Мефодий Буслаев. Самый лучший враг - Дмитрий Емец

Варсуса с Дионом комиссионеры пока не замечали.

— Твои суккубы, мои комиссионеры! — шепотом предложил Варсус.

Дион усмехнулся:

— А почему не наоборот? После суккубов ножи всегда духами пахнут… Ну ладно… По рукам! — соглагился он.

Варсус распахнул раму, одновременно выхватив свою дудочку. Трех комиссионеров он расплавил маголодиями прежде, чем те успели улизнуть. Дион, мгновенно подтянувшийся на перилах, расправился с двумя суккубами, причем так, что ухитрился вернуть себе метательные ножи.

— Три — два в твою пользу. Эх! Я же говорил: духами будет пахнуть! — сказал Дион, как ищейка, обнюхивая ножи. — Хотя вот эти, кажется, ничего. Хочешь?

И он протянул нож Варсусу. Тот брезгливо отодвинулся,

— Хозяин — барин! — сказал Дион, и ножи исчезли из его рук, как карты из пальцев фокусника. — Так о чем ты хотел поговорить?

— Расскажи мне о твоем бое с Ареем, — попросил Варсус.

Дион помрачнел. Он всегда мрачнел, когда речь заходила об Арее.

— Что ты хочешь узнать? Он взял мои крылья, сломал мою флейту, отрубил мне ноги! — горько сказал он, с укором боли глядя на Варсуса.

— Прости. Я знаю: тебе непросто вспоминать об этом. Почему ом не убил тебя?

— Понятия не имею! Я, знаешь ли, не собираюсь благодарить его за дарованную жизнь… Хотя и думаю, что все к лучшему… — тут Дион сделал паузу, и концы его торчащих усов дрогнули как живые.

— Что к лучшему?

— Все. Раз свет попустил этому свершиться, значит, я мог куда-то не туда пойти этими ногами! Например, по стопам Арея. Уже, собственно, и шел. Считал себя лучшим бойцом света, постоянно иска ссор, дрался на дуэлях и… разом потерял всё. Теперь у меня нет ничего, кроме пары неплохих ножей и тележки, но я доволен, потому что порой чувствую, что свет, от которою я почти отвернулся, возрождается во мне.

Варсус рассеянно кивнул.

— Арей действительно так хорош в бою? — спросил он, неосознанно вцепляясь пальцами в свитерок на груди, под которым что-то топорщилось.

— Да, — подтвердил Дион. — Из когда-либо суще-ствовавших бойцов — света ли, мрака ли — он лучший. Я считал иначе — и, как видишь, меня укоротили в моем самолюбии. Но Арей зарублен Мефодием. Теперь тому, кто захочет слыть лучшим бойцом, придется для начала обезглавить Мефодия.

Он сказал это в шутку и был удивлен, когда Варсус горячо воскликнул:

— Да-да-да! Как жаль, что Мефодий на стороне света!

Дион осекся и, чтобы лучше разглядеть Варсуса со своей низенькой тележки, запрокинул голову далеко назад.

— Эй! — сказал он. — Ау! Страж номер 72б1 третьего дивизиона света Варсус! Примите холодный душ! Ты мужчина, в конце концов! Шагом марш!

Страж № 7261, опомнившись, виновато улыбнулся. Выпрямился, щелкнул каблуками и вышел из комнаты.

***

Дион с Варсусом были еще в коридоре и только протискивались мимо Ирки с Багровым, когда на кухне что-то загрохотало. Под потолком материализовался Антигон и, рухнув прямо на посуду, перевернул стол. Лицо у Антигона было невменяемое. Бегая по кухне, он налетал на валькирий и клочьями рвал свои бакенбарды.

— Бьют! Свинское собачество! Наших бьют! А-а-а! — вопил он.

Фулона пыталась расспросить его, но Антигон информацию выдавал только эмоциональную, то есть орал.

— Давай ты! — сказала Ирке валькирия золотого копья.

Ирка взяла с полки бронзовое блюдо, которое Фулона в молодости получила за стрельбу из лука, оценивающе взвесила его в руках и, встав на пути у кикимора, огрела его блюдом по лбу.

Антигон застыл. Его украшенная бакенбардами физономия стала осмысленной.

— Кто бьет? Кого? Где Даша? — повторила Ирка.

— Мы с мерзкой хозяйкой сидели в круглосуточном кафе у метро «Дмитровская». Антигон постоянно старается кормить хозяйку! Она такая тощая, такая слабая! Если ее не кормить, она не сможет умереть от ожирения и у Антигона никогда не будет новой хозяйки! — пожаловался кикимор.

Ирка покосилась на Багрова, тоже любившего ее подкармливать. Вдруг и у него мотивы были схожие?

— Сидим мы, значится, в кафе, к вам собираемся, кушаем, зная, что тут особенной еды не будет, и тут вдруг — звяк! — стекло вдребезги! Влетает страж света и кувырком катится к нашим ногам. Крылья сломаны, флейта вдребезги и без чувств.

— Кто без чувств? Флейта? — не без ехидства поинтерссовался Шилов. На него замахали руками.

— Мы с гадской хозяйкой кидаемся к нему, и тут — шмяк! — еще один страж! И тоже без сознания! Такое чувство, что его из катапульты прямо в окно вбросили… Сроду такой силищи не видел! И что же вы думаете? Хозяйка вызывает свое копье и бросается на улицу справедлячить!

— И что? Много «насправедлячила»? — спросил Шилов.

Кикимор замигал носом и, наказывая себя, рванул бакенбарды:

— НЕТ! Антигон предательски схватил ее — бейте меня за это! почему никто не бьет? — и запер ее в холодильнике. Там темно, противно, страшно! Много дохлой еды и всяких цыплячьих тушек! Может, гадская хозяйка рассердится и потом будет дергать Антигона за уши?..

— Хватит болтать! Кто напал на стражей? — поторопила Фулона, видя, что кикимор готов разглагольствовать до бесконечности.

Антигон испугался и не стал смотреть! Антигон любит, когда его бьют чуть-чуть, но когда его вот так вот бросают, Антигон этого не любит. Если с двумя златокрылыми такое делают, Антигон должен быстренько звать на помощь! А его храбрая хозяйка пусть посидит в холодильнике!

— Молодец! — похвалила Фулона. — Ты все сделал правильно!

— А теперь перенеси нас туда! — потребовала Ирка.

— Как?

— Телепортационный круг. Твой пространственный след еще не затянулся.

Антигон закивал и стал раскручиваться на месте, держа двумя руками булаву. Быстрее, быстрее, еще быстрее. Когда он совсем раскрутился, то стал похож на огненный шар. Первой в этот шар шагнула Ирка, потом Багров, а за ними совершенно неожиданно бросились Прасковья, Шилов и Зигя. Причем Шилов сделал «это не раньше, чем извлек из ножен свой гибкий меч.

Все это заняло не больше двух секунд. Шар вспыхнул и погас.

— Назад! — приказала Фулона, удерживая Ильгу и Ламину, которые тоже собрались телепортироваться, — Пространственный след затянулся!

— Да мы так, обычным способом!

— Нет! Слишком опасно. Если это засада, мы разом лишимся всех валькирий. В первые секунды после телепортации к бою никто не готов… А тут и сражаться не надо. Небольшое искажение пространства — и мы торчим в бетоне, похороненные заживо.

— Антигон что, предал? — удивилась Ламина.

— Нет, конечно! Но реакцию Антигона могли просчитать… Он же даже не видел, кто на них напал. Лучше нам добраться своим ходом! Тише едешь — вовремя будешь!