Не вспомню - Джессика Броуди

– Очень хорошо, – подтверждает Дзен. – Все верно. Ты действительно сидела тогда в своей комнате с книгой в руках.

Я вижу, что это за книга, совершенно отчетливо. «Лазейка во времени» Мадлен Лэнгл. Обложка потрепанная и едва держится. Такое ощущение, что книжку читали уже добрую сотню раз. А под ней я могу разглядеть свои ноги в серых хлопчатобумажных брюках. Одежда удивительно напоминает ту, в которой меня обнаружили спасатели. Она все еще висит в стенном шкафу дома Карлсонов.

– Теперь позволь памяти повести себя дальше. Поначалу это покажется трудным, но чем дальше, тем легче будет вспоминать. А я приду на помощь, если ты зайдешь в тупик. Что еще ты помнишь о том дне?

Я по привычке закусываю губу, чтобы сосредоточиться, и пытаюсь облечь в слова все, что вижу и чувствую.

– Мне захотелось есть, – рассказываю я. – Настало время обедать. Но в этот момент я что-то услышала. Какой-то скребущийся звук. Он исходил извне.

Я наблюдаю за развертывающейся в памяти сценой, которая возникает передо мной размытыми фрагментами. Но зато я словно вижу все своими глазами. Такое ощущение, что это происходит прямо сейчас.

Я встаю. Подхожу ко входной двери. Протягиваю руку. Но тут мною овладевает внезапный приступ страха, и я быстро отдергиваю ее.

– Мне стало страшно, – говорю я Дзену. – Что-то испугало меня.

– Именно, – отзывается он. – Ты помнишь причину страха?

– Меня пугает то, что находится снаружи, – отвечаю я на удивление уверенно. – Я боюсь покидать комнату.

– Почему же? – продолжает подталкивать мою память Дзен.

– Потому что кто-то мне сказал ни в коем случае этого не делать.

Кто? – сразу же задаюсь вопросом я. Плотнее смежив веки, я прижимаю пальцы к вискам, стараясь увидеть перед собой лицо этого человека. Услышать слова предостережения. Но ничего не выходит. Этого воспоминания память не сохранила.

– Я не должна выходить из своей комнаты без сопровождения, – говорю я Дзену, но при этом с трудом узнаю свой голос. Он звучит невыразительно и лишен эмоций. Слова похожи на монотонный речитатив. – Что-то плохое случится, если я ослушаюсь. Но я не знаю, что именно.

– Пока все хорошо, – поспешно ободряет меня Дзен. – Продолжай.

Я глубоко вдыхаю и снова окунаюсь в прошлое.

Моя рука опять тянется к двери. Палец прижимается к светящемуся голубому сканеру. Дверь издает тонкий звуковой сигнал, и я распахиваю ее.

– Я не подчинилась, – вспоминаю я. – Вышла, несмотря на запрет.

Дзен смеется.

– Ты никогда не желала подчиняться правилам. Чем сильно огорчала людей, которые пытались их тебе диктовать.

Я сразу же думаю о Карлсонах. Как я уговорила Коуди тайком уйти из дома до их пробуждения. Как я исчезла в ночи, не предупредив о том, что ухожу. Похоже, какая-то часть моего характера навсегда осталась при мне, если это может служить хотя бы слабым утешением.

– Что ты увидела, когда вышла наружу? – спрашивает Дзен, и его вопрос вызывает перед моим мысленным взором совершенно новую картину.

Белая терраса по всему периметру здания. Аккуратная лужайка с цветами и ровно подстриженной травой. Воздух жаркий и сухой.

– Двор перед моим домом, – отвечаю я.

– А дальше?

Я силюсь вспомнить, что находилось по другую сторону двора, но вижу немногое.

Мой взгляд упирается в бетонную стену высотой десять футов. Узкая тропинка ведет от ступеней террасы через лужайку, но упирается в крепкую стальную дверь в стене.

– Не знаю, – говорю я немного нервно. – Там высоченная стена. Она окружает дом. Мне не видно, что расположено по другую сторону.

– Все верно, – кивает Дзен и кладет ладонь поверх моей руки.

– Зачем она нужна? – спрашиваю я.

И, к своему удивлению, на вопрос отвечаю я сама – но только не я нынешняя, а словно мой двойник. Голос делается неприятно обезличенным, когда я повторяю заученные слова, хотя не помню, когда успела их зазубрить.

– Она для моей же защиты.

У меня холодеют и слабеют руки. Дзен гладит мои пальцы.

– Не волнуйся, – говорит он. – Просто сосредоточься на том, что произошло потом.

Я киваю и восстанавливаю сцену в памяти.

Мой взгляд пробегает по верхней кромке стены и останавливается на паре рук, вцепившихся в нее с противоположной стороны. Я слышу громкое кряхтение, когда кто-то пытается подтянуться. Мгновением позже над стеной появляется голова. Мне не сразу удается разглядеть черты лица, но я вижу, что он очень молод. Мой ровесник. Или чуть постарше.

– Паренек, – говорю я с возрастающим волнением. – Он перебирается через стену.

Он перебрасывает одну ногу, потом другую и садится поверх стены, глядя вниз, оценивая расстояние до земли. Проходит еще секунда, и он спрыгивает, приземляясь на четвереньки на лужайку.

На мою лужайку.

Распрямившись, отряхивается. Теперь я вижу его лицо. У него густые темные брови, почти сросшиеся над переносицей. Глаза красивого карего цвета. Волосы почти черные. Их пряди упали сейчас ему на лицо и лезут в глаза. Он делает резкое движение головой, отбрасывая их назад, и с его лба срывается капля пота.

– Это был ты, – тихо говорю я, открыв глаза и глядя на Дзена.

– Да. Это был я, – улыбается он.

– Ты перебрался через стену? Зачем?

Дзен пожимает плечами.

– Что тебе сказать? Я сделал это из чистого любопытства. Поставь перед молодым мужчиной гигантскую железобетонную стену, и ему непременно захочется узнать, что за ней скрывается.

– Стало быть, не я одна не желала соблюдать правила, – отмечаю я немного игриво, прежде чем снова закрыть глаза.

При виде незаконно вторгшегося ко мне незнакомца меня охватывает буря противоречивых эмоций. Страх. Радостное возбуждение. Желание немедленно скрыться.

Я пячусь назад к дому, находя взглядом мерцающую красную кнопку, встроенную в проем рядом с дверью.

– Что это такое? – спрашиваю я.

– О чем ты?

– Красная кнопка. Для чего она?

Но я еще не успеваю закончить вопрос, как ответ приходит сам собой.

Это сигнализация на случай тревоги.

По моему телу пробегает дрожь, и я лишь бормочу, не давая ему возможности ответить:

– Впрочем, мне и так все ясно.

Я возвращаюсь к видению и понимаю, что я не посчитала появление юноши поводом поднимать тревогу.