Профессорская служка - Ардмир Мари

После такого наставления мне расхотелось есть, пить и спокойно лежать.

— Спасибо, не надо ничего! — произнесла, неосознанно прижимаясь к подлокотнику кушетки.

Профессор нахмурился, пристально посмотрел на меня, затем на стакан в своей руке:

— Только не говори, что и из него что-то лезет.

— Ничего не лезет.

— А я верховному кровопийце в правнуки все еще гожусь или уже нет?

— Что? — вспомнила свою прошлую галлюцинацию и замотала головой: — Нет-нет. Совсем нет. Перед глазами больше не двоится, мир не взрывается яркими цветами и…

— Что? Говори. — Он улыбнулся, сел рядом.

— Дейр? — спустив ноги на пол, я взяла профессора за руку, спросила с тревогой: — Мне это не привиделось? У меня действительно шестой уровень?

— Действительно, — тихо произнес правообладатель и сжал мою ладошку в своей руке. — Без сомнения, шестой. — Дождался моей счастливой улыбки и, чуть скривившись, заявил: — Правда, без дефекта не обошлось.

— Что?!

— Ну, сами посудите, — предложил он, загибая пальцы на свободной руке. — Резерв огромен — это раз, талант имеется — это два, но высвобождаются они лишь в моменты безосновательной злости. А вот это уже проблема.

— Безосновательной? — даже задохнулась от негодования. — Но все случаи моих всплесков вызвали вы. Нарочно, своими шутками!

— Вот-вот, и меня это тоже весьма озадачило и натолкнуло на вопрос. — Дейр поднялся и с мальчишеской улыбкой потянул меня за собой. — А скажите, Ирэна, сможете ли вы когда-нибудь признаться в своей симпатии ко мне?

— Только после моего зачисления в Академию МагФорм и сокращения криб-срока, — ответила не мешкая.

— Долго, — задумчиво произнес девятый и повел меня к двери. — А сейчас, хотя бы на пару минут притвориться влюбленной сумеете?

— Зачем?

— Ну, видите ли, ознакомившись со списком друзей вашего же… кхм… барона Керваса, я понял, что на простых угрозах он не остановится. — Дейр потянул шейный платок, ослабляя узел, и пояснил: — А потому решил стать вашим маг-опекуном.

Я споткнулась и ошеломленно посмотрела на профессора, а он щелкнул меня по носу, говоря:

— Чего вы так испугались? Это простая мера предосторожности.

— Какой еще предосторожности?

Девятый неловким движением потер затылок.

— В случае моей гибели ваш энергетический резерв становится неприкосновенным. По крайней мере до вашего двадцатипятилетия, а дальше вы самостоятельно сможете распоряжаться им, как пожелаете.

— Простите, — я улыбнулась, спрашивая: — Так вы хотите обезопасить меня от опустошения или себя от смертельного случая?

— И себя и вас, одновременно и отчаянно! — усмехнулся стихийник и, приобняв меня за плечи, вывел из лаборатории. — А теперь сыграйте лучшую вашу роль и притворитесь влюбленной.

* * *

Убью воронкой Кервея! Как бумажный лист порву на мелкие кусочки, о стенку стукну пару раз, а может, раз десять! И все это я думала, стоя рядом с ним, с улыбкой взирая на сердитого папеньку и счастливого мистера Донели и слушая поздравления судьи Живулони через портал. Последний лично явиться не смог, однако, увидев наш с Дейром дуэт, он без промедленья разрешил маг-опекунство, не забыв при этом пожелать нам счастливой семейной жизни.

Семейной! Услышав это, мой отец стал темного свекольного цвета, а стоило порталу с судьей захлопнуться, так он прорычал что-то о неблагодарной дочери и потребовал своего немедленного возвращения домой.

— Вначале распишитесь, — поверенный протянул ему необходимые бумаги и перо. А Ганс, присутствующий тут же, с каменным выражением лица открыл портал.

Поставив фамильный росчерк, папенька ушел не прощаясь. В отличие от него Роджер Донели покидать нас не спешил, задержался на поздний ужин, рассказал о последних событиях в моем родном городке. Кто женился, кто родился, что нового построили на главной улице. В сущности, информация полезная и приятная, но только не сейчас и не для меня.

Когда дверь закрылась и за ним, я судорожно выдохнула и потребовала разъяснений.

— За время вашего сна… — медленно произнес девятый, — на меня подали в суд, совершили два покушения и накатали кляузу вашему поверенному, мистеру Донели.

— И все это из-за меня?

— По нашим данным, из-за вас, Ирэн, только третий пункт, — соизволил сообщить Его Величество Дворецкий.

— Но это было последней каплей. — Дейр придал накатанной кляузе весомости и улыбнулся: — Знаете, глядя на ваш сон несколько дней подряд, во Всевышнего начнешь не только верить, но и молиться ему. А я успел еще и детально представить…

Я, оторопев, спросила:

— Несколько дней?

— Не перебивайте, — оборвал меня профессор и, расхаживая по столовой, продолжил в том же тоне: — Итак, я успел представить, что случится, если меня аннулируют, как человека или как личность… и заблаговременно решил обезопасить вас.

Пришло осознание того, что я ничего не понимаю и вряд ли пойму, если он продолжит пояснения в том же духе.

— Погодите! В какой последовательности все произошло?

— Ну… — замешкался стихийник, глядя на меня с некоторой долей смущения. И слово взял Ганс.

— Вначале был донос, — заявил он, прочистив голос, — и Дейр был вызван в местный отдел управления криб-сроками. Но он не смог явиться из-за вас. Так как ваше пробуждение могло создать новую воронку или бурю.

Принимая это к сведению, неуверенно кивнула, и огневик продолжил:

— Из-за неявки ответчика через два дня его вызвали в суд. Но к этому времени ваше состояние ухудшилось, и уйти, как вы понимаете, он не мог.

На слове «ухудшилось» я удивленно распахнула глаза, но перебивать не стала. Уж слишком настороженные взгляды у мужчин. Несомненно, самая важная информация в конце повествования, и вот ее-то и нужно узнать.

— А дальше?

— Дальше… — вот теперь и дворецкий начал смотреть в сторону, — приехал патруль НВН, оцепил дом и потребовал объяснений.

— И я надеюсь, вы понимаете, что признаться в экспериментах мы никак не могли, — поторопился сообщить мой правообладатель. Кивка с моей стороны он не дождался, зато продолжил со вздохом: — И нам пришлось использовать иные… аргументы.

Неожиданно в столовой воцарилось молчание, глухое, непробиваемое и ничего не объясняющее. Сопоставив некоторые факты, невольно нахмурилась.

— И о каких аргументах идет речь? А влюбленную играть потребовалось для чего? И сколько дней я была под наблюдением?

Ответил напряженно вглядывающийся в меня профессор, но с обратной последовательностью:

— Семь, для правдоподобности, и с некоторых пор вы не просто служка, а лю…