Бегущий по лабиринту. Тотальная угроза - Джеймс Дэшнер

Марк обомлел. Сердце на миг замерло – и тут же забилось часто-часто. Поначалу он решил, что она его не узнала в сумраке подвала, или у нее сотрясение мозга, или в глазах помутилось… Потом он сообразил: Трина на самом деле не понимала, кто он такой.

– Трина… Трина, это я, Марк!

Наверху, в коридоре, что-то громыхнуло и с треском раскололось. Заскрипели половицы.

– Пора выбираться! – рявкнул Алек. – Немедленно!

Трина разглядывала Марка, недоуменно сморщив лоб, словно перебирая в уме всех знакомых. На ее лице появилось испуганное выражение.

– Наверняка есть вакцина, – ошеломленно прошептал Марк. – Может быть…

– Марк! – заорал Алек. – Веди их сюда! Скорее!

Старый солдат стоял у подножия лестницы, направив транстер вверх, на дверь. Над головой звучали крики, раздавался топот ног, грохот и стук. Мимо окна кто-то пробежал.

– Не бойтесь, – сказал Марк Диди и Трине. – Мы вас отсюда заберем.

Шум усиливался, и Марк испугался, но торопить Трину не стал, не зная, как она поведет себя.

– Диди, солнышко, – обратился он к девочке, набрасывая ремень транстера на шею. – Пойдем со мной. Вставай!

Дверь в подвал громко стукнула о стену. Пронзительные вопли усилились. Загудел транстер, послышались удивленные восклицания, и Марк представил себе, как один из безумцев превратился в дымное облачко. Он осторожно взял Диди за руку.

Малышка задумчиво посмотрела на него, затем сжала его ладонь пальчиками и позволила взять себя на руки. Марк наклонился и свободной рукой подхватил Трину под мышки, приподнял ее с пола и поставил на ноги. Трина не сопротивлялась, однако стояла, пошатываясь; Марк боялся, что она упадет.

– Ты кто? – снова спросила она. – Ты нас спасать пришел?

– Я твой лучший друг, – со вздохом ответил он. – Тебя похитили, а я тебя отыскал. Теперь ты в безопасности.

– Ты не дашь меня в обиду? Мне было так больно… – пожаловалась она.

Марку сдавило грудь, стало нечем дышать.

– Все будет хорошо. Я тебя защищу. А сейчас пойдем. Иди рядом со мной, не отставай.

Из коридора наверху донесся звон разбитого стекла, потом – протяжный крик. На лестнице зазвучали шаги. Алек снова выстрелил.

Трина легонько отстранилась от Марка.

– Ага, пойдем. Я на все согласна, только забери меня отсюда.

– Вот и умница, – похвалил ее Марк, опустил Диди на пол и произнес: – Солнышко, сейчас будет очень страшно. Но недолго. Ты только не отставай…

Она нетерпеливо закивала и посмотрела на него совсем по-взрослому.

– Пошли! – решительно сказала Диди.

– Отлично! – улыбнулся Марк, вложил ладошку Диди в руку Трины и взял транстер на изготовку. – Держитесь за мной! Ни на шаг не отходите.

Он сжал транстер, упер палец в спусковой крючок и повернулся к Алеку. Не успел Марк сделать и двух шагов, как в узкое окошко под потолком влетел кирпич. На пол со звоном посыпались осколки стекла. Диди завизжала, Трина споткнулась и, налетев на Марка, едва не сбила его с ног. В разбитое окно просунулась чья-то рука.

Марк выстрелил, промахнулся, и сверкающий луч продырявил стену. Следующий выстрел превратил руку в серый туман. На месте исчезнувшего безумца возникли еще двое, но ни один не протиснулся в узкий оконный проем. Марк отвернулся и двинулся к лестнице, которую оборонял Алек.

– Другого выхода отсюда нет, надо пробиваться, – буркнул старый солдат, не отрывая глаз от двери. – А психов все прибавляется.

– Мы готовы, – ответил Марк, не представляя, как они вчетвером прорвутся сквозь толпу безумцев, зараженных Вспышкой. – Диди и Трина пойдут между нами.

– Точно. Я впереди, а ты с тыла прикроешь. Будет тяжеловато, конечно.

Марк кивнул и отступил на шаг. Трина, похоже, начала понемногу приходить в себя, но по-прежнему не могла вспомнить Марка. Она схватила Диди за руку и подвела малышку к Алеку. Старый солдат подмигнул девочке и пошел вверх по лестнице. Трина с Диди направились следом. Марк пятился по ступеням, прикрывая тыл.

В доме царило сумасшествие.

– С дороги! – взревел Алек. – Через три секунды стреляю!

Безумцы вопили, визжали, орали и дико гоготали. В дверном проеме возникли гримасничающие, оскаленные лица. Страх сдавил грудь. Марк понимал, что главное – выбраться из дома.