Пилот-смертник. "Попаданец" на Ил-2 - Юрий Корчевский

Рано утром летчики были подняты по тревоге – к нашим берегам шел немецкий конвой. Подводники, несшие боевое охранение в Баренцевом море и всплывавшие по ночам для подзарядки аккумуляторов и радиосвязи, сообщили на базу, что видели немецкие боевые корабли, выходящие из портов. Днем суда можно было легко выявить по многочисленным дымам из труб – котлы топили углем.

Пока летчики готовились к вылету, взлетел самолет-разведчик «ДБ-3 Ф». Механики прогревали моторы, оружейники подвешивали торпеды. На торпедном мостике вполне можно было подвесить две торпеды, но у «Бостона» не хватало грузоподъемности, и потому подвешивали одну, как правило – по правому борту.

Через полтора часа авиаразведчик доложил по рации, что видит военные суда противника, идущие к конвою. Вылетали эскадрилья за эскадрильей, почти все полки – «Пе-2», «Хемпдены», истребители, «ДБ-3 Ф», потому как пикировщики «Пе-2» успеют отбомбиться, только потом подойдут тихоходные «Хемпдены», затем и «ДБ-3 Ф». А истребителям придется сменять друг друга, за «Харрикейнами» поднимутся в воздух «Як-1». Только так можно прикрыть караван, но только от действий немецкой авиации и судов. А еще реальная угроза – подводные лодки, эти волчьи стаи Деница.

За «Хемпденами» взлетели «Ил-2» – в полете они опередят английские самолеты.

После неудачи с конвоем PQ-17, когда было потоплено много судов, когда английские военные корабли предательски бросили конвой, испугавшись выхода в море немецких линкоров и крейсеров, защита была усилена.

На аэродром Африканда прибыла эскадрилья английских бомбардировщиков, а конвой сопровождали английские подводные лодки. Для СССР груз конвоя был в то время бесценен. Оружие, топливо, боеприпасы, танки – вот что везли транспортные суда.

По сигналу ракеты взлетело звено «Бостонов». Над Баренцевым морем их обогнали «Хемпдены». К месту встречи с конвоем спешили советские корабли.

Наши истребители в основном барражировали между берегом и конвоем, стараясь не допустить прорыва немецких пикировщиков «Ю-87» и истребителей к транспортам. Но истребители не могли бороться с военными кораблями немцев, для этого вылетели бомбардировщики и торпедоносцы.

Позади остался норвежский Киркенес, внизу – свинцовые воды. А впереди уже видно, как пикируют ранее вылетевшие «Ил-2».

Когда подлетели ближе, стало видно, что они атакуют эсминец и несколько сторожевиков, а эсминец и корабли сопровождения ведут плотный защитный огонь. В лобовом стекле все отчетливее становились видны силуэты кораблей.

«Горбатые» закончили штурмовку и повернули к востоку. Запас топлива у них невелик, и долго висеть над целью они не могут, тем более что все бомбы уже сброшены.

– Снижаемся! – услышал Иван в наушниках голос Фамусевича.

Начали пологое снижение. Высота 25 метров, и кажется, что крупные волны вот-вот заденут фюзеляжи. Дистанция километр, и она стремительно сокращается. Восемьсот метров, ведущий сбросил торпеду. Иван видел, как она с плеском нырнула в воду – он летел позади и правее ведущего.

Фамусевич стал разворачиваться. Боевую задачу он выполнил, а о попадании или промахе доложит бортстрелок – ему хорошо видна задняя полусфера. А с эсминца по ним вели огонь, но задействован был только правый борт. К тому же по низколетящему самолету попасть трудно.

Штурман подправлял Ивана:

– Вправо два градуса, хорошо… Еще один!

Эсминец не стоял на месте, и торпеду надо было сбросить с некоторым упреждением.

Вдруг в кормовой части корабля раздался взрыв. Сверкнул огонь, вода столбом поднялась выше бортов – это взорвалась торпеда, сброшенная экипажем Фамусевича.

– Сброс! – крикнул штурман.

Сброшенной торпеды Иван не видел, только самолет стал легче и скорость возросла. Для него сигнал штурмана о сбросе торпед был приказом к развороту.

А до эсминца оставалось уже меньше полукилометра.

Иван взял на себя штурвал, набрал сотню метров высоты и стал разворачивать машину.

В этот момент по крыльям раздались звонкие удары – попали все-таки зенитчики. Но самолет слушается рулей, моторы работают.

– Игорь, осмотрись.

– Пожара нет, – сразу доложил он.

– На эсминец смотри, самый крупный корабль.

Над морем гулко прокатился взрыв.

– Попали! Прямо в середину корпуса угодили! – закричал бортстрелок.

Пока они разворачивались, свою торпеду сбросил третий «Бостон», хотя для уничтожения эсминца хватило бы и двух. Тем более что он потерял ход и на борту начался пожар.

К эсминцу направлялись сторожевики – снимать экипажи. Было понятно, что эсминец очень скоро затонет.

Навстречу «Бостонам» подлетали к цели «Хемпдены», а выше их были видны силуэты «ДБ-3 Ф».

Сердце от такой картины радовалось – не все немцам довлеть на поле боя. И хотя Иван знал, что победа будет за нами, но знал он также и то, что до нее еще долгих три года.

Бомбардировщики «ДБ-3 Ф», уходившие с места бомбежки последними, доложили в штаб о результатах бомбардировки, причем не только своей.

На аэродром вернулись с малыми потерями: в воздушном бою немцам удалось сбить два истребителя, и зенитным огнем был сбит один «Хемпден». Но если учитывать, что вылет был массовый и немцы активно противодействовали своей авиацией и защитным огнем, то они еще легко отделались.

За припозднившимся обедом выпили по сто фронтовых грамм, а после еды не расходились, принялись обсуждать все перипетии штурмовки.

– Скворцов, ты слишком приблизился к эсминцу, раньше торпеду надо было сбрасывать, – заметил командир звена. – Потому и улетел с простреленной плоскостью.

– Опыт – дело наживное, – пошутил Иван. – Зато точно в цель уложили, прямо в середину корпуса.

Бортстрелки рассказали, кто что видел. В этом вылете они были заняты меньше всего, да и видимость у них в задней полусфере хорошая.

На другой день снова был вылет. Командир собрал экипаж в землянке.