Орда. Книга 1. Месяц седых трав - Андрей Посняков

– И как вам только не стыдно такие слова говорить, товарищ Карл Маркс?! – возмутился из-за трибуны Киреев. – А еще вождь мирового пролетариата!

– Это я – вождь мирового пролетариата, а не он! – закартавил с соседнего портрета Ленин.

– А ты вообще молчи, – нагло махнул на него замполит. – А то до юбилея не довисишь, выкинем, и товарища Хрущева на твое место повесим!

– Так есть же уже товарищ Хрущев! – Маркс кивнул на висевший рядом портрет Первого секретаря партии. – Не много ли – два?

– Товарища Хрущева много не бывает! – пафосно заметил Хрущев. – А кому не нравится, может убираться в свою Германию!

– Ой, убегает, убегает! – вдруг завопил Карл Маркс. – Лови его, Дубов, лови, уйдет ведь!

– От меня не уйдет, – запрыгнув на сцену, заверил Дубов и, вытянув руку, тот час же ухватил замполита за шкирку. – Ну что? Попался, который кусался? Так кого ты тут выгнать пообещал, гнида тыловая?

– Я же пошутил, пошутил. – Киреев расплакался. – Что уж, и пошутить нельзя? К самодеятельности, между прочим, готовимся – шутки и песни разучиваем!

– Я тебе покажу шутки!

– Ой, не бейте, не бейте! А хотите – песню спою?

– Песню? – Дубов зачесал затылок.

– Да пусть его споет! – оживились портреты. – Послушаем с удовольствием.

– Ладно. – Дубов уселся на сцену и зловеще взглянул на дрожащего замполита. – Ну, пой! Только смотри у меня, ежели не понравится…

– А что вы любите, товарищ полковник?

– Я? Джаз люблю! Давай пой Армстронга: Гоу Даун! Моузис… та-та та-та та!

– Я не умею Армстронга.

– А что ты вообще умеешь?

– «Беснуйтесь, тираны» могу, «Интернационал», «Варшавянку»…

– «Варшавянку» жене своей в постели пой!

– Ну, еще шансон французский…

– О! Шансон пой!

Неведомо откуда замполит достал аккордеон и запел, запел неожиданно приятным хрипловатым голосом знаменитую песню про далекий и прекрасный Париж из репертуара… то ли Ива Монтана, то ли Жака Бреля, то ли Жильбера Беко. А может быть, и Шарля Азнавура. Нет, все-таки это был Ив Монтан. Кажется…

– На-на-на-на… – прилипчивая французская мелодия и томная трель аккордеона так и остались в мозгу. А кругом еще пели птицы! Да-да, вон, сидели на деревьях! И как приятно припекало солнышко – просто прелесть, спал бы и спал. Хорошо бы, только сны какие-нибудь другие снились, что-нибудь посимпатичнее, чем партсобрание с участием портретов вождей.

Господи!

Баурджин огляделся. Да где он есть-то? Где юрта из золотой парчи, девушка… Кералан-Дара? Неужели – привиделось все, приснилось? Да ну… Не может быть. Вот говорящие портреты и замполит – те да, приснились. А остальное…

Да, Кералан же ему амулет подарила… Такой же, что уже был…

Юноша дернул ворот дээла. Амулет-то – один! А где же второй? Неужели и правда сон? Да нет, не может быть – уж слишком все реально. Так и замполит – реально. С голосом Ива Монтана.

– На на-на-на на-на-на на-на на на…

Тряхнув головой, Баурджин еще раз внимательно посмотрел по сторонам: никакого леса тут и в помине не было! А что было? А были сиреневые сопки, камни, скалы… так-так-так… А что это вон там, за той красной скалой? Уж не дорога ли, часом? Тогда что он, Баурджин, тут торчит, как три тополя?

Там же, в долине, его друзья ждут!

Качнув головой, юноша решительно зашагал к скале. Шагал, насвистывая Ива Монтана. А в мысли его настойчиво лезла давешняя златовласка – красавица из древнего племени Дара. Так была она или не была? А черт его знает.