Запасной жених - Вероника Крымова

Накануне мы с Пеней заглянули к Разель, набрали у нее сушеных веток бразении, чтобы отпугивать нечистую силу, и развешали по всей спальне. Сантар жаловался на неприятный запах от трав, но я была неумолима.

— Милая, ты же вернешься? — прошептал муж, когда я пришла к нему, чтобы попрощаться.

Я вгляделась в изможденное лицо Сантара, провела рукой по тусклым черным волосам и, не сдержав порыв, поцеловала. Он ответил, нежно даря моим губам ласку.

— Зачем ты спрашиваешь? — покачала я головой, хотя знала ответ: в душе он все еще не доверяет мне, особенно после предательства первой жены.

Я бы очень хотела завоевать его доверие, доказать преданность, но для этого нужно время, которого у нас остается все меньше.

— Хочу услышать ответ из твоих уст.

— Всего два дня, потерпи, и я приеду назад, — умоляюще взглянула я на мужа, желая про себя, чтобы он не просил меня остаться.

К счастью, Сантар промолчал.

Стараясь не оглядываться, я выбежала на улицу. Судорожно вдохнула прохладный ночной воздух и села в карету. Всю ночь возница гнал коней. Утром мы остановились на постоялом дворе, чтобы немного поесть и сменить лошадей. Я еще никогда не путешествовала одна, но сейчас мне было наплевать на осторожность и приличия. Я знала, что кучер, бывший матрос, уважительно относится к моему мужу, к тому же он был вооружен и в случае чего обещал Сантару защитить мою жизнь и честь. Хотя меньше всего на свете сейчас меня волновала собственная безопасность — я напряженно размышляла, как меня примут в отчем доме. Возможно, родители даже не захотят пустить меня на порог, после того как я отказалась возвращаться к ним и расстаться с мужем. Но я искренне надеюсь, что папенька проявит благоразумие и смирится с моим решением. Сейчас мне ничего от них не нужно, только ответы на важные вопросы.

Поспав три часа, кучер заявил, что готов продолжить путь, и мы вернулись в карету. В столицу въехали, когда уже стали сгущаться сумерки. Поместье графа Дерлингера встретило меня привычными огнями уличных фонарей, освещавших парк. Радуясь возможности размять ноги, я спрыгнула на землю и пешком прошлась до парадной лестницы. Дворецкий, увидев, кто стоит перед ним, всплеснул руками и бросился докладывать хозяевам о прибытии блудной дочери.

Родители встретили меня в холле, где я стояла совершенно уставшая и расстроенная. В сердце надежно поселилась тоска по мужу, и сегодня вечером я особенно остро ощутила пустоту в душе.

— Кики, моя радость, ты вернулась! — По лестнице спускалась матушка, она была в длинной ночной рубашке. Из-под сбившегося набок кружевного чепца выглядывали деревянные палочки с накрученными на них прядями волос.

Я расплакалась, вновь увидев маму, она заключила меня в объятия, и блудная дочь, уткнувшись лицом в ее грудь, зарыдала еще горше.

— Ты сбежала?! — воскликнул отец, по дороге запахивая плюшевый халат. Кажется, он был немного навеселе, до моих ноздрей долетел легкий запах бренди. — Умница ты моя! На днях вернулся этот твой простофиля Эштен, нес какой-то бред. Я так разозлился на него за то, что он не смог вернуть тебя домой. А ты вот она, сама приехала.

— Мамочка, папочка, я ненадолго, вы, верно, получили мое письмо, где я сообщила, что решила остаться с мужем.

— Кики, да какой он тебе муж, — возмущенно проговорила мама. — Мы уже испросили у его величества разрешение на расторжение брака.

— Мама, хоть раз послушай меня! — Я разозлилась и оттолкнула мать, о чем тут же пожалела, увидев ее обиженное лицо.

— Я же говорила, что этот бандюга запугал нашу крошку, — нарочито жалобно пропищала леди Каталина, хлюпая носом.

— Сантар — самый честный и прекрасный человек на свете, — возразила я. — А вы сейчас успокоитесь и выслушаете меня.

Я, как смогла, сбивчиво поведала историю злоключений моего мужа, рассказав про ложные обвинения и несчастливое детство, разумно умолчав лишь про первую супругу. Родители кивали, делая вид, что верят мне, но я видела по их глазам, что они сильно сомневаются в невиновности Сантара.

С меня сняли дорожную накидку и усадили за стол, попытались накормить подогретым супом, но я отказалась. Есть совершенно не хотелось.

— Все плохое уже позади, — радовался отец, чуть ли не хлопая в ладоши. — Доченька, а почему ты Тессу с собой не забрала?

— Все плохое только начинается, — с раздражением ответила я. — Понимаете, я же обрекла Сантара на мучительную смерть, и вы сыграли в этом не последнюю роль. Если бы не наш брак, он был бы сейчас здоров!

— Трудно быть здоровым, болтаясь на виселице с веревкой на шее, — скептически заметил отец.

Я не нашлась, что ему ответить, вместо этого спросила, где сейчас находится мой братец.

— Бенедикт получил место при дворе, — гордо сообщила леди Каталина. — А мы с папенькой подобрали ему замечательную невесту, дочь барона Ротерскера. Изумительная молодая леди, воспитанна, образованна, знает несколько языков — идеальная кандидатура.

— Сбежал, значит, мерзавец, — со злостью прошипела я. — Наделал бед и улизнул, словно нашкодивший кот, никакой ответственности.

— Кики, что за вульгарные выражения? — всплеснула руками матушка. — Почему-то я не удивлена. Ты так долго общалась с этими невежественными людьми, что невольно начала перенимать их стиль общения.

— Ах, матушка, — вздохнула я, понимая, что спорить с ней бесполезно, она все равно останется при своем мнении. — Кстати, поздравляю вас, вы скоро станете дедушкой и бабушкой.

Отец, раскуривающий трубку, закашлялся, наглотавшись дыма, а матушке сделалось дурно. Она напряженно оглядывала мой живот, силясь заметить признаки беременности.

— Как ты могла? — завопила леди Каталина. — Он принудил тебя?

— Кто «он»? — Я почувствовала, как возмущение закипает в моей крови. — Если вы о моем законном супруге, с которым, между прочим, вы сами заставили меня сочетаться узами брака, так это вполне естественно.

— Я убью эту гиену, — прорычал граф Дерлингер.

— А что вы думали, мы этот месяц с ним в преферанс играли? — хмыкнула я. — Так что поздно расторгать брак, вашей драгоценной девственности уже давно нет. Но беременна не я, а Тесса.

— Лорд Наритен еще и твою горничную обрюхатил? — взвизгнула мама.

Я потерла пальцами виски — как трудно разговаривать с моими родителями. Когда открываешь рот, чтобы произнести слово, они, даже не дослушав, выдают в ответ десять. Сейчас не помешали бы маменькины нюхательные соли, а еще лучше стаканчик папиного бренди.

— Вы меня с ума сведете, — простонала я. — Не Сантар, а Бен соблазнил невинную девушку и заделал ей ребеночка.

Конечно, эта радостная новость вызвала лишь огорчение у моих родителей.

— Девчонка сама вешалась ему на шею, — тем не менее невозмутимо сказала леди Каталина.