Вампирский дедушка - Сергей Греков

на твердую землю. Алкоголь из фляжки, видимо, начинал брать над ним верх. Да и в голосе появилась непривычная смелость. Мне, наверно, стоит набрать литров, эдак, сто такого пойла. И угостить всех желающих. А только после этого рассказывать про то, что корм может жить без зависимости от благородных выродков. Но это я сделаю позже. Сперва нужно полностью влиться в окружающую среду.

— К тому же это самые обычные кони, не обученные, — продолжал Осип. — Они не будут возвращаться в свои стойбища. А раз нет владельцев, то можно забрать их себе. И никто слова не скажет.

— Это все знают, — поддакнула девчонка. Она посмотрела на меня с надеждой.

Тьфу, ты! Вот ведь манипуляторша малолетняя.

— И даже кони налоговика не вернутся? Их тоже просто так можно забрать?

— Эээ, нет, — мужик покачал головой. Его нетрезвое тело повело в сторону. — Они принадлежат налоговой инспекции. Их нельзя.

— Так и эти тоже, — я показал на скакунов почивших джигитов.

— Эти наши, из трущоб. У них же клейма нет, так что они общие. Так вы и налоговика того самого? — Осип провел пальцем по шее.

Сдается мне, во фляжках было нечто такое, что знатно по мозгам бьет. У мужика в голосе не осталось ни страха, ни раболепия. И мне это, черт побери, нравится!

— Да. И его тоже, — подтвердил я и следом посмотрел на Владу.

— А тех кобыл мне не жалко. Они благородным служат.

— С поводьями управляться умеешь? — спросил я у Осипа. — Пригонишь двойку сюда.

— А че там уметь? Знай себе, понукай да направляй. Только сейчас я яму сделаю больше, чтобы карета влезла.

Мужик достал из мешочка порошок из измельченных трав и втянул эту гадость в себя. Одной рукой он держал пирамидку, а другой зажал фиолетовую кость. Земля качнулась — провал расширился.

— Сколько времени потратил? — я осторожно посмотрел вниз. Глубина ямы впечатляла.

— Так нисколько. Дракон же поделился.

Через пару минут Осип пригнал экипаж. Я успел наведаться к хибаре и превратить безголовое тело в пыль. Резерв энергии у меня почти полностью просел. Можно было, конечно, дотащить этого благородного до провала, но кровавый след мог бы привлечь ненужное внимание, а этого следовало избегать. Заодно прихватил болты — нечего животным мучиться. Без надобности оно. Дополнительно собрал ненужный хлам: изорванные камзолы, пустые амфоры, испачканные веревки. Эх, вещей-то слишком много остается. Если в руках всё понесем, то точно привлечем лишнее и очень ненужное внимание. Но оружие жалко выкидывать. Припрятать где-нибудь в земле до поры до времени? А это мысль! Я даже знаю, где это можно сделать.

— Ты собираешься арбалетом их убить? — догадалась Влада. — Можно же просто загнать их в яму. Главное глазки им закрыть. А они сами в неё провалятся.

— Вот и загоняй, — сказал я без задней мысли.

В руках тигрицы сразу же вспыхнул яркий огонек, который полетел к крупу животного. Кобылка заржала и рванула вперед. Она утянула как свою товарку, так и карету. Снизу послышался неприятный звук.

— Убирай яму! — приказал я, краем глаза смотря на малолетнюю живодерку.

Осип снова использовал непонятные артефакты. Пространство дрогнуло, земля задрожала, но вскоре тряска прекратилась. Я прошелся по бывшему месту провала — обычная твердая поверхность: ничего примечательного.

Только сейчас понял, что нахожусь в этом мире всего сутки. При этом произошло столько событий, сколько у меня и за последние пять лет не было. Хотя чего уж тут удивляться? Там я был обычным стариком, который давно отошел от дел. Да, восемьдесят три — не тот возраст, когда следует помирать. Но всё же моя прошлая военная жизнь сказывается на здоровье. И цели у меня уже никакой не было. Детей, внуков и даже несколько правнуков воспитал, наследство им на первое время оставил — не пропадут. Я просто доживал последние годы. Но теперь всё изменилось: и цель есть, и здоровье в полном порядке, и даже какое-то подобие соратников начало появляться. Хе-хе.

Я вдохнул воздух полной грудью и пошел к хибаре. Пора было собираться и покидать этот двор.

Глава 15. Авангард

Собранные в компактную форму доспехи, наряды благородных, книги — всё это можно было утащить и на себе. К тому же Осип заверил меня, что если мы проследуем на конях, то никто не обратит на это внимания. Кобылки-то общие, и многие любили на них кататься просто так. Но оставалась проблема — амфоры и оружие. В новом мире кровь мало того, что главная, так ещё и единственная валюта. Сорить деньгами на ровном месте не хотелось. К тому же тигрице нужно было питаться, а убивать простых людей я бы не позволил. Оружие же могло пригодиться в будущем (кто знает, как жизнь повернется?). Но ехать с копьями наперевес — это слишком.

Во время сборов Осипа потянуло на откровения. Он сказал, что полдня назад потерял жену. Она оказалась одной из первых, кто зашел на эшафот. Говорить, из-за кого именно началась охота, которая и привела к смерти женщины, я малодушно не стал. При этом мне дико было слышать, что толпа, будто стадо баранов, смотрела, как всего двое благородных выродков, убивают их родных и близких. И ведь никто не воспротивился. Никто не сделал попытки спасти свою семью. Да никто даже слова не сказал.

В момент рассказа тигрица заметил, как у меня белеют от злобы костяшки на руках. Она успокаивающе погладила меня по плечу. И ведь помогло. Молодец, внучка!

— Что будет, когда благородные узнают о смерти других благородных? Они всех людей в округе убьют? — я пожевал губу. С одним, двумя или даже тремя аристократами я худо-бедно справлюсь, но вот с сотней всадников да без огнестрела — тут уж без шансов.

— Нет, — сказал Осип. — Нас не тронут. Только поднимут налог. Но это не точно.

— Почему ты в этом так уверен? Вампир, за которым вы охотились, предположительно был благородным. И только из-за непроверенного факта дворяне собрались убить две сотни человек.

— Они собирались оставить это в тайне, — проговорил мужик. — Им запрещено трогать корм. Мы ведь все удивились в тот момент, но раз благородный велел что-то сделать, то мы должны это исполнить. Они ведь лучше нас обо всем знают.

— Да ни хрена вы не отличаетесь, — попытался я вдолбить мысль. — Если тебя нарядить в камзол и навесить шпагу, то никто и не узнает, что ты простой человек.

— Узнают.

— И как же?

— По печатям.

— Так у меня нет этих печатей. И что с того? Признал ты