Гарвардский баг - Мира Вольная

— Угу, — кивнула дергано и зло.

Зло, потому что Беликова права. Ведь реально переклинило на Ястребе, как прыщавую малолетку.

Янка снова задумалась, опять замолчала и молчала до тех пор, пока нам не принесли заказ, и я с остервенением не вонзила вилку в салат. Беликова знала об Игоре, точнее о том, что между нами жесткий троллинг и глубокая взаимная неприязнь. А еще Янка знала меня.

— Займись с ним сексом, Слав, — пожала она плечами в итоге, а я подавилась рукколой. Подавилась, закашлялась, вытаращилась на нее, как Мартин Макфлай на Делориан. И схватила стакан. Пустой. Беликова услужливо подвинула ко мне свой.

— Нет, — замотала головой, когда кашель прошел. — Как я…

— Ну вот тебе и ответ, — хмыкнула Белка, невозмутимо накалывая на вилку грушу.

— Зараза ты, Янка, — вздохнула я.

— Поэтому ты меня и позвала, — улыбнулась она от уха до уха. — А если серьезно… Почему нет, Слав?

— Потому что мы работаем вместе, — скривилась я. — Потому что, когда разбежимся, кому-то из нас придется уйти.

— Ты так уверена в этом? — Белка сощурилась. Подозрительно и… отчего-то очень раздражающе. А я снова уставилась в окно, на высотку на другой стороне.

— Уверена, — кивнула, возвращаясь к еде.

— Врешь, — отбила Янка. — Ты не уверена, поэтому и трясешься, поэтому в такой растерянности и почти панике, Воронова.

— Что? — я так резко подняла голову, что дернулась всем телом, звякнула на столе посуда.

— Не уверена ты ни в чем, Слав, — спокойно повторила она. — Вот и кроет тебя. А еще кроет, потому что ты Ястреба своего контролировать не можешь, просчитать его, как остальных своих придурков просчитываешь. Как вообще все просчитываешь и всех, — отчеканила Беликова.

— Я-а-а-а…

— Ты, Слав. Ты, — улыбнулась тепло Янка. — Ты со школы такой была. У тебя все по расписанию и по графику, все по плану и под контролем. Учеба, работа, отношения. Ты и профессию себе выбрала такую, где все контролировать можешь, где все предсказуемо, даже баги твои.

— Это неправда, — нахмурилась я, осторожно кладя вилку на стол. Салат вдруг стал мерзким.

— Правда. Ты и матушку свою контролируешь. Знаешь, где она, с кем, сколько и на что тратит, куда едет, что смотрит и слушает, — улыбка Янки стала… Стала такой, что я руки сжала до побелевших костяшек.

— Мама беспомощна совершенно, она сама даже счета оплатить не в состоянии.

— Она потому и не в состоянии, потому что ты все за нее делаешь, ее проверяешь. Зачем ей париться, когда умница-доча все прет на себе? И мужики твои предыдущие… Херня на ножках, — скривилась Беликова презрительно. — Потому что удобные и предсказуемые, понятные, как букварь. А Игорь в этот концепт не вписывается, да? Он, сука, тера инкогнита. Еще упрямее тебя, тверже, жестче, тоже работой дышит и на работу молится. Вы и воевали поэтому, потому что друг на друга, как в зеркало, смотрели, — припечатала Беликова.

Как под дых дала: неожиданно, больно и в башке гудит.

Я закрыла глаза, откидываясь на спинку стула, скрестила руки на груди. Переваривая, принимая, примеряясь к новым обстоятельствам.

— И что делать? — посмотрела на Белку.

— Э, нет, Воронова, не перекладывай, — покачала она головой. — Это твое решение, я в этом не участвую. Выслушать выслушала. По морде для профилактики съездила, на этом все. Дальше, сама.

— Зараза, ты, — вздохнула я.

— Всегда к твоим услугам, — усмехнулась Белка, отвешивая поклон.

А я закусила губу и уставилась в свою тарелку.

Белка права. Белка, мать ее, во всем права. Вот только ситуация от этого понятнее ни хрена не стала. Проще, впрочем, тоже.

— Ты думаешь об этом, да? — спросила Янка, когда официант поменял нам блюда.

— О чем? — склонила я голову набок.

— О себе и Игоре, о том, чтобы заняться с ним сексом? — как-то очень нехорошо улыбнулась подруга.

— Думаю, — вздохнула я. — Меня реально выключает рядом с ним. Так не может больше продолжаться, меня просто не хватит на все, — развела я руками в стороны и снова погрузилась в собственные мысли.

— Если у тебя в офисе все так, как ты говоришь, то я могу понять твою растерянность, — заговорила Янка, спустя какое-то время. — Ты просто устала, Слав. Но ведь усталость пройдет, и все проблемы ты разрулишь. А Игорь? Он настаивает сейчас? — спросила Белка. — Форсирует?

— Нет, — пожала плечами. — Вроде бы. Я… не понимаю… Он… приехал вчера за мной. Пьяной, вытерпел весь тот бред, что я несла, поцеловал. Домой отвез…

— Сама сказала, что спровоцировала, — подперла Янка подбородок кулаком. — Так что не в счет этот поцелуй. Нормальная реакция мужика на горячую девчонку.

— Да, спровоцировала, — кивнула согласно.

— Тогда тормозни, понаблюдай за ним, решай свои вопросы на работе, Кот. Расставь приоритеты, как обычно, и действуй, — улыбнулась она.

Я только невнятно угукнула в ответ, делая вид, что целиком и полностью занята уткой в своей тарелке.

Может, она права? Может, я и правда просто устала, поэтому сейчас все воспринимаю так остро? И надо просто переждать? Просто понаблюдать? Как за программой на тесте, как за любым кейсом в действии?

Ну да, ну реагирую я на Ястреба… Ну и что? На него только слепая не среагирует.

Я вздохнула, отправила в рот кусочек утки, принимая окончательное решение. И наконец-то расслабилась.

— Рассказывай, — кивнула я Беликовой. Янка заливисто рассмеялась.

Мы проболтали с ней еще около часа, а через час за Белкой заехал Тим с дочкой, и довольная она укатила тратить семейный бюджет.

Янка с Тимом познакомилась еще в школе, а вот семейную жизнь начала только четыре года назад, когда Карцеву наконец-то надоело смотреть на его женщину в обнимку с другими мужиками, и он не пошел в наступление. Беликова оборону сдала быстро, и через полгода отношений ребята уже жили вместе. В них мало кто верил вначале, в смысле в то, что их отношения продлятся долго и к чему-то приведут, но… на самом деле, гармоничнее пары я не встречала. Солнечная и воздушная Янка и ее здоровый, часто молчаливо-хмурый медведь.

Лизка пока демонстрировала больше Тимкин характер — очень серьезная и спокойная кроха большую часть времени, но мамина чертовщинка нет-нет да и проскальзывала в голубых глазах.

Я проводила взглядом охряный кар четы Карцевых-Беликовых, улыбнулась лучам солнца и зашагала к офису.

И уже в своем кабинете вспомнила, что так и не написала ни папе, ни Лемашову.

Я надиктовывала короткое сообщение Энджи и просматривала почту, когда на экран вылезло уведомление… Уведомление о том, что только что совершена попытка несанкционированного доступа к части исходника Энджи. Короче, попытка взлома… И взлом этот произошел из нашего офиса, с компа Кравцовой Дарьи. Которая сейчас должна была выковыривать лажу из нового навигатора, а не… а не заниматься местечковым хакерством и подрывной деятельностью.