Профессорская служка - Ардмир Мари

— Ирэна, вы устали?

Я безразлично кивнула.

— А может, хотите еще поработать? — взмолился профессор, и я кивнула опять. — Вот, видишь, не о чем беспокоиться! — просиял девятый и продолжил что-то набирать на приборе.

— Дейр, ты опять забываешь о простых потребностях…

— Но от начала работы прошло лишь три часа!

— И все-таки нужно сделать перерыв, — настоятельно посоветовал дворецкий.

— А давай отложим перерыв, — предложил мой правообладатель с восторженным взглядом. Он резкими движениями взъерошил волосы и закатал рукава. — За следующие полчаса я все закончу! К тому же у нее есть чашка с шоколадом! — нашел он веское оправдание.

— Да, а еще у нее странная реакция на происходящее, — парировал Ганс, — это неправильно.

— Ладно, — смилостивился Дейр. — Распорядись, чтобы нам накрыли. А я все здесь приостановлю.

После его слов я удивленно принюхалась к веществу в чашке и с улыбкой отметила, что запах действительно принадлежит сладкому напитку. И в животе непростительно громко заурчало, рот наполнился слюной, а я мысленно уже ощутила блаженство вкуса самого настоящего шоколада. Но от глотка меня удержала одна маленькая причина, вернее две… весьма странные цвет и фактура напитка.

— А почему он ворсистый, едкого салатового цвета и… дымится?

— Что?! — в один голос спросили мужчины. Ганс не успел испариться, стихийник застыл с занесенной над экраном рукой.

— Я хотела сказать, что шоколад… — мысль оборвалась, потому что перед моими глазами вдруг произошло невиданное событие: сладкий напиток начал выбираться из чашки. — Вы это видите?

— Что видим? — Девятый оказался рядом, пощупал мой лоб, просчитал пульс и заглянул в глаза. То, что он там увидел, ему определенно не понравилось, но то, что видела я, он даже не замечал.

— Су… существо, лупоглазое, салатовое, с ворсинками на шарообразном теле, лезет из чашки… — пролепетала я, не отрывая взгляда от монстра.

— Галлюцинации? — удивился дворецкий. — Но их не должно быть.

— В курсе, — прорычал профессор. — Распорядись об обеде, быстро.

Ганс исчез, а девятый потянул чашку на себя. И вид у него при этом был настолько устрашающий, что неизвестное создание решилось спастись бегством и перебралось на мою руку.

— Вы… — Я дрогнула, и голос сорвался, когда монстр благодарно лизнул мое запястье и обжег.

— Всенижний… — выдохнул заядлый экспериментатор. Кажется, он тоже разглядел лупоглазое и ворсистое создание, сладко пахнущее шоколадом. Но я ошиблась.

— Ирэна, извините, я сейчас вытру, вы не сильно ошпарились?

— Я? Нет. — Облизнула губы, боясь лишний раз пошевелиться и спугнуть салатового. — А вы уверены, что… это можно пить? Оно жи-живое…

— Это пить уже нельзя, — заключил девятый, отобрав у меня чашку. Он внимательно посмотрел на монстра, вцепившегося в мое запястье, затем на меня и лукаво спросил: — Ирэна, а вы, случаем, какое-нибудь успокоительное не пили?

— Ну… — Я смотрела на его улыбку, быстро растущие клыки и беззвучно открывала рот.

О ужас, он вампир! И определенно голодный… вон какой взгляд кровожадный.

— Ганс!

Истошный женский крик наполнил лабораторию и заставил отскочить от меня не только профессора, но и салатового монстра. А затем пространство неожиданно заволокло серым туманом и кто-то, ругаясь на матросский манер, был вынужден ловить меня.

* * *

Спустя два часа после того, как двоящийся дворецкий и вампирообразный правообладатель привели меня в чувство, накормили и дали отлежаться, мир вокруг перестал взрываться невообразимыми красками, звуками и видениями. Он стал обычным, нормальным и чуточку скучным.

— Ирэна, и давайте договоримся на будущее, — в который раз повторял внимательно взирающий на меня Дейр. — Перед работой в лаборатории и во время нее вы ничего без разрешения в рот не берете.

Я молча кивнула, профессор в предвкушении потер руки, а Ганс, посмотрев на нас, повалился в ближайшее кресло и расхохотался.

— Я… сейчас умру! — пообещал он между приступами веселья.

Причины его смеха я не поняла, а девятый определил ее сразу же. Нахмурился.

— Я тебе сейчас в этом помогу! — поджал он губы и прорычал: — Или убью, или успокою.

— Да сам сейчас! Дойду… — промычал Его Величество Дворецкий и вновь расхохотался: — Ничего в рот… без… без! Без разрешения!

— Так, это надолго, — сердито фыркнул Дейр и увел меня в лабораторию со словами: — Пусть сам расслабляется.

И эта фраза вызвала новый приступ у Ганса.

Отхохотав свое, он пришел через десять минут. С покаянным видом просил простить за вспышку веселья и приступил к работе. В следующие полчаса дворецкий вел записи в дневнике наблюдений, а девятый фиксировал энергетические всплески воздушной стихии на приборе Гауро.

— Ну… — прервал тишину мой правообладатель и вручил мне два кристалла, — давайте взглянем на ваши формы, Ирэн.

— Какие именно формы? — ухмыльнулся огневик.

— Магические, — сквозь зубы процедил стихийник.

Он попросил меня крепко сжать кристаллы в ладонях и развести руки. Я повиновалась. Одновременно с моим движением испытательная площадка покрылась плотным слоем белого тумана, и Дейр скомандовал:

— А теперь призовите потоки силы.

Я призвала, и туман словно бы магнитом притянуло к потокам, облепив их и обозначив в пространстве. Неожиданно за моими плечами объявились две подвижные широкие ленты с маленькими крючками на концах.

— Что это? — удивленно вскинула брови и обрадовалась: — Это мои потоки? Да!

— Да… — эхом отозвались мужчины, не разделявшие моего восторга.

— Но ведь это хорошо, да? Это не дефект? — насторожилась, переводя взгляд с одного на другого. — Что вы молчите?

— Ну… — протянул профессор. — Потенциал вроде бы есть и…

— И только, — закончил огневик.

— Это значит, я могу развить его, да? Я могу его многократно развить, — произносила, не столько утверждая, сколько спрашивая, — и без проблем поступить в вашу академию.

Но девятый покачал головой и, выудив из корзины дополнительную пару кристаллов, подошел ко мне.

— Ирэна, ваши потоки должны походить на человеческие руки, пятипалые и правильно развитые.

— Даже сейчас? — переспросила недоверчиво. — Но я воздушник, к тому же неокрепший и…

— Смотрите. — Лесски сжал кулаки и расправил плечи. От них с яркой вспышкой разошлись шесть пар рук. От восхищения я тихо охнула, а стихийник с сожалением пояснил: — У вас должны быть точно такие же в количестве одной пары.