Дивизионный комиссар - Павел Корнев

— Собирался бы — выжег, — пошутил я и забрался на переднее сиденье. Отметил озадаченный вид паренька и тяжело вздохнул. — Артур, как ты себе это представляешь? Вот выжег бы я ему глаз, и что дальше? Думаешь, дивизион внутренних расследований свой хлеб даром ест?

— Да я так… не подумал просто, — смутился Левин. — Куда ехать?

— «Черная пинта», — ответил я и глянул на хронометр. — Вывеска по дороге была.

— Ясно, — кивнул парень, немного помялся и произнес: — А не слишком вы круто? Нельзя так с людьми.

— С людьми нельзя. Но мы с людьми обычно и не пересекаемся. Если только с потерпевшими. Нормальные люди, знаешь ли, где-то наверху обитают, а мы все больше в придонных водах плаваем. Пока человек соблюдает закон и ведет себя правильно, мы его просто не видим, он нам неинтересен. А вот те, кто опускается на дно и попадает в наше поле зрения, виноваты в этом сами.

— У людей есть права…

— У людей много прав; единственное право торговца наркотиками — сдохнуть на каторге.

— Почему же тогда мы его не арестовали?

Пока объяснял азы внутриведомственной координации и сложности взаимодействия с другими дивизионами, подъехали к «Черной пинте». Там я велел Артуру ждать в машине, сам прошел в прокуренное помещение, внимательно оглядел отдыхавшую в дальнем углу компанию и направился к стойке.

Еще ни слова не произнес, а бармен уже отставил в сторону кружку, которую до того протирал, и уставился на меня в безмолвном ожидании неприятностей. Подобная публика их буквально чует.

— Мне нужен Жорж, — с ходу заявил я. — Его еще Фотографом кличут.

— Эй! — В дальнем углу вдруг послышался звук отодвигаемого стула. — Я тебя знаю!

Я обернулся к выбравшемуся из-за стола крепкому парню и спросил:

— В самом деле?

Мятая рубаха с закатанными до локтей рукавами, подтяжки, сдвинутая на затылок матерчатая кепка, папироса в зубах.

Местный бузотер? Не иначе.

— Точно! Четвертьфинал среди любителей в полусреднем весе лет шесть назад. Здорово тебе тогда задницу надрали!

— Было дело.

— Мой старик тогда полсотни просадил! Полсотни как с куста! Поставил на тебя, а ты лег! Мы неделю потом на хлебе и воде сидели!

— И что навело тебя на мысль, будто меня заинтересует эта печальная история?

— Издеваешься, да? Тебе смешно? — хрустнул заводила костяшками пальцев. — Гони монету! Полтинник с тебя, понял? Ты мне должен! Усек, нет?

— Скорее нет, чем да.

Парня такой ответ нисколько не устроил.

— Вот сам посуди, ты тогда с одним справиться не смог, а нас тут четверо. — Он с довольным видом осклабился и кивнул на собутыльников. — Продолжать или ты из понятливых будешь?

— Много с тех пор воды утекло.

Я распахнул полу расстегнутого пиджака, и задира поспешно выставил перед собой ладони.

— Все, браток, нет вопросов. — Пятясь, он вернулся к столу и плюхнулся на стул. — Молчу.

Оно и неудивительно. Открыто демонстрировать оружие станет либо полицейский детектив в штатском, либо прочно обосновавшийся по ту сторону закона гангстер.

Бывший боксер в дорогом костюме с револьвером под мышкой?

Как по мне, так все очевидно.

И я вновь развернулся к бармену:

— Мы крайне ограничены по времени, поэтому будь добр, просто скажи, где найти Жоржа. И тогда у меня не будет поводов снова сюда возвращаться.

— Доходный дом напротив. Фамилия Кук. Жорж Кук.

Я вышел из бара и указал дожидавшемуся меня у автомобиля Артуру на противоположную сторону улицы:

— Припаркуйся там.

— С вами пойти?

— Нет, — мотнул я головой, перебежал через проезжую часть и, поднявшись на обшарпанное крыльцо доходного дома, без труда обнаружил среди списка жильцов строчку «Жорж Кук».

Парадное оказалось незапертым, темная лестница привела на третий этаж, где в дальнем конце коридора и притаилась нужная квартира. Отступив, я резко выкинул вперед ногу, и хлипкая дверь с треском распахнулась после первого же удара; изнутри пахнуло крепким табачным духом и густым запахом мужского одеколона.

Без промедления я проскочил коротенький коридорчик и ворвался в комнату. Сидевшая на кровати девица пронзительно завизжала и попыталась прикрыть обнаженную грудь, но узенькие ладошки справились с этим далеко не лучшим образом. Почти стянувший с нее трусики парень оглянулся, вскочил с колен и бросился к туалетному столику.

Щелк! — с металлическим лязгом разложился клинок складного стилета.

— Тебе хана! — Хозяин квартиры выставил перед собой оружие.

— Жорж, не глупи, — спокойно произнес я, но мои слова его только раззадорили.

Выпад ножом оказался не слишком умелым и точным; я хлопком ладони отвел вооруженную руку в сторону и тут же провел прямой в подбородок.

Стилет отлетел в одну сторону, Жорж повалился в другую. Попытался подняться на ноги, но давать второй шанс в подобных ситуациях было не в моих правилах.

Моментально оказавшись рядом, я ухватил его за длинные волосы и со всей силы врезал сверху вниз. Раз, другой, третий.

— Перестаньте! — вновь завизжала девчонка. — Вы его убьете!

Убью? Это вряд ли.

Разжал пальцы, и голова Жоржа с деревянным стуком ударилась о крашеные доски, парень что-то неразборчиво прохрипел и замер на полу.

— Одевайся, — потребовал я, придирчиво осматривая перчатку и рукав пиджака на предмет брызг крови.

— Вы кто? — Девица отползла к завешенной ковром стене, уперлась в нее спиной, да так и замерла, не зная, как быть дальше.

— Марианна, меня прислал твой отец. Поэтому будь добра — оденься, и мы отсюда уйдем.

— Никуда я с вами не пойду!

— Тогда мне придется увести тебя силой.

— Вы не посмеете!

— Еще как посмею. Так что перестань тратить мое время!

— Отвернитесь! — истерично потребовала девчонка.

Получить по затылку пивной бутылкой или фотокамерой вовсе не входило в мои планы на сегодняшний вечер, поэтому я лишь покачал головой.

— Вы пожалеете! — прошипела девчонка. — Я все папе расскажу!

— И о кокаине тоже?

Марианна рассеянно глянула на журнальный столик, полированную поверхность которого расчертили четыре длинные дорожки белого порошка, и облизнула губы:

— А вы? Вы расскажете?

Я оттянул рукав пиджака, взглянул на хронометр и поморщился:

— В идеале я его вообще не увижу. — Время оставалось лишь на то, чтобы поймать такси и доехать до ресторана. — Поэтому будь умницей, одевайся.