Магия госбезопасности - Ярослав Коваль

Через пару мгновений все было кончено. Мальчишку-оборванца, попытавшегося сбежать, последнего нагнала пуля, клюнула прямо в голень, и он без звука полетел на землю. Еще попытался уползти, однако заклинание Романа нагнало его и спеленало, несмотря на усилия защитного артефакта – простенькой, кое-как сляпанной магической вещицы. На подошедшего к нему чародея юнец посмотрел со смесью злого восторга и алчной ненависти.

– Я еще увижу, как ты умираешь! – парнишка захлебывался словами. – Увижу твои ребра изнутри, и то, как пульсирует твое сердце.

– О, какая образность, – раздраженно пробормотал маг. – Сергий, у тебя аптечка? Или у Лети?

– У Лети.

– Помочь? – спросил Илья, протягивая Кайндел руку.

– Да, спасибо, – дышать и глотать все-таки было немного больно. Девушка прислонилась спиной к стене и посмотрела на приятеля с удивлением.

– Как тебе удалось так метко выстрелить от бедра? Только не надо мне рассказывать, как важно посещать стрельбы. Я уже поняла.

– Ну, что тебе ответить… – На выдохе прикладом приложив одному из заерзавших на земле нападавших, тверичанин отложил автомат и принялся стаскивать с жертвы пояс, чтобы им же связать парню руки. – Повезло…

– То есть ты запросто мог типа случайно продырявить мне голову?! Ну, спасибо, родной…

– Да ладно, не ершись. Не продырявил же…

– Спасибо, – с иронией произнесла девушка, потирая горло, но собеседник иронии, кажется, не понял.

– Слушай, нельзя ж так по-глупому попадаться-то, а, – наставительно произнес он, принимаясь за раненного в плечо пленника. – Ты все-таки следующий раз поосторожнее. Идет?

– Уж постараюсь.

Перевязанных и повязанных пятерых «налетчиков» аккуратно усадили под стенку, после чего Илья вытащил мобильный телефон.

– Ну что, вызываем водителя? Как нам свезло-то, а! В первые же пятнадцать минут – и вот тебе искомое!

– Ни фига, – спокойно отозвалась Кайндел. – Нет-нет, водителя-то вызывай, пусть с ними наши ребята потолкуют. Только это не «дозорные».

– А кто?

– Да, похоже, сатанисты. А, ребята… Верно говорю? – И, удостоившись двух сумрачных взглядов в ответ, развела руками. – Верно. Жертвы приносили? Приносили. Ну вот…

– Что – реально жертвоприношениями занимались? – ахнул Сергей.

– Как я понимаю, да. Я-то им зачем нужна была? Правильно, принести в жертву. В смысле, ритуально убить. Энергия им, прочие бонусы – тоже им. Типа во славу кого-то-там…

– Ты своими словами подавишься, – процедил один из пленников.

Она равнодушно развела руками и отвернулась.

Илья уже звонил по телефону.

Курсантка прошлась по двору, заглянула в дверь, из которой выскочили четверо сатанистов (если это, конечно, были именно они), прошлась на второй этаж. Квартира, в которой прежде жил запомнившийся ей старик, встретила ее молчанием и пустотой, половины мебели как ни бывало, пятна на полу, какое-то грязное тряпье, странный настораживающий запах. Она вышла на лестницу и аккуратно прикрыла за собой дверь. Неприятно было осознавать, что подобное творится сейчас везде, и уничтожением одной-единственной группы магов-недоделков ничего не изменить.

Хотя это, конечно, лучше, чем ничего.

После осмотра флигеля Кайндел направилась к Ротонде. Вот, где дела обстояли еще печальнее. Правда, внешне все выглядело довольно прилично, аккуратно, однако энергии, циркулировавшие здесь, уже носили печать осквернения и тления. Здесь не было природного источника, лишь отличная от окружающих область магической напряженности, но неизвестные чародеи и недочародеи сделали многое для того, чтобы ситуация изменилась. И, судя по ощущениям, добивались этого именно теми способами, которые разрушали природную энергетику человека и налагали неизгладимый след на место. Осмотрев магическую структуру, девушка подумала, что, похоже, разрушенная вампиризмом личная энергетическая структура чародея способна разрушить и источник, которым он пользуется.

«Надо иметь в виду», – отметила она.

Вышла в подъезд и немного прошлась по нему, темному и холодному. Все квартиры первого этажа были разорены, из окна одной без труда, как оказалось, можно было выбраться на улицу, достаточно лишь немного отогнуть фанерный щит, кое-как прибитый к раме вместо стекла. Огляделась – надежда на появление «дозорных» все не оставляла ее. Ну, в самом деле, должно же ей повезти!

А потом сообразила, почему так уверена, что их появление поблизости весьма вероятно. Любое масштабное магическое действие будет заметно или может стать заметным, если не происходит в непосредственной близости от другого места средоточия энергий, причем качество этих энергий неважно. Здесь, в Ротонде постоянно происходит что-нибудь околочародейское, приносятся жертвы, происходит выброс сил, и об этом знают везде в городе. На это даже не обращают внимания.

И зря.

Кайндел пересекла Гороховую улицу и нырнула под ближайшую арку. Ей хотелось поразмыслить да заодно осмотреть окрестности. Потому что было очевидно – втыкать искусственный участок высокой магической напряженности прямо впритык к Ротонде никто не станет. Это неразумно. Два источника магии должны находиться на таком расстоянии друг от друга, чтобы не мешать функционированию энергий в каждом из них. Значит, расстояние должно быть минимальным, но оно непременно должно быть.

Окрестные дворы оказались изрядно разорены, но ничего удивительного в этом не было. Жить близ Ротонды наверняка стало опасно и до крайности беспокойно еще года три назад, если не больше. Все, кто мог куда-нибудь деться, переехал, кто-то погиб, так что множество квартир опустело. Решетки, защищавшие въезд и проход во дворы, выломали, после чего никто не стал их восстанавливать, так что, пожалуй, половину дворов теперь вполне можно было пройти насквозь.

Она в задумчивости пересекла один из дворов, нырнула под арку следующего и, миновав потрепанную, но, кажется, еще целую машину, подошла к двери подъезда. Дверь была сравнительно новая, железная, свежепокрашенная и выделялась столь же назойливо, как могла бы бросаться в глаза драгоценная брошь, приколотая на лохмотья. Курсантка в задумчивости оглядела новодел сверху донизу, потрогала ручку, потянула на себя. Судя по всему, если заказать приличного вида дверь в мастерской еще можно было, то своими руками сляпать действующий кодовый замок или тем более домофон – маловероятно.

В подъезде оказалось очень чисто, хотя и непритязательно. Когда-то крашенные светлой краской стены не носили никаких признаков граффити, ступени и пролеты были вымыты, в воздухе стоял запах влажного камня и холодной затхлости. А еще – старой краски на пыльных оконных рамах.

Места здесь в подъезде и на любом этаже было предостаточно. Можно было, пожалуй, даже лошадь или корову без проблем завести на самый верх, а там и, пожалуй, затолкать в квартиру. Высота потолков здесь радовала, обитателям наверняка не приходилось огибать головами люстры. Тишина, царившая на лестнице, подтолкнула Кайндел позавидовать толщине и несокрушимости местных стен. В учебном центре ей приходилось жить в коттеджике со стенками в одну доску, сквозь которые хорошо был слышен храп Ильи. На подземных базах дела со звукоизоляцией обстояли чуть лучше, но тоже не фонтан.