Часовые Запада - Дэвид Эддингс

Однажды поздним утром, когда ветер завывал в дымоходе, аветер хлестал по стеклам, Сенедра заглянула в кабинет, где Гарион внимательноизучал подробный доклад о производстве шерсти на королевских землях на Севере.На плечах у маленькой королевы была отделанная горностаем зеленая бархатнаянакидка. Выражение ее лица не предвещало ничего хорошего.

- Чем занимаешься? - спросила она.

- Читаю про шерсть, - ответил он.

- Зачем?

- Думаю, что мне следует об этом знать. Все кругом с такимисерьезными физиономиями рассуждают о шерсти. Кажется, для них это очень важно.

- Тебя и в самом деле это занимает?

Гарион пожал плечами.

- Это помогает разобраться со счетами.

Сенедра прошла к окну и поглядела на дождь.

- Неужели это никогда не кончится? - воскликнула онанаконец.

- Возможно, со временем.

- Я, пожалуй, пошлю за Арелл. Мы спустимся в город ипройдемся по лавкам.

- На улице довольно сыро, Сенедра.

- Я могу надеть плащ, от небольшого дождичка я не растаю.Дай мне, пожалуйста, денег.

- Я тебе вроде только на прошлой неделе давал.

- Я их потратила. Мне нужно еще.

Гарион отложил доклад в сторону и подошел к стоявшему устены тяжелому шкафу. Вынув ключ из кармана камзола, он отпер шкаф и выдвинулверхний ящик. Сенедра подошла поближе и с любопытством заглянула внутрь. Ящик былдо половины заполнен монетами - золотыми, серебряными и медными, перемешаннымив одну кучу.

- Откуда у тебя все это? - воскликнула она.

- Да вот, получаю время от времени, - ответил он. - Неносить же мне их с собой - так что я их туда и бросаю. Я думал, ты об этомзнаешь.

- Откуда же мне знать? Ты ведь ничего не рассказываешь.Сколько там у тебя?

Он пожал плечами.

- Понятия не имею.

- Гарион! - Она была явно шокирована. - Ты их даже несчитал?

- Нет. А что, надо?

- Ты явно не толнедриец. Но это же ведь не вся королевскаяказна?

- Нет. Казна хранится в другом месте. А это так, на личныерасходы.

- Их надо пересчитать, Гарион.

- У меня, право же, нет на это времени, Сенедра.

- Тогда я этим займусь. Ну-ка, вытащи ящик и поставь его настол.

Он послушался, слегка поворчав на то, что не королевское этодело - ворочать тяжести, а потом встал за спиной Сенедры и с интересомнаблюдал, как она считает деньги. Гарион и представить не мог, какое истинноеудовольствие можно получать, перебирая монеты и складывая их в столбики.Сенедра сама вся сияла, словно новенькая монетка, ее ручки ловко сортировалиразномастные кружочки. Несколько монеток оказались потускневшими, и тогда она,прервав счет, тщательно отполировала их носовым платком.

- Ты вроде бы собиралась в город, - напомнил ей Гарион,присаживаясь за другой край стола.

- Не сегодня, пожалуй.

Сенедра продолжала увлеченно считать. На лоб ей все времяпадал непослушный завиток, который она, не отвлекаясь от своего занятия,сдувала прочь. При этом у нее был такой серьезный вид, что Гарион невольнозасмеялся.

Она резко вскинула голову.

- Что здесь такого смешного? - сердито спросила она.

- Ничего, дорогая, - ответил он и снова погрузился в работупод аккомпанемент веселого перезвона.

Лето подходило к концу, а известия с южных широт продолжалирадовать Гариона. Король Ургит в Хтол-Мургосе отступил еще дальше в горы, ипродвижение войска маллорейского императора Каль Закета еще более замедлилось.Маллорейская армия понесла значительные потери при первых же попытках преследоватьмургов в скалистой местности, что несколько остудило пыл ее военачальников.Гарион с огромным удовлетворением получил новости об этом наступившем на югезатишье.

Уже близилась осень, когда из Алгарии пришло сообщение отом, что двоюродная сестра Гариона Адара подарила Хеттару второго сына. Сенедрапришла в дикий восторг и глубоко запустила руку в денежный ящик Гариона, чтобыкупить подходящие подарки для матери и для ребенка.

Но в начале осени до них дошло, однако, не столь радостноеизвестие. В печальных выражениях генерал Вэрен сообщал о том, что здоровье отцаСенедры, императора Рэн Боуруна XXIII, резко пошатнулось, и советовал импоторопиться в Тол-Хонет. К счастью, небо было ясным, и корабль, на которомотправились в путь ривский король и его безутешная маленькая жена, легко бежалпо волнам, подгоняемый крепким ветерком. Через неделю они добрались доТол-Хорба, расположенного в широком устье Недраны, и двинулись вверх по реке ктолнедрийской столице Тол-Хонету.

Не успели они пройти и нескольких миль, как корабль ихвстретила флотилия белых и золотых барж, которые сопровождали их до самогоТол-Хонета. На баржах толпились юные толнедрийки, они разбрасывали лепестки розпо водной глади Недраны и приветствовали принцессу империи традиционнымипеснопениями.

Гарион стоял рядом с Сенедрой на палубе корабля, слегканахмурившись.

- Мне думается, эти приветствия не совсем уместны, - сказалон.

- Таков обычай, - объяснила ему Сенедра. - Членовимператорской семьи всегда сопровождает почетный эскорт.

Гарион прислушался к словам песни.

- В Толнедре что, ничего не слышали о твоем замужестве? -спросил он. - Они приветствуют принцессу империи, а не ривскую королеву.

- Мы - провинциальный народ, Гарион, - объяснила Сенедра. -В глазах толнедрийцев принцесса империи гораздо важнее, чем королева какого-тодалекого острова.

Песнопения сопровождали их на всем пути вверх по реке. Едвапоказались белые стены Тол-Хонета, с крепостных стен раздались звуки фанфар. Намраморной набережной почетных гостей встречал отряд легионеров в блестящихшлемах с развевающимися на них перьями и с алыми знаменами в руках, чтобы пошироким улицам столицы эскортировать к императорскому дворцу. Генерал Вэрен,профессиональный военный, человек плотного телосложения с короткоподстриженными курчавыми волосами и заметной хромотой, встретил их у дворцовыхворот. Он был мрачнее тучи.

- Мы не опоздали, дядюшка? - спросила Сенедра с ноткойиспуга в голосе.

Генерал кивнул, затем заключил маленькую королеву в объятия.

- Тебе понадобится все твое мужество, Сенедра, - сказал оней. - Твой отец серьезно болен.

- Есть какая-нибудь надежда? - спросила она упавшим голосом.