Звезды падают в небо - Марина Эльденберт

Хайрмарг, Ферверн

В ледяном сердце Ферверна, его столице — Хайрмарге, несмотря на весну, было морозно, и повсюду лежал снег. В пальто и костюме после зингспридской жары я чувствовала себя неуютно, и еще неуютнее чувствовал себя мой организм, который не понимал, с какой радости его запихнули в минус, ведь все было так тепло и чудесно. Впрочем, эта проблема с бунтующим организмом была меньшим злом. Учитывая, что в Зингсприде сейчас глубокая ночь, а в Хайрмарге раннее утро, бодрости в организме не было. Даже после нескольких чашечек самого крепкого кофе, который только можно себе представить.

Единичка с напарником выглядели невозмутимо, словно это не по моей милости им пришлось задержаться на дежурстве и не спать ночью. Полагаю, что вальцгардам и не такое приходится выдерживать, но себе я поставила заметку подарить им что-нибудь по возвращении. Правда, пока даже приблизительно не представляла, что, но в голове уже сложился план, как их отблагодарить.

— Все в порядке? — спросил Рон, потому что я уже минут пять тупо пялилась в окно, за которым проносились ледяные иглы одного из самых крутых мегаполисов мира. Здесь не только высотки казались застывшими, даже ленты аэроэкспрессов казались снежными змеями, извивающимися на огромной высоте.

Насколько я успела узнать (после чтения архивов Ильеррской, когда мозг уже перестал всасывать информацию), в Хайрмарге не было подземки. Не только в Хайрмарге, но вообще ни в одном мегаполисе Ферверна: от них отказались сразу же под лозунгом, что не собираются больше прятаться под землю. У них даже убежищ не было, что навело меня на мысль о неадекватности фервернских властей. Ну или чрезвычайной самоуверенности — огнем их драконы, конечно, не дышат, а вот заморозить до последней косточки могут вмиг.

Правда, налетов у них не было в принципе.

Ни единого за все время существования Ферверна.

— В порядке, — подтвердила я, возвращаясь в реальность.

Ненадолго, потому что аэромагистраль вывела нас в центр, и с одной стороны нам открылись заснеженные горы, а с другой — Грайрэнд Рхай. Та самая высотка, о которой я говорила с Лэргом и на смотровой площадке которой отчаянно хотела побывать. Здание действительно напоминало ледяную иглу, тянущуюся к небу, окруженную ледяными наростами и иглами поменьше. Не залипнуть на нее было просто невозможно: торгово-офисный и развлекательный центр, окруженный мельтешащими флайсами, казался городом в городе. Верхушка самой высокой иглы сверкала так, что глазам было больно, и я отвернулась.

Высотка, к которой мы направлялись, ничем особо не выделялась, у нее даже названия не было. Маяк аналога Вайовер Грэйс, название которого я могла бы выговорить только после пяти бутылок шипучки или двух — тоньяса, тоже остался в стороне, но нам он был не нужен. Папаша Гроу пока что там не обитал, вот когда пройдут выборы (уже совсем скоро), и если он победит, то переедет туда.

То ли дело было в фервернских морозах, то ли в том, что они совпали с моим внутренним холодом (Гроу так и не позвонил), но я даже почти не волновалась. За телефон тоже больше не бралась (а смысл?). Если он до сих пор не поинтересовался, куда я делась, уже и не поинтересуется. Неизвестно почему это оказалось гораздо больнее нашей ссоры, но я пообещала себе не думать об этом до разговора с Гранхарсеном-старшим.

И не думала.

Почти.

— Все будет хорошо, — сказал Рон, и я улыбнулась.

— Ага.

Но «хорошо» пошло трещиной еще в холле высотки, когда выяснилось, что пропуск выписан исключительно на меня. Оказывается, что все предусмотреть, как считала Леона, невозможно. В итоге, пока мы разбирались с секретарем и охраной, стрелки часов подтянулись к без десяти восемь, и к лифтам мы летели на всех парах. Поднимаясь по стеклянному (я бы сказала, ледяному) рукаву в окружении серебристо-стальных пластин, которыми была отделана шахта прозрачной кабины лифта, я сцепила руки за спиной и пожелала, чтобы это «нехорошо» было самой большой сложностью, с которой мне пришлось столкнуться.

В приемной, залитой солнцем и непривычно теплой после бодрящего весеннего мороза, нас встречала секретарь. Светловолосая, высокая и красивая — характерной холодной красотой, свойственной только фервернкам. Очень некстати вспомнилась Сибрилла, которая осталась в Аронгаре, но я от нее отмахнулась. То есть от мысли о ней.

— Ферн Гранхарсен освободится буквально через пару минут, — произнесла секретарь, — позвольте ваше пальто, эсса Ладэ.

Я позволила и даже собиралась опуститься на диван, когда из-за двери начальственного кабинета вышел мужчина. Высоченный, как Грайрэнд Рхай, с серебристо-пепельными волосами и ярко-синими глазами, навевающими мысли об айсбергах. Ходячий такой айсберг, при этом холодом от него не веяло, скорее — сокрушительной силой и мощью, вдавившей меня в пол на пару секунд, когда он скользнул по мне взглядом.

— Лис, обрати внимание на сообщение от Стегенберга.

— Хорошо, ферн Ландерстерг, — отозвалась секретарь. — Ферн Гранхарсен.

Я резко повернулась и наткнулась взглядом на вышедшего следом. Этот был чуть пониже, а глаза напоминали небо, если смотреть на него сквозь ледяные пластины. Светлые волосы, ближе к снегу, чем к пеплу, и взгляд, напоминающий сосульку. Такую, которая, если на голову упадет, войдет в макушку, а выйдет через задницу. Пары секунд мне хватило, чтобы ощутить, как меня покрыло мурашками и корочкой наста (даже изнутри), а потом отпустило.

И только потом до меня дошло, что этот совершенно точно не может быть отцом Гроу: слишком молодой.

— Эсса Ладэ. — Секретарь вытряхнула меня из этого бурана мыслей. — Прошу. Хотите кофе?

Последнее уже относилось к вальцгардам, мне же так однозначно указали взглядом на дверь, что я чудом не влетела туда лазерным лучиком. А вот проходя мимо еще одного Гранхарсена (развелось их, это вообще кто?!), думала исключительно об очередном родственнике Гроу. На его брата он был не похож, на его кого-то еще — тем более. От него веяло льдами, как от столицы Ферверна, и я подавила желание отпрыгнуть, когда мы случайно коснулись друг друга пальцами.

Его взгляд протянулся по мне, как замерзающая на морозе вода, а потом иртхан слился из приемной. Точнее сказать, перетек в коридор, как оголодавшая снежная драконозябра, которая решила найти жратву в другом месте.

К счастью.

— Доброе утро. — Я шагнула в просторный, залитый светом кабинет.

Гранхарсен-старший не поднялся из-за стола, что в общем-то было невежливо, но я решила не обращать внимания на такие мелочи. Тем более что к разговору с ним подготовилась основательно, не так, как с Гайером, и уже примерно представляла, с чего начну.