Бегущий по лабиринту. Тотальная угроза - Джеймс Дэшнер

В жарком воздухе висела тонкая пыль, забивала ноздри, мешала дышать. Марк обливался по́том, порывы горячего ветра опаляли щеки, взмокшие ладони сжимали транстер. Солнце висело в небе, словно горящий глаз адского чудовища, взгляд которого убивал все живое.

– Давно мы в самое пекло не выходили, – с напускной небрежностью заметил Марк, с трудом шевеля пересохшими губами. – Эх, обгорим на солнышке до волдырей!

Он хорошо понимал, зачем это говорит: ему хотелось убедить себя, что с ним все в порядке, что злоба и головная боль не помешают ему отыскать Трину, что все будет хорошо. Но гнетущее чувство не проходило.

На первом перекрестке Алек кивнул направо:

– Нам в ту сторону. Лучше держаться поближе к домам.

Марк, следуя за другом, перебежал лужайку, заросшую сорняками, и скрылся в тени громадного полуразрушенного особняка. Развалины выглядели до ужаса жалкими, словно исчезнувшие обитатели унесли с собой былое величие.

Алек с Марком прижались к стене и настороженно посмотрели вокруг. На улице не было ни души. Ветер улегся, и мир стал безжизненным, словно вымер.

– У меня в горле пересохло. – Алек опустил транстер на землю, снял с плеч рюкзак и вытащил оттуда флягу с водой. Утолив жажду, он передал флягу приятелю.

Марк с наслаждением глотнул живительной влаги.

– Ох, в жизни ничего вкуснее не пробовал, – сказал он, утирая рот, и вернул флягу Алеку.

– Вообще-то странное замечание, особенно если вспомнить, сколько раз за прошлый год мы умирали от жажды… – пробурчал старый солдат, запихивая флягу в рюкзак.

– Если честно, я страшно перепугался, когда ты этого типа… ну, распылил. Только сейчас в себя пришел, – признался Марк. Он и вправду чувствовал себя полным сил, словно во фляге была не вода, а чистый адреналин.

Алек закинул транстер на плечо и веско произнес:

– Пойдем задворками. Ты, главное, не отставай.

– Ладно.

Алек выскользнул из тени и направился в соседний двор. Марк побежал следом.

* * *

Так продолжалось несколько кварталов: друзья пробегали по высохшим лужайкам, прятались в развалинах, осторожно выглядывали из-за угла и направлялись к следующему дому.

У очередного перекрестка они остановились.

– Отсюда вниз по дороге, а там – второй поворот налево, и переулок выходит на улицу, где народ веселится.

– Веселится? – недоуменно повторил Марк.

– Ну да. Когда в двадцатом военное положение объявили, мы наркоманов гоняли, которые на шизу подсели. Вот они такие же были, чисто психованные.

Шиза… Марк слышал об этом наркотике: препарат мгновенно вызывал зависимость и необратимые изменения в психике. Само слово «шиза» пугало.

– Эй! – окликнул его Алек из-за стены соседнего дома. – Чего размечтался? Иди сюда!

Марк опомнился и бросился догонять приятеля. Они затаились в тени трехэтажного особняка. Алек выглянул из-за угла, никого не заметил и двинулся через двор. Марк сделал шага три следом, как вдруг откуда-то сверху донесся странный клекот, как будто издаваемый экзотическим зверьком или птицей.

Марк поглядел наверх и с изумлением увидел на крыше чумазую женщину в лохмотьях. Всклокоченные волосы слиплись, лицо покрывали замысловатые разводы грязи. Она снова заклекотала и улыбнулась, сверкнув белоснежными зубами. Улыбка тут же сменилась зловещим оскалом и рычанием. Женщина скрылась за водосточным желобом.

Марк поморщился и помотал головой, стараясь отогнать кошмарное видение. Алек отошел от дома на несколько шагов и нацелил транстер на крышу.

– Куда она делась? – спросил он.

– Да ну ее! Пошли отсюда. Здесь больше никого нет, – ответил Марк.

– Сомневаюсь, – буркнул Алек.

Они осторожно подобрались к дальнему углу особняка.

Алек выглянул из укрытия.

– Все чисто. Соберись и смотри в оба, недалеко осталось.

Марк кивнул.

Алек направился к следующему дому. Марк только собирался последовать за приятелем, как раздался жуткий визг, и женщина, раскинув руки, точно крылья, прыгнула с крыши. На искаженном безумием лице застыла улыбка.

Марк обомлел, не веря своим глазам, и не мог сдвинуться с места. Женщина врезалась в него и сбила с ног.