Дикая охота - Роман Афанасьев

— Иванов я, понял, да? — сказал он. — Поэтому Вано.

— А я — охотник, — сухо отозвался Кобылин. — Профессия такая.

Армянин что-то буркнул под нос и снова плюнул на пол.

— Ты почему еще здесь, охотник? — спросил он. — Ты же хотел уйти?

Кобылин торжественно поднял к потолку указательный палец.

— Что? — с раздражением спросил Вано. — Ну что еще?

— Слушай, — шепнул Кобылин.

Словно отзываясь на его слова, снизу раздался возмущенный рев Штыря. Даже отсюда, с третьего этажа, было слышно, как тот колотит в запертую дверь и материт ее на чем стоит свет.

Встрепенувшийся Вано вскочил на ноги, лапая карман, в котором скрывался пистолет.

— Что? — хрипло каркнул он. — Что?

— Дверь закрыта, — спокойно пояснил Кобылин. — Поэтому я еще здесь.

Отчаянно бранясь, армянин перепрыгнул через труп и бросился к лестнице, размахивая на ходу руками, как ветряная мельница. Похоже, больше он уже не мог сдерживать гнев и теперь искал, на ком бы его выместить. Кобылин проводил его взглядом, медленно поднялся на ноги и обернулся к администраторше. Та стояла у стены, сложив руки на высокой груди, ходившей ходуном под тонкой блузкой, и кусала дрожащую нижнюю губу белыми жемчужными зубками. Смотрела она на труп — и все никак не могла отвести от него взгляд.

— Добрый вечер, — сказал Кобылин, подходя к ней. — Я Алексей. А вас как зовут?

Глаза администраторши округлились. Она перевела взгляд на постояльца, потом снова взглянула на труп, потом опять на Кобылина… Тот осторожно коснулся ее локтя.

— Как вас зовут? — ласково спросил он.

— Алла, — отозвалась та и тут же поправилась. — Алла Владимировна. Я администратор дежурной смены, и я не понимаю…

— Сколько у вас постояльцев, Алла?

Девушка стиснула зубы, и на ее щеках заходили желваки. Решительным жестом она сбросила руку охотника со своего локтя и отступила на шаг. Вздернув подбородок, строго глянула на собеседника, скрестила руки на груди, пытаясь принять решительный и независимый вид.

— Вы кто такой? — резко спросила она.

— Один из ваших постояльцев, — не стал запираться Алексей. — И я хочу помочь, Алла. Владимировна.

— Чему помочь? — огрызнулась администратор. — Кому? Вы что, не видите, что тут творится? Идите в свой номер и дожидайтесь приезда полиции.

— Полиции? — изумился Кобылин, но потом спохватился. — Ах да. Знаете, Алла, боюсь, наши славные новоиспеченные копы еще не скоро тут появятся. Это же не вы заблокировали входную дверь?

— Дверь? — Голос девушки дрогнул, она качнула головой, и пучок белых волос на затылке мазнул по стене. — Нет. А что с дверью?

— Она заперта, — отозвался Кобылин и, покосившись на труп, добавил: — Предлагаю спуститься вниз и посмотреть, что там происходит. Боюсь, понадобится ваше вмешательство — как представителя администрации.

Девушка снова нахмурилась, глянула за плечо собеседнику, словно пытаясь увидеть там бравых охранителей закона, спешащих на помощь честным налогоплательщикам. Но увидела лишь пустой коридор.

— Незачем вам стоять тут, рядом с покойником, — тихо сказал Кобылин. — Пойдемте вниз. Скоро у дверей соберется толпа из тех, кто захочет покинуть отель. Нужно будет успокоить их, отправить обратно по номерам. Вы на это способны?

— Я? — узкие светлые брови администратора взлетели вверх. — Ха. Да тут, знаете ли, не пансион благородных девиц. Тут такое бывает…

— Что? — быстро спросил Кобылин. — Что бывает?

Алла сжала губы и смерила охотника неприязненным взглядом.

— Вы…

— Алексей.

— Вы, Алексей, что-то слишком много вопросов задаете. Вы кто такой?

— Я сотрудник… — Кобылин запнулся и внезапно грустно улыбнулся. — Нет. Уже не сотрудник. Не обращайте внимания, Алла, старая привычка. Я просто Алексей. Но у меня есть некоторый опыт в разрешении кризисных ситуаций и вооруженных конфликтов.

Заметив блеск в глазах Аллы, Алексей с трудом удержался от ухмылки — она попалась на крючок с первого раза. Девушка расслабилась, ее плечи опустились. Она даже немного подалась вперед, заглядывая в спокойное лицо Кобылина, излучавшее уверенность. Ей хотелось помощи, хотелось поддержки, просто она не могла позволить себе казаться слабой. Но сейчас…

— Сотрудник? — тихо спросила она. — А где…

— Это неважно, — мягко перебил Кобылин, очень надеясь, что сейчас приобретает союзника, что поможет ему разобраться в этой дурацкой истории. — Сейчас важно успокоить постояльцев и предотвратить панику. Сколько номеров в отеле занято?

— Десять, — отозвалась девушка, не сводя глаз с чисто выбритого, гладкого лица Кобылина. — Шесть на втором и четыре на третьем.

— Всего десять человек? — осторожно спросил Кобылин, развивая успех.

— Да, все одиночки. Вроде вас, Алексей, — отозвалась администратор, уже с откровенным интересом рассматривая собеседника.

На первый взгляд ей можно было дать лет двадцать пять — молодая веснушчатая девчонка, хрупкая, но строгая. На ней была белая блузка, строгая черная юбка и удобные черные туфли-лодочки на низком каблуке — рабочая обувь, в которой приходится проводить много времени. Именно поэтому Кобылин позволил себе чуть наклонить голову и улыбнуться уголком рта — немного загадочно и с затаенной насмешкой.

— А персонал? — спросил он. — Сколько людей всего в отеле?

— Дежурная смена — пятеро, — начала перечислять администратор. — Я, охранник, три уборщицы. Два повара на кухне, бармен, он же диджей, плюс Маша — дежурная по приему гостей.

— А гости? — снова спросил Кобылин. — В баре вроде бы много людей.

— Ну Вано со своими ребятами, их человек пять сегодня, — отозвалась Алла и, бросив взгляд за плечо Кобылина, опять помрачнела. — Еще пятеро обычных посетителей, что приходят в бар вечером выпить и развлечься. Ну и девушки, которые их развлекают. Их шестеро. То есть пятеро. То есть сейчас вроде бы пятеро…

Алла тяжело вздохнула и, обхватив себя руками, зябко поежилась, словно от холода.

— Пойдемте вниз, — тут же предложил Кобылин. — Слышите?

Алла подняла голову, прислушиваясь к голосам, доносящимся снизу. Там, на первом этаже, шел разговор на повышенных тонах. Двое спорили, третий разнимал — так это представлялось Алексею, давно прислушивающемуся к тихим коридорам отеля. Он уже даже знал, из-за чего идет спор, и хотел оказаться там как можно скорее. От администратора он уже получил то, что было нужно — количество человек и их профессии. По большому счету это было не особо и нужно — убийца уже найден, преступление раскрыто. Но дверь… Насчет двери нужно было крепко подумать. Алексей еще не решил, кого винить во внезапном и явно неестественном закрытии выхода. Уж точно не местную администрацию — такое им явно не по силам. И еще Кобылину категорически не нравилось, что дверь не открылась после того, как убийство было раскрыто. Ему не давала покоя мысль, что он оказался заперт в гигантской мышеловке, из которой никому не суждено выбраться живым.