Ночь со зверем - Анна Владимирова

Я медленно моргнула, ошеломленная тем, что он… ревнует? Правда? Весело мы начали. Каждый только и думает о том, как не подходит другому. Стыдно, но мне это добавило уверенности. Эйдан не оценивает меня так, как оценивали бы люди. А значит, мне лучше думать не о том, торчат у меня кудри или нет, а о чем-то более важном, внутреннем. Если я хочу, чтобы он был рядом. Для Рона, конечно...

— Просто у нас с Сезаром не было того, что было с тобой. С любым другим я буду просто вести ни к чему не обязывающие разговоры, — закатила глаза. — С тобой все началось будто с конца. Но я ни о чем не жалею, ведь есть Рон. Как можно сожалеть?

Он медленно растянул губы, расслабленно прикрывая глаза:

— Нельзя.

Малыш почувствовал свою важность и решил тоже огласить заказ, перекочевав уже в мои руки.

— Жаль, что ты кормить не можешь, — подшутила я, устраивая ребенка в перевязи.

— Надеюсь обнаружить хоть что-то столь же стоящее среди своих достоинств.

— Не прибедняйся. Рону не нужны твои достоинства. Уверена.

— Мне хорошо с тобой, — улыбнулся он шире, снова выбивая у меня воздух неожиданным искренним признанием.

Я так и встретила официанта, хлопая глазами.

Мне казалось, что это я помогаю Эйдану выползать из раковины и менять отношение к человеческому миру. Но это было не так. Сейчас он открывал мне не столько свой мир, сколько мой собственный.

Никогда не чувствовала себя безопаснее, чем сейчас. Мне не угрожали больше голод и нужда. Я жмурилась от удовольствия, пробуя изысканную еду и каждый раз ловила на себе изучающий взгляд Эйдана. Ему было интересно все, но его внимание не напрягало — он не оставил сомнений, что просто хочет наверстать упущенное.

— А ты овощи не ешь? — Заметила, что он заказал себе стейк с кровью почти без гарнира.

— При кровопотере предпочитаю мясо.

— И часто были кровопотери?

— Бывало, — уклончиво ответил он, опуская взгляд.

— Этот шрам у тебя… — осторожно продолжала, — он после того, как выбрался с базы?

— Да, — нахмурился он. — Думал, не выживу.

— Получается, родня Уилла тебя спасла?

— Да.

— Уилл сказал, что ты вытащил его брата…

— Да.

Я дала ему небольшой перерыв, размышляя, пока он резал свой стейк. Время на базе оставило в его душе тяжелый след. Возможно, месть помогала ему справиться со страхом, который пришлось там пережить. Лучшая защита — нападение. У него ведь не было Рона, чтобы оценить последствия с другой — лучшей стороны.

— Так ты серьезно по поводу моей учебы? — решила перевести тему.

— Да, — остался так же немногословен Эйдан.

— Тогда мне прямо срочно нужно браться за учебу, — улыбнулась. — Остался месяц до поступления.

— Успеешь?

— Если сильно постараться. Много бессонных ночей, стану нервной и раздражительной...

— Переживу, — слабо усмехнулся он. — Я тебе должен.

— Тебе же тоже нужно работать.

— У меня есть Уилл, — машинально ответил он, вытаскивая мобильный. — Прости, это Сезар.

Я кивнула, опуская глаза на Рона. Малыш уже безмятежно спал. Наверное, он был единственным, для кого все складывалось просто и естественно, как и должно быть. Мы же с Эйданом все еще чувствовали себя так, будто наши жизни разорвало на части, и эти части предстояло теперь как-то собрать во что-то общее.

* * *

— Сезар…

— Эйдан, у них твое фото…

Слышал, он куда-то ехал. А мне стало вдруг непросто понять его вот так сразу. Какое фото? Откуда? Сидя с Айвори в этой чужой, но неожиданно такой желанной жизни, не хотелось выпадать в прошлую — пустую и напряженную.

— У службы безопасности Смиртона есть твое фото, они достали базу данных лаборатории.

— Интересно, — недобро оскалился. — И?

— И… надо подумать.

— О чем? — усмехнулся.

— Хотя бы о том, чтобы прикрыть слабые места. Еще сутки назад у тебя их не было. А сейчас уже весь Смиртон смотрит на фото твоей семьи на прогулке.

Шустро.

Но я знал, что так будет и не собирался никуда бежать. Итак, Смиртон знает, кто я. И какой будет их ход? Они от меня зависят. С другой стороны, есть способы убрать меня, отобрав компанию. Я всегда помнил об этом, но не принимал всерьез. Управлять волками они не смогут. А добрые с ними отношения — главный залог плодотворного сотрудничества и доступа к нефти.

— И что ты предлагаешь? — злился я.

— Езжай пока домой. В Варлоу Вэллей.

— Пока?

— Пока они подумают и сделают выбор.

Я глянул настороженно на Айвори, нежно убаюкивавшую сына, и почувствовал, как изнутри поднимается темная звериная злость.

— А может, мне еще и зад Президенту лизнуть?

— Хант, — рыкнул Сезар, — хочешь мстить — мсти тоньше. На то, чтобы все обдумать, нужно время. Но о том, что ход за Смиртоном, думать не придется. Только от того, как они себя поведут, будет зависеть все. Ты сейчас больше других заинтересован в мире…

— Мире? — злился я. — Это когда каждый держит тесак за спиной?

— Именно. Мы всегда будем балансировать между силой и расчетливостью и улыбаться им в лицо! Но открытая война — заведомый проигрыш! Дай мне тебе помочь. Я раскопаю все, что им известно…

На этом я поднялся из-за столика и шагнул в проход:

— Тебя никогда не заставляли трахать любимую женщину на камеры? — прорычал тихо, чувствуя, как теряю контроль при одном воспоминании.

— Нет, — глухо ответил он. — Но я не хочу, чтобы тебя заставляли снова! Хант… пожалуйста, дай мне время.

— Я не побегу. Если они знают, кто я, значит либо подожмут хвост и сделают вид, что ничего это не меняет, либо… я плохо их напугал.

— Дай мне время! — глухо надавил Сезар в ответ. — Что поменяет отсрочка? Ты держишь Смиртон в зависимости! А это значит, что, скорее всего, они ничего не сделают! Но был Келлер! И Президент плохо контролирует таких, как он! И именно этого я боюсь! Он извиняться потом только и может, но выживаем под перекрестным мы сами!

— Келлер хотел подчинить Рэма.

— Да, через его избранную! Они мастера давить на слабости, Эйдан. Даже в мелочах! Или ты захочешь, чтобы Айвори жила постоянно в глуши за твоей спиной? Это у нас в Аджуне есть чем заняться девочкам, а у тебя в Варлоу Вэллей есть?

Я остановился, стиснув одной рукой перила террасы. Я же хотел, чтобы Айвори училась. Хотел дать ей ту жизнь, о которой она мечтала, уезжая из своего захолустья. Со скрежетом, но пришлось закрутить гайки терпения: