Игроки - Бронислава Вонсович

– А я вам и не верю, – в сердцах бросила я и, гордо отказавшись от предложенной руки, забралась в экипаж.

Дверцей хлопнула уже «инора Маруа». Очень выразительно хлопнула. И не менее выразительно на меня посмотрела.

– Как это понимать? – сурово спросила «компаньонка», лишь только экипаж отъехал от особняка Эгре.

Но я уже была взведенной донельзя, поэтому не нашла ничего лучшего, чем сказать:

– Ревнуете к бывшему любовнику, инора?

На свой облик Бернар переключился мгновенно. Лучше бы он это не делал. Я сразу вспомнила, что в экипаже я наедине с посторонним мужчиной, который вчера пытался меня поцеловать, и неизвестно, чем бы все закончилось, не приди в дурную голову Гастона идея залезть на лестницу к окну «иноры Маруа». Все же мне намного спокойнее, когда я вижу перед собой приятную женщину средних лет, а не привлекательного молодого мага.

– Что вы сказали, инорита? – зло спросил он. – Повторить не желаете?

– Вы первым начали, – недовольно ответила я. – Устроили гадкую сцену, а теперь меня допрашиваете непонятно по какому поводу.

– А что я должен думать после того, как вы вчера отказались меня целовать, а его сегодня – вовсе нет, – бросил мне Бернар. – Неизвестно, до чего бы вы доцеловались, не прерви я это безобразие! Да это самое настоящее предательство!

– Какое предательство? – возмутилась я. – Я же его от вас и отвлекала, чтобы дать возможность беспрепятственно добраться до сейфа! И успешно отвлекла, между прочим. Артефакт покажете?

Бернар чуть смутился:

– У меня его нет.

Пустышка. Обидно, конечно, но что делать?

– В сейфе не оказалось? – расстроенно уточнила я. – А мы так на него рассчитывали. И что теперь? Пытаемся прорваться к нему на работу? Боюсь, там видов на дубы не предусмотрено…

Бернар смутился сильнее, потупился, стряхнул со штанов невидимые обычным взглядом пылинки, магические, наверное, помолчал немного и все же посмотрел на меня.

– Я не смог открыть сейф, – покаянно сказал маркиз. – Там такая защита, что, чтобы не дать сигнала Эгре, пришлось бы часов шесть провозиться. Да и только я начал раздумывать, как к сейфу лучше подойти, увидел в окне вас с Эгре.

Он возмущенно на меня посмотрел.

– Это что же получается, – обманчиво спокойно начала я, – я жертвую собой из последних сил, и зря? Потому что кто-то, вместо того чтобы работать, пялится в окна?

Вот теперь я была в настоящей ярости. Получается, я напрасно целовалась с Анри? И пока я полностью отдаюсь общему делу, некоторые только тем и занимаются, что развлекаются! Последнее я высказала вслух.

– Неизвестно, кто из нас больше развлекается! – взвился Бернар. – Не заметил, чтобы вам так уж неприятен был поцелуй жениха. Да вы от него голову потеряли!

Пусть сообщник был прав, но признавать его правоту я не собиралась. Сам он допустил намного более серьезную ошибку, причем пытается возвести вину за случившееся на меня.

Я постаралась рассмеяться как можно более неприятно.

– Я? Потеряла? Я никогда не теряю голову, чтоб вы знали. А вот вы… вы не смогли воспользоваться представившейся возможностью!

– Я трезво оценил свои силы, – не смутился Бернар. – Боюсь, столько часов лорд Эгре не согласился бы с вами целоваться.

– Кто знает?

Теперь неприятно рассмеялся Бернар:

– Шанталь, в отличие от вас Эгре точно не потерял голову, поскольку при моем приближении он хоть от вас и не отвлекся, но сканирующий импульс ко мне запустил. А вот вы… вы в себя-то пришли не сразу. Только не надо мне говорить, что это было частью представления.

Говорить ничего не хотелось, поскольку я сама толком не понимала, что случилось. Если бы напротив сидела настоящая «инора Маруа», возможно, она нашла что сказать неопытной инорите, только что вышедшей из пансиона. Но беседовать на такие темы с мужчиной, который к тому же во мне заинтересован, – значит провоцировать его на ненужные действия. Хотя с него станется попытаться таким образом укрепить наш союз.

Я подозрительно посмотрела на Бернара, он ответил довольно-таки злым взглядом. Тему нужно было срочно менять.

– Хорошо, будем считать, что мы оба потерпели поражение, – миролюбиво предложила я. – Предлагаю придумать что-то другое. Но сначала примите вид иноры, Бернар, а то Жак очень удивится, если ему придет в голову заглянуть в экипаж. Это не Гастон, на него мое убеждение не подействует. Вы слишком безалаберно относитесь к собственной безопасности.

Я сурово на него посмотрела. Но Бернар не торопился принимать нужный облик.

– Понимаете, Шанталь, – чуть смущенно сказал он, – я так глупо себя чувствую, когда выгляжу как женщина. Вот мне и хочется чуть подольше пробыть нормальным перед тем, перед кем не нужно притворяться.

– От того, что вы перестаете чувствовать себя глупо, – заметила я, – опасность только усиливается. Да и под видом иноры Маруа вы постоянно себя выдаете то одним, то другим. Просто удивительно, что лорд Эгре ничего не заметил до сих пор.

– Шанталь, вы преувеличиваете. Не так уж плохо я играю роль иноры Маруа, – возразил Бернар. – Да вы сами ничего не подозревали, пока я не ошибся.

– Вот именно: вы ошиблись, что позволило мне узнать, кто вы есть на самом деле. Но вы продолжаете ошибаться, а лорд Эгре не страдает излишней доверчивостью.

– Вы его успешно отвлекаете, – льстиво сказал Бернар.

Поскольку у меня самой были сомнения на этот счет, на лесть я не купилась, лишь нахмурилась.

– Возвращайте вид иноры Маруа, – непреклонно сказала я. – А то остановит нас стража, и что вы будете делать?

– Да мне вернуть нужный облик одного мгновения хватит, – пробурчал Бернар, но все же принял вид законопослушной иноры. – Убедились?

– Замечательно, – обрадовалась я. – Вот так и ходите вне своей комнаты. Что делать-то будем?

– Идеально было бы напроситься к нему на ночь, – протянула «инора Маруа».

– Напрашивайтесь, – милостиво разрешила я. – Но без меня. Иноре Маруа уже без разницы, а мне лишние сплетни не нужны. К тому же, как вы думаете, что решит лорд Эгре, предложи я ему такое?

– Я же говорю – идеально, – поморщилась «компаньонка». – Потом, поводы могут быть разными: от навязчивости Гастона до уничтожения крыс.

– В доме Эгре ночевать не собираюсь, – отрезала я. – А вот вы могли бы сегодня сымитировать невозможность ходить и остаться там.

– Думаю, Эгре вызвал бы целителя, да и то ради проформы, – возразил Бернар. – А потом выставил бы меня. Нет, если уж он кого согласится оставить, то только вас.

Мне срочно захотелось чем-то стукнуть этого недоумка. Целоваться с Анри мне, видите ли, нельзя – это предательство общих интересов, а оставаться у него на ночь необходимо ради этих же интересов. Но я прекрасно понимаю, что ночью моего жениха могут настигнуть мысли, далекие от сна и от обычных поцелуев. Проверять его стойкость у меня желания не было.