искоса поглядел на Ирато.

– Ты как?

– Нормально, – откликнулась некромагиня, легко вскакивая на ноги.

Приблизившись к урусу, она взяла в правую руку его верхнюю половинку и зажала ее под мышкой левой. Затем подняла с земли нижнюю половинку посоха и попыталась приставить ее к верхней, но, естественно, не попала.

– Да чтоб тебя! – в досаде воскликнула она после третьей безуспешной попытки.

– Давай я помогу, – с состраданием предложил я, следя за ее мучениями.

– Держи ровно, – попросила Ирато, протягивая мне нижнюю половинку уруса.

Я молча исполнил ее просьбу. Некромагиня соединила рваные концы посоха. Черный огонь в глазницах ее черепа ослепительно вспыхнул, и две половинки срослись, не оставив ни следа от уродливого слома.

– Спасибо, – искренне поблагодарила меня Ирато, сжимая в руке целый посох.

– Что случилось? Кто такой хориблис?

– Если коротко, это ужас.

– А если длинно? – нахмурился я.

– Макроманты из дозорной крепости все-таки выслали за нами погоню. Хориблис – это темная тварь, которая питается страхом и болью живых существ.

– Как Безликие? – мгновенно сообразил я.

– Не совсем, – покачала головой Ирато. – Безликие больше любят физические страдания, а хориблисы – эмоциональные…

– Ну прям как эльфы, – фыркнул Далар, но я проигнорировал его плоскую шутку.

– Откуда ты знаешь о Безликих? – удивленно спросила некромагиня.

– Твой дядя, – хмуро напомнил я.

– О-о-о-о… Ну да. Так вот. Они послали хориблиса по нашему энергетическому следу, но догнал он нас только к ночи. Лучшая защита от хориблиса – это спокойствие. Стоит проявить хотя бы капельку чувств, и ты окажешься в плену его иллюзии. Хориблис мгновенно погрузит тебя в твои самые травмирующие воспоминания и будет держать там, через боль и ужас высасывая из тебя жизнь. Когда человек спит, его разум находится в спокойствии, и хориблис его не замечает. Но твой друг Эль проснулся…

Я до боли сжал кулаки, чувствуя, как разгорается в груди ярость.

– Лучше бы я проснулся, меня бы хориблис не поймал, – высокомерно хмыкнул Далар и взмахом акинака разрубил воздух. – Я бы убил тварь!

– Ты так уверен? – насмешливо поинтересовалась Ирато. – Хориблис принимает вид того, кто наверняка вызовет у его жертвы чувства…

– Что бы ты сделал, если б увидел Хикса? – добавил я.

Далар смущенно замялся и едва заметно пожал плечами.

– Хориблис утащил Эля? – повернувшись к некромагине, спросил я.

– Можно сказать и так, – уклончиво покачала головой некромагиня. – Больше всего хориблис похож на кусок раздувшегося желе. Он выпускает щупальце, которое принимает вид кого-то из знакомых жертвы, и, когда та касается хориблиса, он втягивает ее в себя.

– Почему ты сразу не разбудила нас?! – раздраженно осведомился Далар.

– Я… не сразу распознала в твари хориблиса, – вынуждена была признать некромагиня. – Сначала я просто увидела, что ваш эльф вскочил и куда-то побежал. Я последовала за ним, а лилей увязался за мной. Когда я заметила хориблиса, возвращаться было поздно. Я хотела спасти вашего друга! – раздраженно добавила она. – А тварь могла уйти… Хориблисы хитры и нападают исподтишка…

– А что случилось с тобой? – спросил я.

– На хуфу хориблисы не действуют. Дозорные не знали, что с вами я, поэтому и пустили его по вашему следу. Я могла убить тварь одним заклятием, но тогда ваш друг тоже бы погиб. И я как дура погналась за ним по равнине…

– Стручок помогал! – вставил лилей.

– Я забыла, что ночью из этих расщелин, – Ирато взмахом уруса обвела потрескавшуюся пустошь, – выбираются о́нисы – что-то вроде черных сгустков ожившего некроса. Они смертельно опасны, и на них не действует некромагия… Пришлось забыть о вашем друге и спасать свою жизнь. Я оборонялась до самого утра, пока эти твари не позабирались обратно в свои норы. Но, как видите, эта битва мне дорого обошлась… – некромагиня невесело усмехнулась.

– И долго ты будешь такой? – не выдержав, спросил Далар.

Ирато хмыкнула:

– А что, я тебе не нравлюсь, красавчик?

– Более жутой бабы в жизни не видал, – вполне искренне отозвался орк.

– Есть ритуал, но для него нужна жертва. Так что, пока не встретим кого-нибудь живого, придется потерпеть. Если, конечно, ты не хочешь предложить свою кандидатуру…

– Я потерплю, – усмехнулся Далар.

– Где хориблис? Я хочу найти Эля, – перебил их язвительную перепалку я.

– Не знаю. Когда напали онисы, я потеряла его из виду. Но не волнуйся, ночью он снова придет. И будет приходить каждую ночь, пока не убьет вас всех, – зловеще пообещала Ирато.

Не говоря ни слова, я развернулся и зашагал к Сухому долу. Натянув рукава рубашки на обожженные ладони, я, зашипев от боли, свесился с края обсидианового берега и спрыгнул вниз.